понедельник, 13 апреля 2015 г.

Ленсовет и А.Чубайс

Извлечение из книги Ю.А.Рыбакова «Мой век: Историко-биографические заметки», 2010.

«Темницы рухнут, и свобода вас примет радостно у входа!..»

Но до этого еще далеко — пока холодный и полуголодный город стоит в очередях. Еды все меньше. А вокруг нарастающий вал нетерпения, раздражение и полное неверие коммунистам заслоняют привычный страх даже у обывателей. Появляются мечтания о новой жизни, облик которой нечеток, но заманчив...
Какая свобода — не знает никто. Наверное, как на Западе? С полными прилавками, роскошными авто и прочим...
О том, что обломки распадающейся империи погребут нас под собой, что свобода — это риск начать с разбитого корыта, что это личная ответственность, не хочет и не может думать большинство тех, кто ждет свободы как «халявы». Обыватель мечтает — если поменять плохих парней на хороших, «коммунистов» — на «демократов», то и настанет от новых правителей всем счастье...
Мне ясно, что так не будет, что впереди нас ждут такие тяготы, что те, кто первыми возьмутся за штурвал, вряд ли услышат потом благодарность...
Я понимаю, что, находясь в разваливающемся доме, мало кричать об опасности и винить тех, кто довел до беды, — потом мы выстроим другой дом, а сейчас надо спасать людей, надо крепить прогибающуюся кровлю и подпирать стены, заменяя их одну за другой, на ходу...
А значит, надо оказаться в рядах тех, кто будет делать выбор и принимать решения, надо баллотироваться в законодательную власть.
В ДС (партия Демократический Союз, нелегальная общественная организация периода 1985-1991 годов. – Ред.) позиция другая — еще на втором съезде принимается положение: «ДС считает подобные выборы пародией на народовластие, так как они предназначены лишь для юридического закрепления монополии партократии на власть, и считает для себя не приемлемым как политическая партия участвовать в выборах...».
Но если тогда Демсоюз допускал и поддерживал участие в выборах по советской системе других демократических кандидатов (что можно было использовать для пропаганды), то позже сильнее стали позиции тех, кто требовал остаться «внесистемной оппозицией». Так считала Валерия Новодворская, ставившая непременным условием нашего участия в формировании новой власти созыв Учредительного собрания. О том, какой легитимный орган его созовет, она не задумывалась...
Я вижу, что без демократов накатанная дорожка «выборов» в Советы будет использована для сохранения режима. «Нарезки ржавой сорван поворот. И снова ночь. И снова все сначала...»? Значит, надо переходить от лозунгов и общих программ, от упований на стихию — к реальному действию в экстремальной ситуации. Позднее Валерия, искренний и честный, но увлекающийся человек, изменит свою позицию и будет не раз безуспешно пытаться стать депутатом...
В лагерной записной книжке осталась пометка: «Остров. 20 поколений. Возвращение хозяев...» Я задавался тогда вопросом — вот наша зона, допустим, те, кто в ней сидит, это какое-то по счету поколение зеков, родившихся в неволе. Если однажды они проснутся, а начальства и конвоя нет, сбежали, испарились? Если уйти некуда — как обустроили бы свою жизнь эти рабы? Понятно, что сначала пришили бы пару стукачей, а кто-нибудь случайно попал бы под горячую руку... А потом? Я смотрел тогда на окружающих меня зеков и прикидывал: этот — заграбастает ларек, тот -останется работягой, ну а те — собьются в стаю и установят свой «порядок», разделят бараки и цеха... Пожалуй, их беспредел скоро покажется хуже прежнего, ментовского. Тогда работяги затоскуют по регулярной пайке, по жестокому и тотальному, но «порядку»...
И если вдруг материализуются вертухаи и начальнички, то бухнутся им в ноги забитые урками мужики и возопят: «Отцы родные, владейте нами по справедливости! А этих, которые нам про свободу пели, гоните в шею, а лучше — на вилы...»
Но что было делать в конце 80-х? Отойти в сторону, умыть руки, — как это сделали в те годы многие диссиденты? Иди вложить свои пусть мизерные, но все же силы в изменение веками заданной траектории?
Я ухожу из ДС и соглашаюсь баллотироваться. Меня поддерживает и выдвигает созданное политзеками общество «Мемориал», неформально помогают питерские члены НТС. Я попадаю в список «Демократические выборы — 90», он публикуется в городских газетах, где я числюсь в качестве кандидата и на Российский съезд, и в депутаты Ленсовета. Но, узнав об этом, спохватились чекисты. .А тогда кандидатов на съезд, по закону, выдвигали организации, и эти организации должны были обладать определенной численностью. В том институте, который меня выдвигал, численность была недостаточной, поэтому дополнительно была найдена школа в Адмиралтейском районе, где меня поддержал учительский коллектив, в результате необходимое количество голосов было набрано. Но потом в эту школу приехали гэбисты и объяснили директору его ошибку... Он тут же написал признание в том, что на учительском собрании кворума не было, поэтому выдвижение недействительно. Моя регистрация кандидатом в депутаты России была отменена, но у меня еще был мандат для выборов в Ленсовет, по округу на Софийской улице, рядом с моим домом. В Ленсовет избирается 400 депутатов, поэтому город нарезан на это же число округов. Они так малы, что доступны для живого общения избирателей и соискателей народного мандата. В отличие от всех последующих выборов подавляющее число кандидатов не имеет никаких личных средств для своей кампании. Все делается своими руками: я сам рисую плакаты, вместе с Александром Штаммом мы ходим и расклеиваем их, стоим у автобусных остановок и раздаем напечатанные на шелкографе листовки. А кандидаты от коммунистов печатают «левые» тиражи своих набивших оскомину агиток и пасквилей на демократов. Их ловят за руку, осмелевшая пресса охотно это освещает...
Проходит первый тур городских и всероссийских выборов, явка по стране 89,9 процента, в Питере даже больше, но кандидатов в моем округе много, и никто не набирает больше половины голосов. На второй тур остаюсь я и представитель официальных профсоюзов. Партийные и номенклатурные кандидаты в редких случаях на вторых местах, а то и вообще выбывают из списков, как, например, командующий военным округом... Смольный в панике, и тогда там пытаются сорвать выборы. Так называемые «патриоты» и анонимные «жители Ленинграда» распространяют листовки с призывом: «В день выборов — все по домам!» Горожан пытаются убедить в том, что «к власти рвутся кооператоры», что «вся деятельность ЛНФ (Народного фронта) направляется «теневым» штабом — идеологами еврейского нацизма и сионизма... А чтобы сократить число тех, кто готов голосовать за решительные перемены, тиражируется обращение от анонимных «радикалов», которые призывают к бойкоту, потому что Народный фронт «не достаточно прогрессивен»...
Но все эти ухищрения не помогают. Я узнаю, что рядом собираются строить мусороперерабатывающий и шинный заводы, — тогда я пишу обращение к городским властям с протестом против строительства и начинаю день за днем обходить дома своего участка. Квартира за квартирой, я собираю подписи под протестом и заодно знакомлюсь со своими избирателями. Думаю, что именно это помогает мне получить доверие и большой перевес по голосам (заводы, как я и обещал, там построены не были). Народ идет голосовать, и мы побеждаем. Я получаю мандат.
Что было дальше?
На трибуне Ленсовета Анатолий Чубайс. Он говорит:
«Уважаемые товарищи депутаты!
Советское правительство 11 марта приняло постановление о подготовке материалов, связанных с переходом к планово-рыночной экономике. Через несколько дней после этого, после избрания президентом страны, М.С.Горбачев выступил с речью на первом заседании президентского совета, в которой была изложена новая концепция экономической реформы страны.
Мне представляется, что речь идет о мерах беспрецедентных по масштабу, характеру и значению, о мерах, которые впрямую затронут как каждого из сидящих в зале депутатов, так и каждого жителя нашего города.
Речь идет о переходе СССР к рыночной экономике. Мне бы хотелось постараться осветить основное содержание мер, которые планируются, и изложить возможные последствия от их реализации, имея в виду, что в той или иной форме задачей депутатов будет выработка Ленинградской программы подготовки, адаптации ленинградской экономики к этим мерам.
Прежде всего, два слова о том, что предшествовало этой концепции. Совсем недавно, в ноябре 1989 года, на съезде народных депутатов была принята правительственная программа по экономическому оздоровлению, и вот сейчас появляется новый документ.
Мне представляется, что есть основание говорить о существенном пересмотре экономической политики правительства. Вместе с тем я сразу же хотел привлечь ваше внимание к одному вопросу. Вопрос пересмотра экономической политики касается не целевых установок, не моделей, на которые предстоит выйти нашей экономике, а средств, путей и методов достижения этих целей. И правительственная программа, и нынешняя позиция связаны с созданием в СССР рынка. Если в документе правительства речь шла о достаточно длительном периоде (1990—1993 годы), то в новой концепции речь идет о радикальном и огромном повороте к рыночной экономике.
Центром всех мер, которые могут быть реализованы, является проблема материальной сбалансированности в нашей стране. Я бы не хотел детализировать этот вопрос.
Всем хорошо известно состояние финансов в нашей стране, дефицит в прошлом году составил 92 миллиарда рублей, в нынешнем — 60 миллиардов рублей.
Всем известен повсеместный спрос на все виды товаров, как производственного назначения, так и товаров народного потребления.
Корень всех этих проблем связан с материально-финансовой несбалансированностью. Совершенно ясно, для того чтобы решить эти проблемы, нужны достаточно жесткие и радикальные меры. Состав этих мер прилагается в новой нашей концепции.
Я бы выделил 4 блока основных мер, которые могут быть реализованы в рамках концепции перехода к планово-рыночной экономике.
Прежде всего — меры, связанные с кардинальным пересмотром госбюджета. В стране 60-миллиардный дефицит госбюджета на этот год. Если трезво смотреть в лицо фактам, это значит одно — что ситуация в экономике в этом году будет значительно ухудшена. Дополнительно 60 миллиардов будет выброшено в сферу денежного обращения.
Поэтому первый блок — пересмотр госбюджета, направленный на радикальное сокращение дотаций предприятиям, на финансирование мелиорации и других расходов.
Этот блок достаточно болезненный по своим последствиям. Вы прекрасно понимаете, что означает прекращение дотаций или сокращение госдотаций предприятиям. Но без этой меры бессмысленно рассчитывать на успех радикальной экономической реформы.
Второй блок связан с тем, что называется разгосударствление, приватизация экономики. Речь идет о том, что значительная часть
государственной собственности должна обрести своего реального хозяина — будь то работающие на предприятиях рабочие или частные собственники.
В любом случае речь идет о крупномасштабном маневре. В ситуации, когда государство не в состоянии свести концы с концами, оно должно принять меры, для того чтобы не оказаться несостоятельным должником. Эти меры связаны с распродажей государственного имущества, что может стать объектом приватизации экономики.
Это может касаться сферы обслуживания, сферы общественного питания, в значительной степени пищевой и легкой промышленности, особенно мелких предприятий. В сельском хозяйстве можно ожидать этих мер для убыточных нерентабельных совхозов и хозяйств, наряду с ускоренным переходом на аренду. Можно ожидать продажи части жилищного фонда в личную собственность. Можно ожидать целого ряда форм и методов перехода к приватизации наряду с другими, которые должны дать в рамках этой концепции предусмотренное ускорение перевода крупных промышленных предприятий на акционерную форму собственности. Значительная часть доходов от продажи крупных государственных предприятий должна поступить в бюджет для покрытия имеющегося дефицита.
Третий блок мер реформы связан, наверное, с наиболее сложным и болезненным аспектом — с реформой цен и ценообразования.
Вы прекрасно понимаете, что этот вопрос давно стоит на повестке дня в той или иной форме в печати и в предвыборных дискуссиях.
Сегодня ни по структуре, ни по уровню цен наша страна не может идти на прямые открытые контакты с мировой экономикой.
Всем известно, что вопрос этот должен решаться. Неизбежно и решение этого вопроса в рамках новой концепции перехода к рынку в СССР. Центральная идея этой концепции связана с тем, что государство сохранит контроль только за теми товарами, которые определяют общую структуру в экономике.
Трудно назвать полный перечень, но основная идея такова.
Надо идти с открытыми глазами на то, что такого рода меры неизбежно приведут к росту цен не только оптовых, но и розничных; к достаточно ощутимому и заметному повышению цен в стране. Полому в рамках реформы предусматривается и четвертый блок — блок социальной защиты. Он включает в себя целый комплекс мер, ориентированный на то, чтобы в максимальной степени ослабить негативные последствия первого этапа реформы, особенно для наиболее малозащищенных социальных слоев населения. Что конкретно имеется в виду? Существуют варианты, связанные с обеспечением минимального потребительского бюджета, минимальной поставки продуктов, необходимых для жизни, через карточную систему. Существуют варианты с введением индексации части доходов — создание механизма, который свяжет уровень пенсий, стипендий с темпом роста цен в стране. Одновременно необходима и индексация фонда заработной платы для бюджета страны.
Предусматривается комплекс мер, связанных с помощью и защитой безработных. Предусматривается создание государственного фонда безработных, введение пособия по безработице, которые в течение какого-то времени должны обеспечить поддержание и социальную защиту тех, кто оказался вне работы. Предусматривается создание биржи труда и создание системы общественных работ, на которые будут привлекаться безработные для выполнения задач городского хозяйства. Прежде всего здесь не следует ожидать ни слишком престижных, ни слишком привлекательных, ни высокооплачиваемых работ.
Кроме этого, предусмотрены меры, связанные с целевой помощью, например, инвалидам, одиноким престарелым, беженцам, детским домам и так далее.
Таким образом, в целом блок социальной защиты ориентирован на то, чтобы смягчить тяжелые и неизбежные негативные последствия первого этапа реформы.
Я не буду рассказывать о достаточно сложном механизме реализации всех этих блоков. Скажу только, что в рамках реформы предусмотрен целый комплект нормативных актов (указы Президента, постановления Верховного Совета и так далее). В рамках реформы предусмотрены подреформы таких важнейших систем хозяйственного механизма, как система банковская, как система кредитная. Предусмотрены аграрная реформа, целый комплекс антимонопольных мер, система органов управления народным хозяйством, управления внешней экономической деятельностью и целый ряд мер, которые могли бы обеспечить весь комплекс, о котором шла речь ранее.
Скажу несколько слов о возможных результатах реализации реформы. Для того чтобы оценить результаты, я думаю, есть смысл разбить их, хотя бы условно, на две группы: краткосрочные результаты, которые можно ожидать в ближайшее время, в течение нескольких месяцев или даже недель, и глубинные, отдаленные результаты, которые проявятся, может быть, через 5—10 лет.
Из числа краткосрочных результатов я назвал бы некоторые негативные неизбежные последствия реформы. Прежде всего, это рост цен. Возникает вопрос: каковы масштабы роста цен? К сожалению, оценить это довольно сложно, тем более что комплекс нормативных актов, как вы знаете, не принят. Но есть возможность ориентироваться на некий подобный опыт — опыт польской экономической реформы, проведенной с начала этого года, правда, с некоторой оговоркой для нас, что все мероприятия, которые должны быть проведены в нашей стране, не должны быть копировкой польской идеи. Они не копируют полностью польский опыт.
Польский опыт показал, что меры, связанные с полным устранением государственного контроля за ростом розничных цен, привели к тому, что в течение месяца наблюдалось реальное падение уровня жизни, при этом имеется в виду, что разница между ростом номинальных цен и ростом жизненного уровня составила 30—35 процентов. Это жесткие, болезненные меры. (В действительности рост цен, инфляция и, как следствие, обнищание население и обесценение вкладов и накоплений в банках за 1992-1994 годы составило тысячи процентов! – Ред.)
Вместе с тем жизнь показывает, что фактор темпа роста цен в Польше был сведен к 2—3 процентам, а по ряду продуктов цены поползли вниз. Этот факт, я думаю, ожидает и нашу страну.
Второй печальный факт реформы связан с появлением безработицы. Хотя всем известно, что безработица давно существует в нашей стране и масштабы имеет большие. Безработица носит как региональный характер, например, в южных районах страны она достигает 40—50 процентов, так и структурный характер. Поэтому нужно говорить об изменениях структурного и регионального характера. Это будет связано с блоком мер по защите тех, кто неизбежно пострадает от безработицы.
Третье следствие, которое привычно относится к реформе, связано с неизбежным ростом социальной дифференциации, сопровождающей рост жизненного уровня населения.
Это традиционный подход. Хотелось бы допустить мысль такую, что мы имеем жизнь с гигантской дифференциацией, которая не всегда связана с уровнем квалификации и отдачи. Переход к рыночной экономике изменит характер этой дифференциации. Этот переход должен привести к тому, что в обществе есть крупная дифференциация, есть
разница в доходах, однако, под этим лежит переход от разницы, под которой лежит разница в уровне интенсивности труда, к разнице, под которой простая разница в уровне достигаемых результатов. При этом можно ожидать целый ряд позитивных следствий.
Первый факт, который подтвержден польским опытом, — это полное исчезновение дефицита.
В стране исчезли дефицитные товары. Па полках магазинов оказались выставлены все виды товаров, вплоть до автомобилей. Вместе с дефицитом исчезает значительная часть мощной теневой экономики, бюрократической власти, которая занята распродажей этого дефицита. Это можно отнести к ближайшим результатам реформы. Если будет удачной реализация реформы, возникает система, когда каждый желающий повысить свою квалификацию может быть уверенным, что это желание приведет к соответствующему вознаграждению. На чем основана эта идея?
Экономика в целом может выжить лишь в одном случае: если она будет развернута к человеку, потребителю. Что касается долгосрочных эффектов, это связано со сложными процессами, которые касаются изменения структуры народного хозяйства, разворачивания новых групп, отраслей. Связаны они с ускорением научно-технического прогресса, связаны с тем, что наша экономика получаст возможность войти в мировое сообщество на равных правах. Из того, что изложено, я думаю, ясно мы знаем, что речь идет о тяжелых мерах. Можно ли без этого обойтись?
Я глубоко убежден, что отсутствие этих мер может привести к критическому состоянию нашей экономики, то есть краху. Нам необходимы сверхжесткие меры, только такие меры смогут привести к желаемому успеху. Могут быть отрицательные результаты, если они не будут восприняты населением. Каков будет авторитет новой власти? Это зависит от того, как мы разработаем саму концепцию реформы. Появились достаточно сложные задачи для местных органов власти. Вчера с Лснгорисполкомом мы обсуждали нашу работу. Необходимо развернуть научный потенциал.
Спасибо за внимание».

Мы, 300 с лишним депутатов горсовета, внимательно слушаем стоящего на трибуне молодого рыжеволосого человека. Перед ним не было скрупулезно составленной речи, он не читал по бумажке слово за словом, как это делали советские функционеры. Поглядывая в листочки с тезисами, на ходу подыскивая слова, он развернул перед нами масштабную панораму предстоящей стройки, а поскольку ожидалось сопротивление, то и боя... Из прозвучавшего возникало представление о том, что названные пути уже избраны руководством страны. На самом деле это было не так. В правительстве, в окружении Горбачева еще продолжалась борьба. Это не было столкновением идеологий, скорее, это было противостояние тех, кто не хотел рисковать, и тех, кто был готов к риску необходимых перемен. В своем выступлении Чубайс пошел дальше, чем Горбачев: он честно обозначил безработицу, рост цен и появление разрыва между бедными и богатыми — как неизбежное зло, которое будет сопутствовать экономической реформе. Верил ли он в то, что мы сможем справиться с этими бедами за несколько месяцев, как это происходило в Польше? Наверное — да. Мы все верили тогда в то, что разум и добрая воля свободных людей могут разгрести любые завалы. Несоизмеримость проблем маленькой Польши и гигантской распадающейся империи была невидна.
А той команде реформаторов, от имени которых и выступал А.Чубайс в Ленсовете, нужна была поддержка, ведь правительство Рыжкова саботировало реформу.
Конечно, сказанное вызвало немало вопросов. Более всего меня тревожило то, что в дефицитном госбюджете вряд ли найдутся гигантские средства, которые нужны для социальной защиты тех, кто потеряет работу. А от допечатанных на эти нужды миллиардов «деревянных» рублей взлетят цены...
Чубайс еще не знает, что его и Гайдара вскоре назовут авторами «шоковой терапии», что его имя, благодаря стараниям врагов и тупости обывателей, станет олицетворением всех российских бед следующего десятилетия...
Много позже, ожесточившись в своих убеждениях, он с горечью будет говорить:
«В то время я не вполне понимал, какую цену нам придется заплатить. Я недооценил то глубокое чувство несправедливости, которое зародилось в людях».
Но тут же упрямо скажет:
— Нам приходилось выбирать между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом... Мои противники говорят, что приватизация провалилась, что она была направлена против интересов людей. Но я делал это не ради людей моего поколения, я делал это ради наших детей. Я убежден, что через одно-два поколения люди взглянут на нас иначе, и чувство несправедливости у тех, кто придет за нами, исчезнет.

Среди сотен сидевших на первой сессии Ленсовета первого и последнего демократического призыва были разные люди. Выслушав сообщение А.Чубайса, кто-то молол вздор, кто-то уже шел в рабочие группы по детализации программы, другие, оставив глобальные затеи, пытались решать насущные городские проблемы. Помню я и бывшего главу горисполкома коммуниста Ходырева. Сидя на последнем ряду, поигрывая литым золотым браслетом, он задумчиво усмехался. Такие, как он, уже ломали голову над тем, как вписаться в процессы приватизации...
А вскоре и я первый раз вышел на трибуну Ленсовета. Еще работая в оргкомитете 1-й сессии, а потом и в Президиуме Совета, я предлагаю включить в состав постоянных органов комиссию, которая возьмет на себя заботу о конкретных людях, чьи права и законные интересы будут нарушаться органами власти. Теперь, когда предложения по структурам утверждаются на общем заседании, я стою на трибуне Большого зала Ленсовета и убеждаю своих коллег-депутатов в необходимости Комиссии по правам человека. Виктор Дроздов, депутат и морской офицер, спрашивает меня: «А где граница прав человека?» Не задумываясь, отвечаю: «Ваше право кончается там, где начинается право другого человека...»
Зал голосует. Первая в истории России пусть маленькая, только городская, но государственная структура по защите нрав человека — создана...
Но это лишь начало. Разложившаяся, нищая империя на грани голода и гражданской войны. Как выбираться из кризиса, как остановить падение в пропасть? Аналогов — нет.
Сравнить, воспользоваться чьим-то опытом? Но в таком положении еще никто не был. Придется искать и рисковать, изобретать и строить на ходу. Ленсовет был хорошей школой работы с людьми разных убеждений, разного интеллекта и нравственного облика. При этом долгое время нам удавалось держаться на уровне тех процедур, того рабочего регламента, который сохранял равенство всех депутатов. Неукоснительное обсуждение всех документов зачастую откладывало те решения, которые требовали оперативной реакции. Но до кулуарных сговоров и аппаратных игр еще далеко. Как и до танков, идущих на Питер, чтобы распустить наш маленький парламент...

(Если автор имеет в виду август 1991 года, то танки или хотя бы бронированные машины пехоты, возможно, и двигались в сторону Ленинграда, как тогда временно назывался Санкт-Петербург, но никак не с целью разгонять предусмотренный конституцией РСФСР представительный орган власти города. А вот в 1993 году, в декабре, хватило одного лишь упоминания о том, что будто бы Б.Н.Ельцин подписал указ №2252 о роспуске Петербургского горсовета, и большинство депутатов разбежалось по домам, даже не дождавшись предъявления нам фотокопии подлинника этого судьбоносного документа. И никаких танков не понадобилось. – Ред.).

Записки и очерки о Ленсовете-21. 2015 год.

Единственный и неповторимый...
It is the one and only...

Кронштадт, Ленсовет, юбилейное заседание

Размышления на юбилейном собрании депутатов Ленсовета 21 созыва и после него
Thoughts on the anniversary meeting of the deputies of the Leningrad City Council of 21 convocation and after it

Владимир Беляков, Сергей Егоров, видео, Ленсовет, депутат, выборы, партия, КГБ-ФСБ, Ельцин, Путин

Ленсовет-Петросовет XXI созыва действует!
St.Petersburg City Council working right now
!
Ленсовет, Сазанов, юбилейное заседание, 10 апреля 2015 года

Ленсовет и А.Чубайс
Lensoviet and Anatoly Chubais

Ленсовет, Чубайс, Санкт-Петербургский горсовет, Юлий Рыбаков

25 лет назад начал свою работу Ленсовет 21 созыва. Конференция. Видеофильм.
25 years ago Lensoviet of 21st convocation started. Conference. Videos

видео, Ленсовет, Сергей Егоров, Conference, Videos

Социолог-коммунист в Ленсовете
Sociologist-Communist at the City council of St.Petersburg

Альберт Баранов, Ленсовет, Собчак, социология

Ученые вспоминают о Ленсовете
Scientists remember the City council of St.Petersburg

Ельцин, Ленсовет, Путин, Салье, Собчак, Филиппов

На руинах СССР
On the ruins of the USSR

Анатолий Собчак, Васюточкин, Ленсовет, Россия, СССР

Мемуар про Ленсовет
Memoir about Lensoviet

демократия, депутат, Ленсовет, Невское Время, революция, Санкт-Петербург

25 лет Ленсовету
The Leningrad City Council celebrated 25 years

Ленсовет, статья Александра Сазанова

О чем мечтали в Ленинграде 25 лет назад
About the dream of Leningrad 25 years ago

Александров, Виталий Васильев, Горбачев, депутат, Ленинград, Ленсовет, первая сессия, Салье, Севенард, Собчак

Ленсовет вспоминают добром
Residents of the city of Leningrad remember Soviet the good word

ЗакС, история, Ленинград, Ленсовет, Санкт-Петербург, фальсификация

Валерий Зорькин об Указе №1400 (21.09.1993)
Valery Zorkin remembered Decree №1400

Борис Ельцин, Валерий Зорькин, Киев, Крым, майдан, революция, Украина

Новое - это незабытое старое.
Modern - it is unforgotten old.

Борис Вишневский, выборы, демократия, Ленсовет, свобода

Судьба Моссовета
Fate of Moscow City Council

КПСС, Моссовет, революция, Россия, СССР, как буржуи уничтожили советскую власть в России

Анатолий Собчак и Ленсовет
Anatoly Sobchak and Lensoviet

lensoviet, Анатолий Собчак, депутат, Ленсовет, Петербургский горсовет, Санкт-Петербург

Депутатские записки.
Notes of deputies

deputy, lensoviet, депутат, Ленсовет

Юбилейное заседание депутатов Ленсовета 5 апреля 2010 года.
Anniversary meeting of the Leningrad Council at April 5, 2010.

депутат, Ленсовет, юбилейное заседание

Краткая история Ленсовета
Brief history of Lensoviet

депутат, история, Ленсовет, Петербургский горсовет, политика

Избранные места из воспоминаний друзей
Selected passages from the memoirs of friends

leningrad, lensovet, lensoviet, Pavel Tsyplenkov, Ленсовет, Павел Цыпленков

Демократия и Ленсовет
Democracy and the Lensoviet

демократия, Ленсовет, ЛНФ, Михаил Журавлев, реформа, Россия, Сергей Егоров

Перчатка, брошенная общественному разуму
Glove thrown to the public mind

власть, государство, демократия, колбасно-демократическая революция, Россия, Сергей Егоров

Последние ландыши советской власти. Лето 1993.
Recent lilies of the valley for Soviet power. Summer 1993.

Анатолий Собчак, Ленсовет, малый совет, Петербургский горсовет, Санкт-Петербург

Владимир Сергеевич Жаров
V.S.Zharov. Deputy of Lensoviet died.

Автовские ведомости, Владимир Жаров, Жаров, Ленсовет, Трусканов, Цыпленков

Новому петербургскому парламенту исполнилось 20 лет
New Petersburg parliament celebrated its 20th anniversary

Ватаняр Ягья, Законодательное собрание, ЗакС, Ленсовет, Санкт-Петербург, Санкт-Петербургские ведомости, Ягья

Революционеры и бунтовщики. Из книги "Колбасно-демократическая революция в России". Политический спектр депутатов Ленсовета
Revolutionaries and rebels. From the book "Sausage-democratic revolution in Russia". Political spectrum of deputies of the Leningrad City Council

бунтовщик, консерватор, Ленсовет, Петербургский горсовет, радикал, реакционер, революционер, реформатор, центрист


Судьба России в XXI веке
Философия блога.


Петербургские политики и сегодня внимательно следят за судьбой России, помещают в настоящем сетевом журнале свои ссылки на интересные сообщения в Интернете, предложения, газетные вырезки, статьи, наблюдения, заметки.
Каким государством станет Россия в 21 веке: анархия, деспотия, олигархия, демократия, монархия или, может быть, гуманизм?
Блог придуман после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению наблюдателей, были сфальсифицированы.
Народ возмутился пренебрежением его мнением и вышел на площади в Москве и Петербурге. Авторы публикаций в этом блоге общественник Юрий Вдовин, интеллигент Леонид Романков, автор концепции сферной политики Лев Семашко, писатель Александр Сазанов, петербургский адвокат Сергей Егоров, искуствовед Сергей Басов, политик Павел Цыпленков в декабре 2011 года критиковали фальсификацию выборов.

На страницах этого дневника вы найдете интересные статьи:




Судьба революционных реформ в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

The Fate of Russia in XXI Century
History of the online journal.


Blog created after the election in December 2011, which, according to observers were rigged.
The people protested usurpation and went rallies. Deputies of in December 2011 made declarations.
What kind of state will become Russia in the 21st century: democracy, oligarchy, monarchy, despoteia, anarchy or, perhaps, humanism?
Deputies of Lensoviet convocation (powers from 1990 to 1993) today preoccupied follow the fate of Russia, publish in this online journal his observation, links to interesting posts on the Internet, Offers, articles, Notes, press clippings.

On the pages of this online journal - publication of the Culture, History, Finance, War, Economy, Politics:




The fate of the revolutionary reforms in the book
« Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»

Комментариев нет :

Отправить комментарий