четверг, 11 июня 2015 г.

Страны традиционно-мафиозные и модернистско-дружные

Идеи Макса Вебера обсуждает политический философ Александр Гарин, размышляя о конфликте России и Запада в контексте проблем мирового развития


В воскресенье и понедельник (7-8 июня 2015 года) в Баварии прошел саммит "Большой семерки" - в отличие от прошлых лет, без участия России. Вопросы безопасности, перспектив глобального развития и угрозы цивилизации (вроде глобального потепления, лихорадки Эбола и агрессии "Исламского государства") обсуждались в отсутствии Владимира Путина, исключенного из неформального влиятельного клуба из-за политики России в отношении Украины. Из важного участника строительства системы всеобщей безопасности, по мнению западных политиков, Россия превратилась в угрозу этой безопасности.

По просьбе Радио Свобода новую ситуацию оценивает исследователь глобальных социально-политических процессов, почетный профессор Центра стратегических исследований имени Джорджа Маршалла в Германии Александр Гарин:

– Давайте вспомним историю "Большой семерки": своим возникновением этот неформальный клуб обязан встрече президента Валери Жискар Д'Эстена и канцлера ФРГ Гельмута Шмидта в 1974 году. Перед Европой в ту пору стояла проблема нефтяного кризиса и вопрос о том, что делать в этих условиях с валютной системой. Оба политика были прагматиками, несмотря на то что придерживались разных идеологий: один – консерватор, другой – социал-демократ. К их инициативе присоединились наиболее богатые и влиятельные страны.

Александр Гарин о мировой политике: взгляд из космоса

В середине 1990-х годов году, так сказать, в качестве жеста доброго воли, в знак благодарности за мирное окончания абсурда, который был связан с коммунизмом, в "Большую семерку" пригласили Россию. Сначала президент России участвовал только в заседаниях последнего дня, когда обсуждались общеполитические и общегуманитарные вопросы, а не проблемы, связанные с мировыми финансами. Россия не могла тогда внести никакого солидного экономического вклада. Это был своего рода "кредит доброй воли": западные политики посчитали, что Россия будет вносить в общую игру позитивный вклад, поскольку у нее есть свои сферы политического и экономического влияния (в хорошем смысле слова) – Сирия, Иран и так далее.

Но это все накрылось, конечно, после присоединения к России Крыма. Накануне открытия саммита "Большой семерки" Ангела Меркель сказала примерно так: кто бы мог подумать, что Россия через 25 лет развития поставит под вопрос порядок безопасности в Европе, аннексировав чужую территорию? Это какое-то впадение в варварство, добавила она. Продолжу мысль канцлера: а вот другой парадокс варварства – с "Исламским государством", кто-то задумал устроить халифат, государство, в котором вопрос личной свободы вообще не стоит, в котором нормируется даже размер бороды.
Конечно, жалко, что Россия не участвует теперь в работе "Большой семерки". Слышны голоса тех, кто высказался на эту тему и в таком ключе: мол, зря Россию не приглашают (в числе тех, кто так считает, два бывших немецких канцлера, Гельмут Шмидт и Герхард Шредер). Но мне кажется, приоритеты западного мира абсолютно ясны. Как сказала Меркель, "Большая семерка" – не собрание технократов, которые что-то хотят подправить в экономике. Речь на собраниях этого клуба идет о принципах развития, о стратегии, а это развитие связано с ценностями. Россия ясно показала, что она этих ценностей не придерживается. G7 – это мировой мотор, это содружество стран, которые обладают капиталом в разных смыслах понятия: политическим, интеллектуальным, ценностным. Это богатые страны, которые способны и должны сочетать несколько подходов: и уважение ценностей, и реализм. Россия, к сожалению, отошла в сторону от этого процесса.

– Что наука политическая философия говорит о значимости для мировой истории начала XXI века российско-западного разлома? Весь русскоязычный журналистский мир уже второй год варится в этом российско-украинском бульоне. Вопросы отношений Москвы, Запада и Киева кажутся нам значительно более важными, чем проблема "Исламского государства", угроза лихорадки Эбола или глобального потепления. Но если сменить фокусировку и посмотреть на происходящее из политического космоса, сколь значителен этот разлом для мировой истории? 
– Главный вывод таков: мы должны быть очень осторожны в предположении о том, что прогресс имеет автоматический характер. Если бы прогресс был автоматическим явлением, не случилось бы аберрации, связанной с идеей халифата или с впадением в национализм и разговоры о сферах влияния по образцу XIX века со стороны России. Пока мы оказались не в состоянии объяснить, как это так весь остальной мир еще не подтянулся к нам, а мы меж тем-де представляем собой норму, если под нормой подразумевать западную модернизированную демократическую реальность. Глядя из политического космоса, надо оставить в покое идею автоматического прогресса, понять, что Провидение не ведет нас просто так, автоматически. И тогда возвращение России к политическим методам XIX века кажется просто какой-то временной аберрацией – надо только подождать. Но и ждать особенно нельзя, по многим причинам: мы знаем, что человечество может уничтожить Землю. Наши технологии, начиная с ядерного оружия и завершая промышленностью, влияющей на изменение климата, позволяют наделать огромное количество глупостей.
Реалистический научный подход к этим проблемам связан с идеями немецкого социолога и философа Макса Вебера. Он ставил вопрос следующим образом: большинство-то стран остаются так называемыми традиционными (а мы могли бы сказать сегодня вообще отрицательно – просто мафиозными странами, в области политической организации). Судите сами: либо кланы и племена, как мухи, разлетаются в разные стороны, либо их подавляет какой-то диктатор. Это - примитивная организация общества, на этом базисе невозможно собрать и мобилизовать ресурсы и талант населения. Альтернатива, по Максу Веберу, – модернизированное государство, в котором индивидууму предоставлена свобода, но в котором тем не менее люди не разлетаются как мухи, порождая гражданские войны, а с другой стороны, консолидация в котором не осуществляется с помощью диктатуры. Такое построение институтов – краеугольного фундамента современного государства – дает возможность слабому, но умному Альберту Эйнштейну открыть теорию относительности или Сергею Брину придумать Google. Это общественная система, в которой идеи конкурируют друг с другом.
Вот как это сделать? Построение такого государства требует большого искусства. Даже в "старой" Европе мы видим осечки, своего рода разлом, мы видим клиентелистское государство, Грецию, которое во многом построено на коррупции. Вот противоречие: Греция, государство, которое погрязло в долгах, малоработоспособно, а с другой стороны – Голландия, более-менее Франция, прежде всего Германия. Как мы можем передать другим государствам то, что сами нашли путем проб и ошибок, как построить современное государство, сам фундамент которого дает возможность производить всякие чудеса науки и техники, сочетая его хотя бы с относительно разумным социальным устройством? Западные страны не могут помогать развивающимся через голову их правителей: ребенок не научится плавать, если в бассейн не налить воды, но если оказывать помощь диктаторам, она растекается по капиллярам коррупции.
Кроме того, мы всегда должны считаться с антропологическим фактором. Формат G7 – встреча без галстуков, она не столь прозрачна, дает возможность знающим людям поговорить между собой не в свете прожекторов. "За околицей" G7 царит скептицизм: что это богатенькие там делают, видать, решают, как за наш счет дальше обогащаться. В Мюнхене разрешены демонстрации протеста, баварская полиция даже не сумела добиться запрета на то, чтобы построили лагерь для демонстрантов, ведь юстиция в Германии независимая. Как рыбы-прилипалы к акуле, европейские хулиганы сопровождают каждый саммит "Большой семерки", занимаются всякой дрянью, ввязываются в стычки с полицией... Откуда это берется? Всегда есть определенный сегмент молодых людей в определенном возрасте с определенным избытком энергии, с определенной готовностью применить насилие. Этот антропологический фактор присутствует в мировой политике – наряду с достижениями науки и прогресса.

– В целом политика западного сообщества по отношению к сегодняшней России – к России Владимира Путина – представляется вам эффективной?
– Она мне представляется одним из элементов большого пакета. Вернусь к идеям Вебера: построение модернизированного государства возможно с помощью эффективных общественных институтов и политической этики – я имею в виду этику не абстрактно-моральную, а просто элементарную честность, такое общество, где суд есть суд, а выборы есть выборы. Более-менее все страны ЕС движутся в этом направлении. Поскольку указанные мною предпосылки в Европе существуют, есть основания полагать, что ЕС выйдет из экономического и любого другого кризиса. Но это не значит, что проблемы быстро разрешатся: всякий раз, когда накапливается слишком много экономической свободы, возникает финансовый кризис. Приходится с помощью госрегулирования "откручивать" назад, юстировать законы – как инженеры юстируют мотор, чтобы он мощно работал, но не взорвался.
И вот на этом фоне Россия оказывается более архаичной, чем ожидалось: в этой стране политически популярен XIX век, люди из-за пропаганды отключились от современного развития. То есть Европе нужно самой не рухнуть –  преодолеть финансовый кризис, вырулить на хорошие общественные институты - одновременно не впадая в национализм, не расклеивая этикетки типа "русские есть русские, чего вы хотите, там никогда не было ничего хорошего в смысле опыта институтов, там никогда юстиция не работала как следует". Иными словами, речь идет о сохранении принципов, минимума этических принципов международной политики. Нельзя в такой ситуации действовать так: главное – это экономика, будем торговать на рынке России, а на все остальное нам наплевать.
Эффективна ли политика Европы? Мне кажется, да, хотя многим бы хотелось большего или другого. С западной точки зрения, мы не применяем "борьбу этикеток", не рассуждаем о том, какой народ по определению запрограммирован на все хорошее, а какой народ запрограммирован на все плохое. Нет, человек гибок! Отправьте пакистанца и индуса в США, поставьте их на одну улицу – оба преуспевают и перестают драться между собой, потому что попадут в государство с другими общественными институтами. Очень важно придерживаться основного посыла: Россия сохраняет возможность войти назад, вернуться на свое место в Европе и мире, но тем не менее то, что она делает сейчас - недопустимо. Мне кажется, что в перспективе это должно работать.
Понятно, что губительно пилить сук, на котором сидишь, заниматься примитивным импортозамещением – никто в мире еще так не поднимался. России нужно иметь хорошие отношения со странами, у которых передовая технология, для того чтобы технологически развиваться самой, я уж не говорю о развитии науки. Гитлер сделал много для развития экономики Америки, потому что выдавил туда из своей страны лучшие немецкие умы. Германия пережила свою болезнь, но можно легко себе представить, с каким ужасом немецкие интеллектуалы в 1930-е годы смотрели на то, как немецкий народ, ликуя, двигался навстречу пропасти. Что сегодня делает Кремль, когда заставляет лучшие критические умы – а других прогрессивных умов не бывает – исчезать с пространства России? Так развиваться нельзя!
То, что я говорю, мне кажется, отражается в головах национальных лидеров, а вот отставные политики, лидеры, так скажем, второго плана, например, Гельмут Шмидт или Герхард Шредер, думают по-другому: да Бог с ним, с Крымом, это какой-то эпизод внутренних отношений между Украиной и Россией, запутанная история, надо просто возвращаться к экономике, да и все! Но ответственные политики, - и Меркель, и Обама, и Олланд - как бы это ни было им с точки зрения экономики накладно, не забывают о том, что живут в рамках определенных норм, этических принципов. Тут вот какой вопрос: в какое будущее мы ведем людей?
Хотим мы закончить впадением в Первую и Вторую мировые войны, чтобы докатиться до Средневековья? – задается вопросом политический философ Александр Гарин.

Источник: www.svoboda.org

Судьба России в XXI веке
Философия блога.


Какое государство сложится в России в 21 веке: монархия, демократия, анархия, деспотия, олигархия или, может быть, клерикализм?
Группа депутатов Ленсовета 21 созыва и сегодня внимательно следят за судьбой России, публикуют в настоящем сетевом журнале свои наблюдения, ссылки на интересные сообщения в Интернете, заметки, предложения, газетные вырезки, статьи.
Блог придуман после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился пренебрежением его мнением и вышел на митинги. Авторы статей в этом блоге публицист Павел Цыпленков, правозащитник Юрий Вдовин, философ Лев Семашко, писатель Александр Сазанов, петербургский адвокат Сергей Егоров, искуствовед Сергей Басов, действительный государственный советник Леонид Романков в те тревожные дни призвали власти разобраться со всеми фактами фальсификаций.

На страницах этого блога - публикации о политике, финансах, экономике, истории, войне, культуре:




Новейшая история России в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

The Fate of Russia in XXI Century
History of the online journal.

Deputies of Lensoviet convocation (powers from 1990 to 1993) today closely follow the fate of Russia, publish in this online journal his observation, links to interesting posts on the Internet, Offers, press clippings, Notes, articles.
Blog coined after the election to representative bodies in December 2011, which, according to observers were rigged.
The people protested so obvious fraud and went Square in Moscow and St. Petersburg. Deputies of in December 2011 made declarations.

What kind of state will become Russia in the 21st century: monarchy, despoteia, democracy, oligarchy, anarchy or, perhaps, clericalism?

On the pages of this online journal - publication of the Economy, Politics, History, Culture, War, Finance:




The fate of the revolutionary reforms in the book
« Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»

Комментариев нет :

Отправить комментарий