среда, 31 декабря 2014 г.

Люмпен-элита - враг демократии

Максим Кантор

Новый гегемон

Из книги "Стратегия левиафана"

Люмпен-пролетариат
После столетней мировой войны за лучший сценарий будущего и наиболее действенный способ управления толпой (были пересмотрены варианты военного коммунизма, корпоративного государства, централизованной демократии советского образца, национал-социализм, открытое общество, находящееся в прямой связи с рыночной экономикой, федеративное и конфедеративное государство и т.д.) - XX век завершился тем, что понятия «демократия» и «либерализм» утратили значение идеала общественного развития и предстали в своем механическом инструментальном значении.
Еще тридцать лет назад гражданин вкладывал в слово «демократия» смысл, тождественный понятию «свобода», а семьдесят лет назад граждане шли умирать за демократию, полагая, что умирают за свободу - и вдруг граждане обнаружили, что те, с кем они воевали, тоже называли себя свободными и демократичными. Граждане Советского Союза в большинстве своем были уверены, что в СССР -демократия, но и на Западе была демократия; тогда в чем смысл и цель холодной войны? Или демократий бывает несколько — и у каждого народа своя? А может быть, демография переживает фазы развития, и каждая фаза не похожа на предыдущую? Сегодня гражданин вдруг понял, что демократия - это всего лишь метод управления, и ничего идеального в данном методе нет. Черчилль однажды сказал фразу, которую любят цитировать: «У демократии много недостатков, но лучше строя не придумали». И это справедливо ровно
настолько же, насколько справедливо магическое выражение Ленина I «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно». Нетрудно заметить, что обе сентенции носят заклинательный характер. Вдруг оказалось, что слово «демократия» - это совсем не заклинание против тоталитаризма, мы увидели, что сама демократия может содержать в себе зерна тоталитаризма и подавлять.
Вполне возможно, что существует некая идеальная демократия (как существует некое идеальное христианство, не повинное в инквизиции и Крестовых походах), но поскольку мы живем здесь и сейчас, то руководствоваться приходится опытом, а не иллюзией. Собственно, весь пафос свержения социализма и состоял в том, что иллюзией реальность не подменить.

Демократия - власть народа
(его представителей) - это прогресс



Результаты
Было бы странно отрицать, что начало XXI века отмечено безверием западного мира, которому надо бы набраться самоуверенности в своем конфликте с верующим Востоком — а вера на исходе. То, что составляло предмет веры западной цивилизации, то, что до известной степени подменило религию, то, что претендовало не просто на социальную модель, но на выражение общечеловеческого гуманизма — наша святая демократия! — вдруг перестала быть святой.
Этот кризис сопоставим с кризисом христианской идеологии во I времена Реформации, и сомнение в качестве попавших на рынок демократических индульгенций — вот что составляет сердце кризиса.
Не в том главная беда, что акции «Газпрома» скачут в цене 1 и рынок ценных бумаг волатилен, но в том, что акции основной западной компании «Демократия» вдруг потеряли стоимость. Можно напечатать лишний триллион долларов, и можно даже победить инфляцию. Но как победить идеологическую инфляцию?
Сознание просвещенного гражданина нуждается в комфорте - но что делать, если события последних лет напомнили об анализе демократии, произведенном некогда Платоном. Та античная демократия, которая однажды была представлена миру, эволюционировала в охлократию и тиранию — Сократ был осужден именно демократическим судом. Что касается Римской республики, то динамика превращения республиканского консула в императора слишком хорошо известна, и в сегодняшней России уже принято сравнивать Путина с Августом.
Сегодня оппозиция вдруг пожелала сместить полковника КГБ, представляющего демократию, - но разве это изменит силу вещей, согласно которой полковник ГБ становится президентом демократической страны? И что надо лечить — прыщи или сифилис? Какой результат надобно достичь оппозиционной борьбой?
Сместить Августа, пожалуй что, и можно, но кого вы хотите получить взамен: «солдатских» императоров, наследовавших Августу? Психопата Коммода? Садиста Нерона?
Один бойкий либерал выступил с конструктивным пожеланием: недурно бы найти в России эквивалент Ататюрку — мол, прогрессивный диктатор приведет страну к цивилизации! Десять лет назад мечтали о Пиночете — шелестело по кабинетам: даешь Пиночета! И вот получили аналог, но нет, мало! Желаем теперь не генерала, не полковника — нам подавай главнокомандующего! И как-то в пылу дискуссии стерлось, что Ататюрк был кровопийцей и солдафоном, поддержал армянский геноцид и резал курдов. А проблему нищеты сей благородный муж решал наиболее прогрессивным методом - высылал нищих из страны на все четыре стороны. У нас сегодня все устроилось на диво: полным-полно неблагополучных окраин, куда можно отправить убогих и голодных, дело за Ататюрком.
В наступившем веке инструментальный характер демократической власти заставил посмотреть назад - на ту борьбу, которую человечество вело само с собой, — и спросить себя: что именно было целью данной борьбы?
Если мы боролись именно за капитализм без профсоюзов, за бесконтрольную власть олигархов, за классовое расслоение общества, которого не знал самый бездарный социализм, — тогда все в порядке. Но если цель была иной, то недурно бы ее сформулировать заново и сравнить с реальностью. Собственно этот процесс сравнения замысла и результата и называют некоторые «пересмотр итогов приватизации». Если коррупция имманентна демократии - то все отлично, а если это не так — то почему не существует пересмотра итогов коррупции? Если так надо, чтобы убогий социальный договор, который давал жалкий социализм, был разрушен, а новый общественный договор не создан — то и волноваться незачем. Но если общественный договор предполагается, то огласите, пожалуйста, пункты.
Ведь это простительное любопытство: знать, какое именно общество мы строим. Разве это сложный вопрос: поинтересоваться, у нас будет бесплатная медицина или платная? Общее образование или I для некоторых? Бесплатное жилье неимущим или никакого жилья? Или существуют вопросы более злободневные? Скажите, какие именно?
Видимо, декреты «земля — крестьянам», «хлеб — голодным» - устарели. Наверное, придумали что-то лучше? Мы обвиняли в свое время автора этих популистских декретов в лицемерии: дескать, I обещал одно, а сделал другое. Но если его вина в лицемерии, значит, декреты сами по себе хороши? Тогда почему мы их забыли? А если декреты плохи, то, видимо, не виноват тот, кто их не воплотил в жизнь. Разъясните казус, пожалуйста!
На месте ответа — пустота; и это пустое место стремительно занимает националистическая идеология. Голос крови - единственный язык, на котором люди еще понимают друг друга.
Сегодня, когда только ленивый не вспомнил Веймарскую республику, всех греет надежда на то, что в отсутствие реального производства - любой кризис условен. Напечатаем еще денег и дальше пойдем. В мире финансового капитализма и символического обмена — фашизму взяться неоткуда.
Нет питательной среды, нет более люмпенизированного класса, который может стать двигателем нового фашизма, — так мы утешаем себя.
 Класса-гегемона нет? А мы? 


И не только люмпенов, класса-гегемона нет тоже. Пролетариат размылился в класс менеджеров, а соответственно, и люмпен-пролетариату взяться неоткуда. Невозможно лишить орудий производства того, кто в них не нуждается. Собственность на орудия труда никого не волнует более, поскольку труд, вынесенный за пределы просвещенной гостиной на дикарскую периферию, уже не составляет содержания цивилизации. Мы уже не интересуемся, как и кем создается продукт, продукт лишь посредник в символическом обмене. Мы обладаем символами — а символы безопасны. В мире символического обмена всегда можно договориться!
Однако класс люмпенов есть, и этот класс определяет течение современной истории — в точности как раньше, столь же властно, как люмпен 30-х годов. Особенность люмпена в том, что его ничего не связывает, он в свободном полете в поисках счастья. Новый люмпен-класс, готовый жертвовать миром, — это люмпенизированная элита.
Первый результат политики глобализации - это образование элиты, не принадлежащей никакой определенной стране, не зависящей даже от режима власти, вставшей над историей, над культурой и над традицией. Если люмпен-пролетариат представлял опасность, идущую снизу, из низовых страт общества, то обособленная от общества люмпен-элита представляет опасность вдвое большую.
Люмпен определился окончательно в ходе текущего кризиса; кризиса, который следует рассматривать как современный инвариант классической «коллективизации». Эта «коллективизация-2», случившаяся сегодня, обладает всеми характерными родовыми чертами коллективизации 30-х годов, случившейся тогда повсеместно, и тоже сопровождавшейся финансовым переделом. И в том, и в другом случае был подавлен средний класс, то есть именно та страта, что будто бы является питательной средой демократии. Богатые стали богаче, бедные стали беднее, и — неизбежное следствие — провалилась середина социума. А серединой, ядром, хребтом социума является общая история. То, что до вчерашнего дня было общей историей и общей целью, прекратило существование. Мы еще по привычке думаем, что живем в том же самом обществе, что и вчера. Но общая память обесценена, цель общую сформулировать трудно, а класс гегемон - люмпенизирован. И самое важное то, что сегодня этот люмпенизированный класс - элита.
Особенностью люмпен-элиты является то, что она создала свою параллельную историю и свой мета-язык, столь же невнятный обществу, как и крики толпы - невнятны элите. То, что мы сегодня называем магическим словом «авангард», уже давно выполняет декоративные функции, не отвечая ни за какие реальные общественные процессы. Некогда художники называли себя радикальными потому, что хотели уйти от искусственного салона к реальной проблематике жизни. Сегодня искусство называет себя радикальным постольку, поскольку максимально удалено от жизни и стало искусственным языком. Этот новый демократический салон стал завершающим элементом новой общественной конструкции — отныне независимая от общества люмпен-элита говорит на своем собственном языке, радостном и озорном, не замечая того, что мир горит.
Такое уже однажды было, просвещенный мир говорил на латыни, языке, не имевшем отношения к действительности, тогда как плебеи пользовались варварскими наречиями. И великий Данте сделал однажды шаг в сторону итальянского языка, заставив весь мир принять участие в «Божественной комедии». Сегодня сделан шаг прочь от общего языка — в сторону языка искусственного; у нас нет больше той эстетики — ни христианской, ни демократической, — которая объединяла бы нищего и богача. И, соответственно, нет критерия оценки. Мир категориальных ценностей рухнул — и смотрите, что растет из руин.
До какой степени именно демократия, понятая как компонент рынка, оказалась ответственна за появление этого нового класса-люмпена, мы узнаем очень скоро.
События развиваются стремительно, а мы, сидя на краю кратера, слушая, как бурлит внизу лава, думаем, что мы навсегда одолели опасность и либеральные ценности победили навечно.
Посмотрите сегодня снова на тех, кто строил наш сегодняшний мир — на Ленина и Сталина, Гитлера и Черчилля; посмотрите на тех, кто пришел им на смену. Вы уверены, что в течение долгого XX века мы воевали именно за этот результат? Вы, правда, уверены?

Справка.

Отныне же нам, по-видимому, придется иметь дело с резко возросшей массой люмпенизированного населения и преимущественно с молодыми его представителями.
«Для экономически активного населения характерна деквалификация (то есть потеря профессиональных навыков из-за невозможности работы по специальности), деградация, люмпенизация и даже дебилизация. При этом большинство молодежи вынуждено выполнять относительно примитивную работу в сфере торговли без всяких шансов на изменение профессиональной траектории», — писал недавно Игорь Юргенс, глава Российского президентского Института современного развития (ИнСоР). И последовавшие затем события на Манежке (и не только) достаточно хорошо проиллюстрировали этот процесс люмпенизации.
По мере того, как неолиберальные реформы набирают обороты в наших странах, все большее число подростков выпадает, фактически пополняя «люмпен-армию». Многие из них не могут уже рассчитывать на высшее образование или на достойную оплату труда.Таким образом, в ближайшее время давление молодого люмпен-пролетариата будет лишь возрастать, и отгородиться от его наплыва будет невозможно никакой «китайской стеной».
Вопросом «что делать с люмпеном?» задавались и Маркс с Энгельсом, и современные социологи и экономисты. Не производящий, но потребляющий класс всегда был головной болью полиции, наводняя благополучные города и создавая полукриминальные сообщества, относительно закрытые, мобильные, готовые в любой момент на самый непредсказуемый шаг.
Иллюстрация и справка с сайта: nnm.me 

Судьба России в XXI веке
Справка об этом сайте.

Блог создан после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился узурпацией власти и вышел на митинги. Депутаты Ленсовета в то время сделали соответствующие заявления.
Каким государством станет Россия в 21 веке: деспотия, демократия, олигархия, анархия, монархия или, может быть, гуманизм?

Депутаты Ленсовета 21 созыва и в настоящее время внимательно следят за судьбой России, публикуют в настоящем сетевом журнале свои заметки, наблюдения, ссылки на интересные сообщения в Интернете, статьи, предложения, газетные вырезки.

На страницах этого сетевого журнала вы найдете интересные статьи:




Новейшая история России в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

The Fate of Russia in XXI Century
History of the online journal.

Blog launched after the election to representative bodies in December 2011, which, according to observers were rigged.
The people protested usurpation and went Square in Moscow and St. Petersburg. Deputies of in December 2011 made declarations.
What kind of state will become Russia in the 21st century: democracy, monarchy, anarchy, despoteia, oligarchy or, perhaps, clericalism?
Petersburg politics convocation (powers from 1990 to 1993) currently preoccupied follow the fate of Russia, put in this online journal his links to interesting posts on the Internet, Notes, articles, Offers, observation, press clippings.

On the pages of this Blog - publication of the War, Economy, Culture, History, Finance, Politics:




The fate of the revolutionary reforms in the book
« Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»

вторник, 30 декабря 2014 г.

Вызовы из послания и согласие слушателей

В ежегодном Послании Президента России Владимира Путина Федеральному собранию было ясно сказано: страна находится перед такими вызовами, которых ещё не было в её новейшей истории.

Трудный путь к зрителю

kara-yuriy.jpgЮрий КАРА, кинорежиссёр:
– В целом президентское Послание мне понравилось и содержанием, и спокойной, уверенной интонацией. Правда, в Год культуры мы не услышали слов о нашей культуре. Понимаю, в условиях сложной внешнеполитической обстановки, экономического кризиса наши производственники и бизнесмены должны были почувствовать поддержу государства. Но поддержка, как материальная, так и моральная, нужна и деятелям культуры.
Конечно, главная задача любого государства – накормить, одеть, обогреть и защитить свой народ. Но делать это нужно, на мой взгляд, ещё и для того, чтобы люди могли заниматься творчеством. Ведь информация о колебаниях курса доллара или числе съеденных кем-то устриц недолговечна, надолго остаются артефакты: картины, фильмы, музыка… Отрицательный пример – Украина, где в школьных программах стали изучать фактически только бандеровских писателей, которые воспитывают поколение в духе нацистской, античеловечной идеологии с лозунгами типа «Москалей на ножи». Напрямую используется выражение: «Военные учат, как стрелять, а историки – в кого стрелять».
При этом не могу не сказать, что у нас деятели культуры, рассказывающие о прошлом России, подвергаются подчас мощному психологическому давлению. Разные маргинальные и антироссийские силы пытаются доказать, что в России ничего хорошего быть не могло, а потому говорить о ней хорошо якобы неприлично. Например, я заканчиваю работу над фильмом «Главный конструктор» о великом учёном и конструкторе С.П. Королёве, но мне очень тяжело продвинуть его в российский прокат. Ведь фестивали, а затем прокатчики предпочитают в основном те картины, в которых наши люди выглядят, прямо скажем, не в лучшем свете. Плюс к тому киноэкраны забиты американской продукцией, а мы выпускаем фильмы в небольшом количестве копий.
Но мы бы всё-таки хотели прорываться к нашему зрителю в своей стране, законодательно получив хотя бы 25–50 процентов экранного времени.

Земля и люди

2-Nilov.jpgОлег НИЛОВ, депутат Государственной Думы (фракция «Справедливая Россия»):
– Чтобы России стоять крепко, уверенно, не подкашиваясь от санкционных западных ветров, нужно в первоочередном порядке решить проблему, которая как ржа железо ест страну. Поэтому предложение президента приравнять к террористам казнокрадов и коррупционеров, которые запускают хваткие руки в карман оборонной отрасли, – единственно верное. Отлучить коррупционеров и казнокрадов от бюджетной кормушки можно только жёсткими мерами, в том числе с помощью конфискации имущества, всего, что было нажито «непосильным трудом».
Воруешь из военного бюджета – приравниваешься к террористам, воруешь из бюджета «гражданского» – объявляешься госизменником.
Схема должна быть простой и понятной как для честных граждан, так и для тех, кто помышляет об улучшении материального положения за счёт российского народа, которому и так сегодня непросто жить.
Граждане всё больше денег тратят на продукты питания, сталкиваются с другими трудностями, социальной несправедливостью. А ведь сбережение народа должно стать главнейшей заботой и властей, и самих граждан. Отрадно, что президент предложил объявить год борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Что становится их причиной? Алкоголизм, наркомания, табакокурение. Объявление войны этой трёхголовой гидре с мобилизацией всех имеющихся ресурсов откладывать нельзя.
Президентом предложено удвоить объёмы строительства дорог, и хорошо бы этого добиться. Но только вряд ли это станет локомотивом, который вытащит нас из сложившейся экономической ситуации.
Многие люди, не доверяя банковской системе, сегодня сложили деньги буквально «под матрас». А ведь личные накопления должны активно использоваться, инвестироваться в экономику! В этой ситуации приближающийся столетний юбилей лозунга-обещания «Землю – народу!» наконец-то может стать праздничной датой. Для этого нужно, чтобы миллионы гектаров неиспользуемой и зарастающей земли новоявленных латифундистов были отданы (в размере не шести-десяти соток, а до одного гектара) нашим согражданам для строительства дома, приусадебного, фермерского хозяйства.
Право на родовое «гнездо» должен иметь каждый, кто хочет вложить труд и собственные средства, однако начать нужно с ветеранов войны, тех, кто заслужил землю службой в армии, на флоте, в силовых структурах, честным трудом в сфере здравоохранения, образования, а также с многодетных семей. Хочется верить, что это произойдёт не позднее 2017 года, а может быть, и раньше.

Зарплатные олигархи

bunich.jpgАндрей БУНИЧ, президент Союза предпринимателей и арендаторов России:
– Высказываний Путина по экономике ждали с особым интересом. Свобода для развития в экономике, социальной сфере, в гражданских инициативах – лучший ответ и на внешние ограничения, и на внутренние проблемы. Чем активнее граждане участвуют в обустройстве жизни, чем более самостоятельны как экономически, так и политически, тем выше потенциал России. Задействовав мощный ресурс – деловую активность, энергию граждан, развивая индивидуальное, малое предпринимательство, самозанятость, можно снять с государства огромные обязательства и риски, которые оно взвалило на себя в тучные годы. Всё покрывалось за счёт так называемого ненефтегазового дефицита, который составлял 12 процентов, – разница между ненефтегазовыми доходами бюджета и его расходами.
Теперь дефицит вылез наружу – с этим надо что-то делать. Различные госструктуры, бессмысленные конторы, непроизводительные расходы разрослись до невообразимых размеров. Сокращать ненужные звенья сложно, но необходимо. Дармоеды плохи ещё и тем, что стараются придумать себе занятие, функцию – отсюда и регуляторное, надзорное давление на бизнес. Добровольно орда чиновников не реформируется. Как говорил Шариков, где ж я столоваться буду? Страна не может выдержать армию начальников госструктур с зарплатами в десятки миллионов долларов! К сожалению, в послании эта проблема лишь обозначена. Отдельными поручениями и косметическим ремонтом не отделаешься.
За последние десять лет малый и средний бизнес были изведены чуть ли не под корень. Уменьшаются доли малого бизнеса в ВВП и бюджете, как и само число предприятий и предпринимателей. Реально мы располагаем не более чем 1–1,5 миллиона человек, способных к бизнесу. Произошло не только количественное сокращение, но и качественное перерождение частного бизнеса. Нынешний предприниматель больше похож на мелкого чиновника, клерка, порученца при дяде, профсоюзного активиста советских времён или, в лучшем случае, менеджера по закупкам. Основное его занятие – стоять на коленях перед начальством, выпрашивать госзаказ или госгарантии, «попиливать» и «откатывать». Да и как иначе?
Главные действующие лица в экономике теперь – на зарплате. У нас появился новый тип олигарха – зарплатный миллиардер. По мне, это хуже, чем олигархия 90-х. Те хоть чем-то рисковали, а здесь – красота: сиди в госраспределителе и выписывай зарплату год за годом – и всё абсолютно легально! У такого олигарха ещё масса замов, начальников департаментов, филиалов, дочерних банков, членов правления... То есть ещё сотни и тысячи синекур и кормушек – госкорпораций, госкомпаний (даже в ВПК), всяких ФГУПов и МУПов...
Добавим орду чинуш, силовиков, систему ЖКХ. Если уменьшить их довольствие, хищения и поборы, можно получить не менее 1 триллиона рублей экономии. Снизив затем на эту сумму налоги, можно было бы переориентировать экономику на предпринимательство и бизнес. Но государство с упорством гнёт свою линию. Только что на полтриллиона рублей повышены зарплаты чиновников, а на задыхающийся бизнес навешиваются новые налоги, сборы, ужесточается фискальный и административный прессинг. Одобрено уже 14 подобных инициатив!
Принято антиофшорное законодательство – мера, безусловно, необходимая. Но вводится законодательство в тот момент, когда дела в экономике идут плохо. Даже в идеальной ситуации следовало одновременно смягчить эффект этих мер мощными налоговыми стимулами, прежде всего освободить от налогов инвестиции. Но этого сделано не было: наоборот – все «внутренние» налоги либо повышены, либо под угрозой повышения…
Подводя краткий итог, можно сказать, что мы движемся даже не в неправильном, а в диаметрально противоположном направлении. Делаем «жирных котов» из госсектора ещё жирнее, а курицу, которая несёт яйца, пытаемся зарезать.

Битва цивилизаций

2-krugovih-igor.jpgИгорь КРУГОВЫХ, руководитель Центра евразийской интеграции Высшей школы современных социальных наук (факультет) МГУ имени М.В. Ломоносова:
– Послание в первую очередь запомнится тем, какую оценку дал президент историческим событиям, которые произошли в 2014 году. А это – воссоединение Крыма и Севастополя с Россией. Главное: территория Крыма важна не просто сама по себе, но чрезвычайно значима потому, что именно здесь находится духовный исток формирования многоликой, но монолитной русской нации и централизованного Российского государства.
Отсюда и практическое значение единства исторического процесса, его неразрывность, цельность тысячелетнего пути нашего Отечества. Говорилось о христианстве как о мощной духовной объединяющей силе, которая позволила включить в процесс формирования единой русской нации и общей государственности разные по крови племена и племенные союзы обширного восточнославянского (и не только его) мира.
В послании подчёркивается, что Россия уже вступила в постсоветский период цивилизационным единением восточнославянского и евразийского мира. Значимость такого подхода подчёркивают события на Украине, где фактически идёт не только гражданская война, но и война межцивилизационная, в ходе которой одна часть страны, приверженная западной цивилизации, пытается захватить и уничтожить другую часть страны, принадлежащую восточнохристианской цивилизации. По сути, именно стремление изменить «цивилизационную идентичность» страны ввергло её в братоубийственную войну.
Источник: Литературная газета

Судьба России в XXI веке
Справка об этом сайте.

Блог придуман после выборов в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился узурпацией власти и вышел на митинги. Депутаты Ленсовета в то время сделали соответствующие заявления.
Депутаты Ленсовета 21 созыва и в настоящее время внимательно следят за судьбой России, публикуют в настоящем сетевом журнале свои наблюдения, статьи, ссылки на интересные сообщения в Интернете, газетные вырезки, предложения, заметки.


Каким государством станет Россия в 21 веке: анархия, монархия, демократия, олигархия, деспотия или, может быть, клерикализм?

На страницах этого дневника - публикации о экономике, финансах, политике, культуре, истории, войне:




Судьба революционных реформ в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»



The Fate of Russia in XXI Century
Information about this site.

What kind of state will become Russia in the 21st century: oligarchy, democracy, anarchy, monarchy, despoteia or, perhaps, humanism?
Blog created after the election in December 2011, which, according to observers were rigged.
The people protested so obvious fraud and went rallies. Deputies of in while made declarations.


Petersburg politics convocation currently closely follow the fate of Russia, put in this blog his Notes, observation, press clippings, Offers, links to interesting posts on the Internet, articles.

On the pages of this online journal - publication about the History, Politics, War, Finance, Economy, Culture:




The fate of the revolutionary reforms in the book
«Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»


Русская история и национал-демократия

В последнюю декаду декабря появились в средствах массовой информации и Интернете статьи публицистов на темы демократии и истории России, которые под определенным углом освещеют события в стране, произошедшие в 2011 - 2014 годах и, безусловно, повлиявшие на судьбу России в XXI веке.
Почитаем.

 Егор Холмогоров, публицист и политический деятель, «Известия»

Год большой истории 


30 декабря 2014

В 2014 году от Рождества Христова русская история возобновилась.

Егор Холмогоров


У моего поколения странные отношения с историей. Мы росли с уверенностью, что история будет писаться нами и для нас. Едва ли не каждый мальчик вырос с «Книгой будущих командиров» в руках и воображал себя если не Мильтиадом при Марафоне и Цезарем при Фарсале, то уж точно Святославом, обороняющим Доростол, и Владимиром, берущим Корсунь.
Но история обманула, захлопнувшись перед нашим носом. Как завершил рассказ о городе Глупове Салтыков-Щедрин: пришло Оно, и история прекратила течение свое. В перестроечные годы сняли фильм «Оно» и показывали на спецпросмотрах для интеллигенции. Пародия на русскую историю была скверная, но ощущение загнивания, заболачивания истории она передавала довольно точно.

Впрочем, безвременьем дело не ограничилось. На какой-то период, в 1990-е, возникло ощущение отрицательного времени, бег которого убивал, опустошал, обнулял и обессмысливал все прошедшее. Страна откатывалась не в 1917 год, не в XVII век, а в минус XVII-е тысячелетие, в поздний палеолит, когда мамонты уже вымерли, ледник растаял, основанная на охоте на крупного зверя культура, жившая по Дону и Донцу, рухнула, а сами охотники вымерли от голода. Огромное постледниковое пространство было занято грязными лужами, и лишь побережья были покрыты мусорными кучами из раковин устриц, выеденных грязными приморскими кочевниками.
Устрицы на какой-то момент стали пределом и нашего существования. Казалось, что смирившаяся с концом истории Россия решила предаться невинным радостям декаданса, превратившись в страну непуганых нефтедолларов, каждый новый год путаясь то ли «мы молодая страна 20 лет отроду», то ли «у нас тысячелетняя великая история». В любом случае история - 200 лет Бородинской битвы, 300 лет Петербурга, 1000 лет Ярославля, 1100 лет России - казалась чем-то вроде еще одного минерального ресурса, который можно обменять на валюту стабильности и рейтинги поддержки. Никакого продолжения, развития, упаси боже, форсирования она не предполагала.
Наше будущее тоже казалось безальтернативным. Россия поартачится немного, поиграет мускулами, обрастет буржуазным жирком, попривыкнет к толерантной сытости, сбросит слишком неевропейские окраины. И в конечном счете случится в той или иной форме торжество среднего класса, который заведет здесь жизнь «как у людей» - без провалов и без амбиций. Мы будем умаляться и ужиматься, растворившись в периферийных пространствах Германии, став большой страной между Эстонией и Румынией.
Сегодня такое может казаться смешным, но не так давно казалось многим самым счастливым исходом. Методом проб и ошибок подбирали себе идеологию и лидеров под подобный сценарий, тяготились издержками государственности и отрицательным сальдо внешнеполитических амбиций.
В основе синдрома выученной беспомощности, конечно, лежало неверие в саму возможность продолжения русской судьбы. По большому счету мы просили об исторической эвтаназии - чтобы уйти тихо, медленно, без боли, крови и грязи, зачарованно оцепеневая над подаренными нелюбимым женщинам сумками «Луи Виттон». «Неужели мы даже такого не заслужили?»

«Не заслужили!» Хрясь! На голову обрушивается раскрученная чубатыми гоблинами с Майдана цепь. Бзынь! Разбивается и вспыхивает коктейль Молотова. Становится понятно, что никакой эвтаназии не будет. Будет Казацкая Резьба Ржавой Бензопилой под гогот и гиканье всего так называемого цивилизованного мира.
Что происходит дальше, я не очень понимаю. Унылый среднеевропеец внезапно встает на задние лапы, издает рык и оборачивается - нет, не медведем, медведь - слишком брутально, - чем-то более хищным, точным и вежливым. «Так уж вышло - не крестись, когти золотом ковать, был котенок - станет рысь, мягко стелет - жестко спать».
Такое преображение представляется мне спонтанным и инстинктивным обнажением природы, а не каким-то хитрым планом. В версию о рассчитанности и преднамеренности действия не укладываются наше постоянное пробуксовывание и потеря темпа в последующих событиях.
Но и одного короткого рывка было достаточно, чтобы маятник русской истории раскачался и пошел в привычном для нее (но не для нас, ее пасынков) темпе. Забытый инструментарий истории, которым нынешнее поколение даже не знает толком как пользоваться, вдруг сам идет в руки, и ты вспоминаешь, как такое делается.
Возникает ощущение, что ты на съемках русской версии блокбастера «Ночь в музее». Вот похитили золото скифов, вот князь Владимир с дружиной, вот Ермак с ватагой, вот Ушаков, Сенявин, Нахимов и Суворов с Кутузовым заодно на одном параде. Ополченцы, восстания, Всевеликое войско Донское и Азовские сидения. И даже Гоголь с его старым казаком Тарасом и его пророчеством о «грядущем православном царе с востока» внезапно оказывается на Украине милой нежеланным и изгоняемым гостем. Древние могучие слова и старые слишком серьезные для нашей эпохи тектонические разломы пространств.
История внезапно заговаривает с тобой через географию. То и дело начинаешь в летописях старых веков натыкаться то на Святослава, аки пардус взявшего Керчь-Пантикапей, то на то, как гений афинской демократии Перикл снарядил черноморскую экспедицию афинского флота и заглянул с нею в Крым. Кстати, не знаю почему, но напоминание о таком факт ужасно возмущает новодельных «сторонников демократии».
Свидетельство того, что перед нами ход Большой Истории, - ее способность действовать малыми группами. Оказывается, что достаточно нескольких десятков человек - меньше, чем понадобилось конкистадорам для завоевания империи инков, - чтобы заставить весь Новый Мировой Порядок пойти незалечиваемыми трещинами.
В Большой Истории полно боли, крови, слез, трагедий. 2 мая в Одессе. Продолжающееся уже полгода мученичество Донецка, Горловки и Луганска. Но трагедий было немало и в эпоху безвременья. Трагедий, лишенных смысла, лишенных переживания катарсиса и очищения. Такой бессмысленности в 2014 году не было совсем. Напротив, каждая боль и каждая смерть делали оставшихся в живых светлее, смелее и злее.
Есть, конечно, те, у кого от хода истории приключается морская болезнь. Кто-то сыплет песок и стекло в механизмы ее двигателей. Кто-то в открытую собирается толпами биться в падучей и требовать: «Верните назад эвтаназию! Мы не хотим ни жизни, ни боли! Мы уже почти растождествились с Россией, а страну почти развоплотили!»
Покойный выдающийся русский геополитик Вадим Цымбурский любил цитировать ироническую запись Федора Достоевского о российских западниках: «Мы европейцы и преследуем цели веселости. А более никогда и ничего, вот и все». Геополитика «веселости» себя исчерпала под радостные аплодисменты веселых людей детоубийцам. Их теперь даже не назовешь клоунами: для клоунов они слишком злые.
Я уверен, что если мы выдюжим следующий год, не сломаемся, не сдадимся, не станем вновь умолять о веселой и безболезненной смерти, то окажемся хозяевами положения, включая даже и ту самую Европу. Если сломаемся, то будем выброшены на помойку несостоявшихся цивилизаций. На помойке будет смрадно, дымно от горящих покрышек, полно блох и крыс.
В истории все кажется логичным и предопределенным только тогда, когда она уже закончена и остыла. В ходе великой исторической схватки никогда и ничто не предопределено.

Историческая судьба - не рок, а поступок.

Источник: 4pera.ru




Дмитрий Ольшанский

Национал-демократия или смерть


27 декабря 2014


Единственная идеология, у которой в России есть будущее и есть смысл, - национал-демократия.

 Дмитрий Ольшанский
Коммунистическая идея полностью скомпрометирована советским опытом. Должно пройти еще много лет, прежде чем коммунисты (не путать с ностальгирующими пенсионерами и богемными сектантами) смогут создать здесь что-то популярное - и уже свободное от ассоциаций с очередями за колбасой, железным занавесом и всем прочим в том же роде.

Либерализм России просто не по карману. Он требует того уровня доходов и социального\технологического развития, которого здесь просто нет - и потому вместо него, и под его именем тут выступает колониализм. Колониализм как жизненная практика «белого человека», который «вынужден жить среди туземцев», но «если вдруг что» - сразу уедет в Париж или Сан-Франциско. Но таков не либерализм, а просто гнусь.

«Европейский» социализм России тем более недоступен. То, как устроена какая-нибудь Дания, Канада или Новая Зеландия, - для нас уже что-то запредельное, рай. Может быть, лет через триста...

С правоконсерваторами проблема в том, что в России нечего консервировать. Все, что имело смысл консервировать, погибло в 1917-м, 1929-м или 1937 году. А сейчас мы имеем дело с обществом частично позднесоветским, частично «глобализованным», и нет в нем никакой «общины», никаких «семейных традиций» и «духовных скреп». Поэтому под именем правоконсерваторов чаще всего выступают клоуны, фрики и постмодернисты из числа бывших «неформалов» конца 1980-х годов а ля Всеволод Чаплин, Виталий Милонов или Хирург. То есть правоконсерватизм в России - фильм «Асса».

С «великой многонациональной империей» в духе Александра Проханова или Сергея Кургиняна есть три проблемы. Первая состоит в том, что за империю надо платить - и платить страшную цену. Но за империи западные всегда платил кто-то извне и продолжает платить в случае с Америкой. А вот за нашу империю платила русская деревня - и экономически, и демографически. Но деревни больше нет, и ресурса для расходования внутри России нет, а осваивать «западный колониализм» уже поздно, да и «не дадут». Вторая проблема, прямо связанная с первой, состоит в том, что никакой империи нет, а есть просто воры, которые нанимают жуликов о ней разговаривать, а сами тем временем финансируют Украину, чтобы дом в Лондоне не отобрали. Ну и третья проблема состоит в том, что «интернационализм» физически жрет Россию, ликвидируя рынок труда, насаждая исламизм и добиваясь непрерывных дотаций одним регионам в ущерб другим.

О ком я не написал? Обо всех вроде бы написал.

Так что только национал-демократия - или медленная верная смерть.

Источник: 4pera.ru

Судьба России в XXI веке
Справка об этом сайте.

Петербургские политики и сегодня озабоченно следят за судьбой России, помещают в настоящем сетевом журнале свои наблюдения, предложения, газетные вырезки, ссылки на интересные сообщения в Интернете, заметки, статьи.


Блог создан после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился столь явным обманом и вышел на площади в Москве и Петербурге. Депутаты Петросовета в декабре 2011 года сделали соответствующие заявления.
Какая власть сложится в России в 21 веке: монархия, деспотия, олигархия, анархия, демократия или, может быть, клерикализм?

На страницах этого дневника вы найдете интересные статьи:




Судьба революционных реформ в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»



The Fate of Russia in XXI Century
Philosophy of blog.


Blog coined after the election in December 2011, which, according to lost parties were rigged.
The people protested so obvious fraud and went rallies. Deputies of in December 2011 made declarations.
Petersburg politics convocation (powers from 1990 to 1993) currently closely follow the fate of Russia, put in this online journal his articles, Notes, press clippings, Offers, links to interesting posts on the Internet, observation.
What kind of state will become Russia in the 21st century: despoteia, democracy, anarchy, monarchy, oligarchy or, perhaps, clericalism?

On the pages of this online journal you will find interesting articles:




The fate of the revolutionary reforms in the book
«Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»


Многоликий либерализм



Михаил Габович

Многоликий либерализм.
XIX век и современный взгляд
на «национальные особенности»

Извлечения

М.Е.Габови ч
В сегодняшней России бытуют два мифа о либерализме.
Первый из них заключается в том, что либерализм — это некоторое единое явление, достаточно четко очерченный круг либеральных идей, принципов и ценностей. Все они выражены в преимущественно англоязычных текстах ряда классиков либерализма, в деяниях либеральных политиков. Согласно все тому же мифу, эта система ценностей или, если угодно, идеология зародилась в англоязычных странах (Англии Локка, Шотландии Юма и Смита, Соединенных Штатах отцов американской демократии), откуда распространилась по всему “западному” миру, и ко второй половине XX века превратилась в некую доминирующую политическую и мировоззренческую систему. Из этого мифа делается вывод, что любая попытка “установить” либерализм в России (которую приверженцы этого мифа часто считают не-западной или даже не-европейской страной) — суть утопия, потому что условия-де у нас другие, и эта система к ним не адаптирована. В отличие от западных стран, в России либерализм можно только “внедрить” или, в самом крайнем случае, “возродить”, опираясь на какие-то давно забытые политические традиции. Так зачастую думают и сами либералы.
Второй миф касается содержания либерализма. Чаще всего он трактуется как идеология, в первую очередь экономическая или экономистская, то есть требующая неограничения свободы личности прежде всего в экономической сфере и невмешательства государства в дела граждан во имя абстрактных прав и свобод. Все это с тем, чтобы позволить людям вступать друг с другом во взаимовыгодные отношения и создавать таким образом индивидуальное благосостояние и всеобщее изобилие. Главные принципы такой системы — частная собственность, свободное движение товаров, наполненные прилавки магазинов — словом, “жизнь, как в Европе”. Естественный спутник подобного либерализма — демократия, как политическая система, наиболее способствующая свободе торговли.

Не будем заниматься выяснением того, откуда произошли эти мифы. Важно сперва понять, что речь идет именно о мифах. Либерализм — это не единое явление, у него нет единой общепризнанной классической традиции, которая могла бы служить точкой отсчета для любого “нового” (например, российского) либерализма. Главное же, либерализм — это вовсе не экономическая доктрина, основанная на свободной торговле и частной собственности как главных ценностях, которые надо защищать любым путем. И демократия ему, либерализму, нужна вовсе не для этого.
История европейского либерализма XIX века прекрасно иллюстрирует это соображение — особенно если отвлечься от якобы “центральной” британской традиции и рассмотреть, к примеру, развитие либерализма в Германии и Франции. Чем, собственно, вот уже около тридцати лет занимаются немецкие и французские историки.


<...>


Наиболее интересные либеральные деятели Франции не оставили после себя систематического философского наследия — его приходится реконструировать на основании их программ, выступлений и публицистических текстов. Этот процесс осложняется тем, что в каждой из пяти основных политических эпох в истории посленаполеоновской Франции (Реставрация, монархия Бурбонов, Революция 1848 года, Вторая империя, Третья республика) либеральные партии подлаживали свои программы под актуальные для того времени темы. В отличие от Германии или Италии, здесь не вставал вопрос о национальном единстве, и основные усилия были направлены на реформирование политической системы и расширение политических свобод — но при условии умеренной демократизации: в глазах либеральных реформаторов, радикальная демократия грозила новым всплеском революционности и, возможно, террора. Именно этот страх перед народом и невнимание к социальным вопросам поставили либералов во время Второй империи в маргинальное положение. Как это было чуть позже в объединенной Германии, формальная демократизация была проведена “сверху”, по настоянию авторитарной власти, которая желала заручиться всенародной поддержкой. Так же как в Германии, либеральная интеллигенция, стоявшая последние годы XIX века у истоков, например, французской социологии, “заболела” национальным вопросом (в данном случае — Эльзасом и Лотарингией) и не выработала четкой программы противостояния тем радикально-националистическим кругам, которые накаляли политическую атмосферу в преддверии Первой мировой войны.
На основании такого довольно схематичного обзора истории либерализма я предлагаю сделать три вывода.
Во-первых, история либерализма показывает, что динамику национальной уникальности и риторики ее преодоления можно обнаружить повсюду. Либерализм может опираться на совершенно разные исторические пути развития, по-разному сочетаясь как с демократией, с которой в конце концов всегда примиряется, так и с проблемой экономических свобод — которые отнюдь не определяют его суть. Это национализм везде одинаков — либерализм же многолик: разные его проявления порой сохраняют друг с другом лишь смутное сходство, которое, однако, позволяет нам говорить о вполне определенной группе современных государств с либеральной политической системой. Если же за эталон измерения брать некий идеальный тип американской либеральной демократии, может обнаружиться, что либерализма вообще не существует.
Во-вторых, стоит обратить внимание на общую для французских, немецких — и, кстати, английских — либералов проблему примирения со всеобщими выборами, то есть с расширением демократической системы и восприятием “народа” как полноценного носителя государственного суверенитета. Проблема вытеснения реформаторски настроенных сил с политической арены популистами, играющими на часто присущем либералам презрении к “народу”, в условиях сегодняшней массовой демократии остается актуальной и всегда таит в себе опасность плебисцитарного авторитаризма.
В-третьих, осознание многообразия либеральных традиций может научить нас относиться терпимее к недостаткам кандидатов на должности “отцов” и “матерей” российского либерализма. В самом деле, в сегодняшней либеральной Америке никто не требует возврата к рабству, которое поддерживали многие из “либералов”-основателей США. В либеральной Германии никому в голову не придет выступать за конституционную монархию, как это делали либералы XIX века, а во Франции не собираются отбирать право голоса у малоимущих и необразованных. Тем не менее во всех этих странах современные либеральные деятели и мыслители с уважением относятся к наследию прошлого, если рассматривать это прошлое в его историческом контексте. Не отрицая ни политической наивности и малой эффективности, скажем, того же правозащитного движения советской эпохи, ни отсутствия мощной социальной базы у реформаторского либерализма в до- и постсоветское время, отчаяться в возможности закрепления России в “семье” либеральных государств можно только при условии слишком узкого прочтения традиции “либерализма”.

Источник:  magazines.russ.ru


Об авторе.

Габович, Михаил Евгеньевич (род. 7.2.1977 в Москве) — социолог, переводчик. Сын Е.Я.Габовича. Учился в в Оксфордском университете и в Высшей Нормальной школе в Париже. С 2002 по 2006 год был редактором московского журнала «Неприкосновенный запас». Редактор-составитель книги «Память о войне. 60 лет спустя». — М.: НЛО, 2005. В 2007 году — стипендиат Эйнштейновского форума (г. Потсдам, Германия). С 2007 г. — сотрудник Принстонского ун-та, США. Является сотрудником Эйнштейновского форума в Потсдаме, где проводит социальные исследования на тему политического и социального протеста в России.

Габович о современной власти в России

Миша Габович. Путин капут?! Новая российская культура протеста. – Берлин: Зуркамп, 2013. – 441 с. – Тираж не указан.

Трогательное расположение общественности ФРГ к российской оппозиции столь же велико, как и её яростная неприязнь к российскому президенту. Этих беспроигрышных коньков немецкой публицистики и решил оседлать Миша Габович с целью показать закат «системы Путина и зарождение массового антипутинского протеста в Российской Федерации».
Несколько слов об авторе. Немецкий историк и социолог Михаил Габович родился в Москве, учился в Оксфорде и Париже, преподавал в Принстоне, на данный момент является сотрудником Эйнштейновского форума в Потсдаме, где проводит социальные исследования на тему политического и социального протеста в России. Он не только лично принимал участие в демонстрациях, апофеозом которых стала Болотная площадь. Он также непосредственно знаком с подоплёкой формирования групп независимых наблюдателей. В качестве редактора журнала «Неприкосновенный запас» Габович был вхож в «НЛО», сферу медийного влияния Ирины и Михаила Прохоровых. Последний, как известно, создал сеть независимых наблюдателей в Челябинске, на которых Габович и ссылается в своём исследовании политического сознания российского общества. В остальном он полагается на телеканал «Дождь» и многочисленные интернет-блоги.
Первоначальная идея автора – совместить непредвзятость перспективы «птичьего полёта» и ангажированность «опытного активиста и демонстранта» – не реализована. Потому как просто не могла быть реализована. Вместо бесстрастного обозрения сверху Габович представил читателю очень личные заметки изнутри. Ради красного словца Габович проводит параллель между Россией и Сенегалом и симпатизирует протестантам, которые желают своей собственной стране таких же событий, как на площади Тахрир в Египте. Иные политические оценки автора вызывают улыбку. Тяжело согласиться с тем, что резиновый рэп Noize MC следует возвести в ранг серьёзного манифеста против Путина. Габович, не смущаясь, делает это. Недоумение вызывает восхищение автора уже подзабытой акцией группы «Война» на Литейном мосту. Выходит, что автору попросту не удалось найти в активе протестантов более впечатляющих, серьёзных, а самое главное – созидательных акций.
Правда, в заключение своего труда он скрепя сердце приходит к выводу, что лидеры и рядовые члены Болотной страдают от переизбытка самолюбования и скоморошества своих политакций. И вообще из-за отсутствия внятной программы протестанты ничего не могут противопоставить «системе Путина». То есть новая российская культура протеста получила «неуд» даже от не скрывающего своего пристрастия к ней наблюдателя.
ЭССЕН, ФРГ

Судьба России в XXI веке
Философия блога.


Блог создан после выборов в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился узурпацией власти и вышел на площади в Москве и Петербурге. Депутаты Ленсовета в то время сделали соответствующие заявления.
Группа депутатов Ленсовета 21 созыва (полномочия с 1990 по 1993 год) и в настоящее время озабоченно следят за судьбой России, помещают в этом сетевом журнале свои наблюдения, ссылки на интересные сообщения в Интернете, статьи, газетные вырезки, предложения, заметки.
Каким государством станет Россия в 21 веке: демократия, олигархия, анархия, деспотия, монархия или, может быть, клерикализм?

На страницах этого дневника - публикации о культуре, истории, экономике, политике, финансах, войне:




Судьба революционных реформ в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»



The Fate of Russia in XXI Century
Philosophy of blog.

A group of deputies of Lensoviet 21 convocation (powers from 1990 to 1993) currently preoccupied follow the fate of Russia, put in this online journal his Notes, press clippings, articles, Offers, observation, links to interesting posts on the Internet.
What kind of state will become Russia in the 21st century: monarchy, despoteia, anarchy, democracy, oligarchy or, perhaps, humanism?
Blog created after the election in December 2011, which, according to lost parties were rigged.
The people protested so obvious fraud and went Square in Moscow and St. Petersburg. Deputies of in December 2011 made declarations.


On the pages of this Blog you will find interesting articles:




Modern History of Russia in the book
«Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»