пятница, 27 апреля 2012 г.

Про Петра Столыпина

Почему Столыпина не стоит называть символом новой государственной идеологии

На эту тему пишет Владимир КАЛАШНИКОВ, доктор исторических наук, профессор в газете "Санкт-Петербургские ведомости", 27 апреля 2012 года.

Празднование 150-летия с дня рождения Петра Столыпина прошло скромнее, чем я ожидал. Напомню, что еще в мае 2010 года президент Дмитрий Медведев подписал указ, поручив правительству разработать программу юбилея. Премьер Владимир Путин 13 июля 2011 года провел заседание оргкомитета, на котором поставил задачу отметить дату так, чтобы получился «значимый положительный общественный отклик» и были «раскрыты все грани профессиональной, общественной и политической деятельности» юбиляра. Фигура Столыпина была оценена как подходящий исторический символ для идеологии нового консерватизма в истории России, а круглая юбилейная дата – как удобный повод утвердить этот символ в массовом сознании. Однако повод был использован как-то не активно и не убедительно.



Нужен значимый отклик


Путин дал Столыпину высокую оценку: «Настоящий патриот и мудрый политик, он понимал, что для страны одинаково опасны как разного рода радикализм, так и стояние на месте, отказ от... необходимых реформ, что только сильная, дееспособная государственная власть, опирающаяся на деловую, гражданскую инициативу миллионов людей, способна обеспечить развитие, гарантировать спокойствие и стабильность огромной многонациональной державы, гарантировать нерушимость ее границ».

Эта оценка была призвана раскрыть суть политики Столыпина как попытки консервативной модернизации России в условиях начала ХХ века.
В последние годы идеология консервативной модернизации оказалась востребованной и взята на вооружение правящей партией «Единая Россия». Ключевые слова нового партийного кредо Путин произнес в цитированном отрывке: реформы без радикализма, сильная государственная власть, гражданская инициатива, спокойствие, стабильность.
Ну как тут было не обратиться к фигуре Столыпина! Тем более что подоспела и связанная с ним юбилейная дата.


«Голосуй сердцем»


Для широкой аудитории были подготовлены два фильма, показанные по центральным телеканалам. На «России» состоялась премьера фильма Н. Михалкова «Петр Столыпин. Выстрел в Россию. XX век». На канале «Культура» показали картину режиссера А. Столярова «Господин премьер-министр». Оба фильма были призваны убедить зрителя в том, что Столыпин открыл путь мирной модернизации царской России, который позволял избежать революции и открывал сказочные перспективы, но... темные силы убили Столыпина, свергли царя, потом злодеи-большевики ввергли процветавшую страну в разрушительную гражданскую войну.
Обе картины старались воздействовать на зрителя исключительно на эмоциональном уровне. Зрительные образы отражали известную триаду «православие, самодержавие, народность». Невольно вспомнился знаменитый слоган президентских выборов 1996 г. – «Голосуй сердцем».
И действительно, перлы, прозвучавшие с телеэкрана, разумом воспринимать было трудно: «царь, царица, Столыпин – чистые фигуры, а остальное окружение – бесы», «в первой и второй Государственной думе сидели черти», «зачинщиками крестьянских бунтов были поднаторевшие в теории и риторике революционеры», «если бы Столыпина не убили, Россия не вступила бы в мировую войну» и т. д. и т. п.
Иными словами, к серьезному разговору о причинах, сути и объективных результатах реформ авторы не стремились.
Непонятно, кому были адресованы эти фильмы. Люди старшего поколения воспримут такие трактовки с недоверием. А у молодежи интерес к истории постсоветские радикальные реформаторы отбили надолго.
Так что поставленные Путиным задачи получить от юбилея «значимый положительный общественный отклик» и «раскрыть все грани» деятельности юбиляра, на мой взгляд, остались нерешенными.
Явно не хватало и какого-то массового «действа». Им должно было стать торжественное открытие памятника Столыпину перед Домом правительства в Москве, но не успели собрать деньги. Народного сбора средств не получилось. Открытие памятника перенесли на ноябрь – к некруглой годовщине царского указа от 6 ноября 1906 г., положившего начало аграрной реформе.
Бросилось в глаза и то, что Путин, выступая в Думе за несколько дней до юбилея, о Столыпине не вспомнил. Складывается впечатление, что будущий президент к проекту исторической «канонизации» Столыпина охладел.
И это правильно
Идея сделать из Петра Аркадьевича государственный символ была пролоббирована группой людей, искренне влюбленных в своего героя. Они нарисовали образ идеального реформатора, но образ далек от исторической правды. В этом и состоит слабость проекта. Прочный дом на слабом фундаменте не построишь. А разочарование во вновь обретенных кумирах часто оборачивалось шараханьем из крайности в крайность. Так, от всенародного нового кумира Бориса Ельцина немалая часть людей вновь обратились к старому кумиру Иосифу Сталину.
Еще более важно другое: идеализация Столыпина закрывает путь к извлечению реальных уроков из его деятельности.
А уроки столыпинских реформ актуальны, ибо их ошибки не раз повторялись и в советский, и в постсоветский периоды. Понятно, что в одной газетной статье эту тему раскрыть невозможно, но несколько тезисов готов предложить читателю как материал для размышлений.
Предварим тезисы замечанием по поводу авторства реформ. Обычно историки пишут, что реформы были подготовлены задолго до прихода Столыпина во власть, и авторами называют членов команды С. Ю. Витте (министра финансов, главы кабинета министров, затем Совета министров до апреля 1906 г.). Это так и не так. Главным автором был Николай II. Именно он определял суть, стратегию и время проведения реформ, выбирая из предложенных вариантов. Назвать царя мудрым реформатором язык не поворачивается. Не могу назвать его и слабым, как утверждал Александр Солженицын. Царь был правителем внешне мягким, но по сути жестким консерватором. Он не понял, что время прежних форм управления в России уже закончилось. В этом корень многих ошибок.


Реформы и реформаторы

1. Фактор времени. Стратегическое запаздывание, реформы вдогонку – типичная черта консервативной модернизации. Историю столыпинских реформ можно оценить одной фразой: запоздавшие реформы всегда вызывают неудовлетворенность и часто открывают дорогу радикализму.
Такой же фразой можно описать и реформы Михаила Горбачева. Горбачевская перестройка – советский пример реформ вдогонку.
Последний пример подобного рода – политические реформы, предложенные Дмитрием Медведевым после массовых протестов против нарушений на думских выборах в декабре 2011 года. Если бы Медведев провел свои реформы до думских выборов, он бы уходил с президентского поста с хорошими перспективами вернуться в Кремль через какой-то срок. Его реформа осталась бы консервативной, но не была бы реформой вдогонку, вынужденной уступкой. Урок: одна и та же реформа может иметь разную цену.

2. Варианты консервативной модернизации бывают разные и по степени консервативности, и по тактике их проведения. В конце неурожайного 1905 г., когда за октябрь – декабрь крестьяне разгромили 1600 помещичьих усадеб, премьер Витте предложил царю проект Н. Н. Кутлера, отвечавшего в правительстве за земельный вопрос. Проект предусматривал принудительное отчуждение части частновладельческих земель за справедливое вознаграждение. Это открывало путь к компромиссу с либералами и крестьянскими депутатами в Думе и позволяло проводить реформу через парламент в рамках существовавшего правого поля. Николай II наложил резолюцию: «Частная собственность должна оставаться неприкосновенной». Отсюда следовало, что аграрная реформа будет ограничена переделом земли в рамках крестьянского сословия и что в Думе такая реформа не пройдет.
Кутлер, а чуть позже и Витте ушли в отставку. Именно этим решением царя был закрыт вариант проведения консервативной модернизации правовыми парламентскими методами. Витте писал, что Николай II отказался сделать то, что сделал его дед Александр II, который заставил помещиков освободить крестьян и отдать им землю за выкуп, причем сделал это до того, как поднялась волна крестьянских восстаний. Сегодня кто-то пытается поставить Столыпина в один ряд с Александром II – царем-освободителем. Это принципиально неверно. Александр II провел консервативную модернизацию вовремя, точно найдя исторический компромисс между помещиками и крестьянами. Николай II, подлинный автор столыпинской реформы, сделал все с точностью наоборот. Он отклонил программу Витте, которая реально позволяла разрядить пороховую бочку крестьянской войны и обеспечить России социально-политическую стабильность, столь необходимую в условиях надвигавшейся мировой войны.
Царь сделал другой выбор. Он призвал в столицу 44-летнего саратовского губернатора Столыпина, который эффективно боролся с крестьянскими бунтами, и сделал его накануне открытия Думы в апреле 1906 г. министром МВД, а в июле, в день разгона Думы, – премьером. Новому премьеру была поставлена задача: провести реформы так, чтобы сохранить самодержавие и помещичье землевладение. Решая задачу, правительство разогнало Государственную думу первого и второго созывов, а потом произвело государственный переворот, изменив избирательный закон так, что крупные собственники, один процент населения, получили гарантированное большинство в Думе третьего созыва. Третья Дума и приняла столыпинские аграрные законы, которые предполагали административный нажим на крестьянство с целью разрушения общины и создания слоя крепких земельных собственников.
Итогом такой политики было не замирение, а обострение социальных противоречий в деревне. Пока власть обладала силой, она держала крестьянскую пороховую бочку под контролем. Как только власть стала слабой, бочка взорвалась. Первый взрыв – молчаливый отказ крестьянской армии поддержать монарха в момент его свержения в феврале 1917 г. Посланные с фронта армейские части до Питера не дошли. Второй взрыв – дружное требование уравнительного передела всех помещичьих, удельных, церковных, монастырских и даже частных крестьянских земель, которое содержалось в многочисленных наказах, присланных крестьянами на первый съезд крестьянских депутатов в мае 1917 года. Именно эта позиция крестьян определила судьбу революции и Гражданской войны. Кто ее поддержал, тот и победил. Урок: социальный и политический эгоизм верхов – путь к катаклизмам на любом крутом ухабе плохо предсказуемой истории.

Судьба России в XXI веке
Справка об этом сайте.


Каким государством станет Россия в 21 веке: олигархия, деспотия, монархия, анархия, демократия или, может быть, гуманизм?
Блог создан после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился пренебрежением его мнением и вышел на митинги. Авторы публикаций в этом блоге правозащитник Сергей Егоров, общественник Юрий Вдовин, философ Лев Семашко, искуствовед Сергей Басов, журналист Александр Сазанов, публицист Павел Цыпленков, действительный государственный советник Леонид Романков в те тревожные дни призвали власти разобраться со всеми фактами фальсификаций.
Петербургские политики и в настоящее время озабоченно следят за судьбой России, помещают в настоящем сетевом журнале свои газетные вырезки, предложения, статьи, ссылки на интересные сообщения в Интернете, заметки, наблюдения.

На страницах этого сетевого журнала вы найдете интересные статьи:




Новейшая история России в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

The Fate of Russia in XXI Century
Philosophy of blog.


Petersburg politics convocation (powers from 1990 to 1993) today closely follow the fate of Russia, put in this online journal his Notes, observation, articles, links to interesting posts on the Internet, Offers, press clippings.
What kind of state will become Russia in the 21st century: oligarchy, despoteia, democracy, monarchy, anarchy or, perhaps, humanism?
Blog coined after the election to representative bodies in December 2011, which, according to lost parties were rigged.
The people protested so obvious fraud and went Square in Moscow and St. Petersburg. Deputies of in December 2011 made declarations.

On the pages of this Blog you will find interesting articles:




The fate of the revolutionary reforms in the book
« Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»

1 комментарий :

  1. 1911-й год выдался очень сложным и тяжёлым. Нарастало влияние Распутина на царскую семью и отдаление её от Столыпина. Пётр Аркадьевич, возмущённый той тенью, которую бросал «святой старец» на весь Романовский Дом, и всеми беспорядками, творимыми «фаворитом», настаивал на высылке его из столицы. Императрица пришла в негодование. А Николай сказал Петру Аркадьевичу: «Лучше сто Распутиных, чем одна истерика Императрицы». Самого Государя начинала раздражать чрезмерная, по его мнению, самостоятельность премьера. Эту нараставшую отчуждённость почувствовали при дворе, где Столыпина изначально недолюбливали и считали выскочкой. В марте разгорелся правительственный кризис. Он был вызван тем, что Государственный Совет провалил уже поддержанный Думой столыпинский законопроект о Западных земствах. Пётр Аркадьевич подал в отставку… И, быть может, Император и принял бы её, если бы не давление на него дружественных Столыпину Марии Фёдоровны и некоторых Великих Князей. Вдовствующая Императрица пригласила премьера к себе и сказала: «Я передала моему сыну моё глубокое убеждение, что вы один имеете силу спасти Россию!».

    Соглашаясь остаться на посту, премьер проявил чрезмерную, быть может, крутость, потребовав не только уволить из Государственного Совета вождей оппозиции П. Дурново и В. Трепова, но и вовсе распустить на несколько дней Совет вместе с Думой (порознь такая мера не была предусмотрена законом) и провести закон о земствах по 87-й статье… Собственного говоря, столь радикальные меры не были необходимы. Через несколько месяцев во время думских каникул можно было провести этот закон по той же статье совершенно безболезненно. Но в этот раз Столыпин проявил несвойственную ему горячность…

    Из книги: Елена Семенова "П.А.Столыпин. Крестный путь реформатора"

    ОтветитьУдалить