Показаны сообщения с ярлыком Сергей Егоров. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Сергей Егоров. Показать все сообщения

четверг, 30 апреля 2020 г.

Как я стал политиком. Ленинградский Народный фронт.

Воспоминания о том, как тридцать лет назад
Павел Цыпленков стал политиком.
Ленинградский Народный фронт.

Павел Цыпленков в 1990 году
Павел Цыпленков в 1990 году.  Коллаж автора.
Тридцать лет назад, в марте-апреле 1990 года, в Мариинский дворец вступили новые ленинградские политики — депутаты Ленсовета 21 созыва, избранные не альтернативной основе голосованием горожан 5 и 18 марта. Началась острая фаза мирной демократической революции в России. Москва и Ленинград вышли в лидеры борьбы за новое, передовое устройства жизни против устаревших, закосневших и вредивших порядков тоталитарного социалистического государства. Среди этих деятелей посчастливилось оказаться и мне.
Надо сразу же сделать два напоминания. Никогда прежде я политикой не занимался, в выборах не участвовал, если не считать, конечно, два случая из детства. Примерно в 1961 году шли выборы депутатов куда-то, и моя бабушка, в те годы учительница парголовской школы, как работник участковой комиссии оформляла плакаты. Я, ещё неграмотный дошкольник, помогал ей — водил плакатными перьями по карандашным эскизам красной и черной тушью. Школьником же, спустя годы, отдавал пионерский салют избирателям, которые являлись опустить бюллетень с единственной кандидатурой прокоммунистического кандидата на участок в нашей школе.
Чем старше я становился, тем менее интересовался застойной политикой Л.И.Брежнева. Меня привлекала микробиология с оттенком смертельного риска. Позднее я стал биохимиком. Тренировал крыс до упаду, после же изучал, как и что у них в крови меняется, и что с этим делать, чтобы предотвратить перетренированность советских спортсменов. Конечно, как все сколько-нибудь интеллигентные советские люди слушал Би-Би-Си и "Голос". Сочувствовал А.Солженицыну, не прочитав ни единой строки из его опусов. Молча негодовал по поводу оккупации Советской Армией свободолюбивого Афганистана. Занятость была полная, и времени на митинги не оставалось. И тут грянула перестройка.
Во-первых, пропали хорошие вина. Научным работникам пришлось разводить ректификат вареньем и, в случае большой удачи, «достатым на сером рынке» растворимым кофе. Это привело к брожению умов.
Во-вторых, в прессе начали появляться критические заметки, и статьи консерваторов тоже, типа Нины Андреевой, навсегда вписавшей в историю СССР свою геростратову память. Процесс расшатывания идеологии в части экономической либерализации, кооперации и комсомольского разграбления общественного имущества шел уже полным ходом.
Как-то раз в конце 1988 года вели очистку фермента на хроматографической колонке, дело небыстрое, пили чай. Мой научный коллега и в значительной части даже руководитель, профессор Владимир Николаевич К. поинтересовался, как движется моя диссертация, не столь ли медленно, как слой зеленоватого фермента в стеклянной трубке. Я сообщил, что готов к защите весной 1989. Профессор К., как и многие умники в СССР, увлекался восточными гороскопами с элементами астрологии. Он скептически пожал плечами и предостерег меня, чтобы в ближайшее время ни о какой защите диссертации я и не мечтал. Со мной должно случиться несчастье, я сильно опущусь по жизненной синусоиде, которую он тут же вычертил на клочке бумаги. Зато через год, моя жизнь пойдет в гору, и я заберусь на такие карьерные высоты, о которых предполагать сегодня невозможно, но это точно, как тысячелетние наблюдения китайских звездочетов. Правда и этот взлет будет не долог. Синусоида моей жизни снова пойдет на спад и даже ниже плинтуса. Все студенты и аспиранты, присутствовавшие в лаборатории, посмеялись. Ведь для молодых людей главное, чтобы не пошло на спад либидо, а на счет падения рейтинга, тогда ещё разговоры не шли.
Тем не менее, прогноз моего научного товарища сбылся с точностью до мелочей. Вскоре я сломал ногу, защита диссертации отложилась. Больничная бедность и примитивность нашей медицины повернули мозги мои в направлении устроения общественной жизни, я, молодой коммунист, вступил в неформальную оппозицию партии! Стал даже пописывать статьи в оппозиционные газеты, причем заграничные! Прошел год, и я победил на конкурентных выборах пятерых моих соперников, инженеров и партийных аппаратчиков разного уровня. Рост продолжался, меня избрали членом Малого совета, моим пальцам доверили кнопки, решающие судьбу родного города, и я нажимал на них до мозолей часто и непреклонно. А потом грянул сентябрьский (1993) антиконституционный переворот, расстрел парламента России, разгон Петербургского горсовета. Так сбылось предсказание профессора К.
Я его встретил в метро в начале 2000-х и честно признался, что все, что он мне насчитал много лет назад, свершилось. Профессор был очень доволен, как всякий ученый, наблюдающий плодотворное воплощение своей теории в практику.
Теперь перейдем к Ленинградскому Народному фронту (ЛНФ). Благодаря этой организации, я и реализовался, как политик.

Ленинградский Народный.

Отвечаю на вопросы соавторов брошюры о политических фракциях в Ленсовете.

1. Что связывает с Народным фронтом? Был ли членом? В каком районе? Чем там занимался?

Несчастный случай стал толчком моего интереса к политике. Успешно отучился в аспирантуре и подготовил к защите в 1989 году диссертацию по биохимии. Несчастный случай затормозил научную карьеру. С переломом бедра оказался в больнице «для бедноты» почти без движения, читал разные журналы, «Огонек» и «толстые», которые приносили родственники и товарищи. В газете коммунистов попалась на глаза критика статьи Сергея Андреева о бюрократах. Я прочитал и эту статью. Показалась интересной. Он ведь тоже биолог. Написал письмо в редакцию для С.Андреева. Он позвонил мне, пригласил на собрание инициаторов Народного фронта в доме литераторов, позже пострадавшем от пожара, на митинг у стадиона им. С.М.Кирова. Это было в мае 1989 года. Я уже мог передвигаться, хотя и с палочкой. И понеслось. Так я стал членом не районной, а межрегиональной группы «Действие». Занимался по всему городу распространением газет, антикоммунистических листовок, стоял в пикетах против инициатив Объединенного фронта трудящихся. Написал несколько заметок в газету «Тартуский курьер», которую издавали основатели ЛНФ Петр Филиппов и Анатолий Голов. До сих пор с ними дружу. Для примера — одна короткая заметка (в конце текста), написанная в 1989 году под псевдонимом, предложенным мне редакцией, «Максим Плёнкин».

2. Что подвигло идти на выборы в 1990 году? Какую роль в этом сыграл ЛНФ?

Ленсовет 21 созыва - источник демократии и свободы в Ленинграде
В группе «Действие» были свежие впечатления от выборов на Съезд СССР. Я предложил выдвинуть всех активистов в Ленсовет. Некоторые растерялись, другие же предпочли баллотироваться в районные Советы. Эти структуры были ближе к распределению жилплощади и торговле. Впоследствии некоторые молодые сторонники демократии из нашей компании открыли свой бутик. Другие эмигрировали. Я же нацелился на Ленсовет и получил место депутата в борьбе с пятью претендентами, одним из которых был некто Розов, работник Ленгорисполкома, другие — инженеры. Принадлежность к ЛНФ сыграла ключевую роль в моей победе. Во-первых, члены ЛНФ из Выборгского района активно помогали мне в агитации, например, Екатерина Варгина (фамилия девичья), и активисты группы «Действие», например, Борис Кац, Елена Балланд и Наталья Демина. Помогали также мои друзья по университету и по аспирантуре (спортсмены из НИИ физической культуры). Во-вторых, для избирателей был издан в газете «Смена» список кандидатов, поддержанных ЛНФ и объединением «Демократические выборы-90». Поддержка ЛНФ показывала избирателям, что кандидат за реформы, против консервативного сплава аппарата КПСС и «красных директоров». Это давало существенную прибавку голосов, ведь до начала выборов жители совершенно не знали кандидатов. Я баллотировался в том квартале, где и не жил, и не работал. Так уж согласовали распределение в городском штабе ЛНФ.
В этот период в городе началась кампания против неформальных народных движений, особенно ЛНФ. Привожу тексты документа Обкома К;ПСС и листовки, вероятно, тоже из недр аппарата правящей партии.
Читайте их внизу страницы.

3. Какие элементы Платформы ЛНФ были особенно близки? Какие, может быть, казались излишне радикальными?

Платформа ЛНФ была также, как и список кандидатов, опубликована в газете «Смена». Спасибо её редактору В.Югину, стороннику демократических ценностей и принципов избирательной кампании. Не все, конечно, восемьдесят страниц, которые обсасывали на заседаниях в ДК «Пищевиков» реформаторы, «рыночники», антикоммунисты и либералы. Главным была борьба против всевластия КПСС за власть Советов. Такие позиции, как передача церквей верующим находились в струе либерализма и не вызывали особых споров. Борьба за экологию также смотрелась уместно для меня, как биолога, и на фоне недавней аварии в Чернобыле. Я не помню, чтобы в программе ЛНФ ставилось целью переименование города, возвращение исторических названий городским топонимам. Но я в запальчивости образно обещал на встречах с избирателями, что буду бороться за то, чтобы над Смольным реял национальный российский флаг-триколор. Все улыбались, не верили, что через два года уже от могучей КПСС не останется и следа, но за меня проголосовали две трети избирателей, принявших участие в голосовании. В целом предвыборная Платформа ЛНФ не представлялась мне чрезмерно радикальной.

4. Каковы результаты собственной работы в Ленсовете, что получилось, а что нет?

Свергнуть партию коммунистов, перевесить флаги, вернуть городу историческое имя — все это получилось. Приватизация также получилась, мы создали тысячи собственников, акционеров, «сохозяев». И то, что в начале 2000-х всех сохозяев разогнали и «пожрали» сначала олигархи, а потом чекисты, захватившие всю власть в России, уже не наша вина.Это всеобщая беда!

5. Как создавалась фракция «ЛНФ»? Почему члены КС ЛНФ не участвовали в создании фракции?

Фракция «ЛНФ» создавалась в первые дни первой сессии в апреле 1990 года. А уже осенью я на компьютере напечатал список из 70 или 80 фамилий депутатов. Я пробовал собрать депутатов, которых поддержал ЛНФ и которые обязались поддерживать платформу ЛНФ, как следовало из газетных публикаций, депутатов, избранных в Выборгском и Приморском районах в помещении жилконторы, где проводили предвыборные собрания. Пришло очень мало людей. Одновременно депутат С.Н.Егоров бросил клич, чтобы собраться непосредственно во Дворце. Собрались. Обсуждали, как нам избрать председателя Совета. Мнения разделились. Кое-кто был решительно за Филиппова, другие — за Салье, большинство же не определилось, поскольку депутаты этого большинства не участвовали в собраниях ЛНФ в течение 1989 года и не очень хорошо знали Салье и Филиппова.
Часть крупных деятелей ЛНФ вообще решили сами создавать свои маленькие фракции. Они не участвовали в работе крупной фракции «ЛНФ», поскольку в этой фракции выделились из состава участников лидеры, избранные в бюро фракции: В.Г.Лобач, С.Н.Егоров, М.Р.Журавлев, В.К.Смирнов, В.Н.Воронцов. А лидеров ЛНФ в бюро фракции не избрали.

6. Как долго Вы были членом фракции? Если вышли, то когда и почему? В какую фракцию перешли?

Я был в составе фракции с первой сессии до дня роспуска Петросовета.

7. Каким образом проводилась работа фракции? Каково было влияние ЛНФ?

Вспоминается, что члены бюро фракции проводили постоянные совещания иногда по несколько раз в дни сессии. Выработанные бюро проекты и программы действий выносились на рассмотрение совета фракции. В случае одобрения советом фракции эта информация доводилась до сведения всех членов фракции. Принадлежность к фракции не ограничивала собственное мнение депутатов. От членов фракции требовалось лишь не выступать против проекта фракции на сессии и не голосовать против принятия сессией данного решения. Некоторые члены фракции не соблюдали ни первое, ни второе, например, Владимир Жаров, который неоднократно выдвигал альтернативные или паллиативные решения, игнорируя мнение совета фракции.
Фракция не являлась монолитом единомышленников, обязанных под страхом изгнания из депутатов голосовать по указке своих «начальников», например, членов бюро фракции. В то же время, любой в Ленсовете понимал, что восемьдесят депутатов, голосуй они синфазно, способны существенно повлиять на шансы принятия того или иного решения. Не будем забывать, что подавляющее большинство депутатов Ленсовета относились к неоформленному в политическом смысле «болоту» без конкретной идеологии или программы действий. «Болото» колебалось в зависимости от яркости аргументов ораторов, и если бы все были уверены, что восемьдесят голосов будут наверняка утеряны для автора проекта, не принадлежащего к ЛНФ, критикующего программу демократических реформ, то многие из «болота» ради сокращения времени дебатов голосовали бы за предложения ЛНФ и против коммунистов или коллаборационистов.
К сожалению, этого не случилось. Раскол демократического большинства в Ленсовете, депутатская вольница, суверенность мнения отдельного депутата — все это сильно ослабило влияние ЛНФ на депутатский корпус. Это влияние возрастало в периоды формирования малого Совета или при решении иных персональных вопросов. Но не на первой сессии. Руководящий состав комиссий и комитетов Ленсовета, Президиум Ленсовета, почти полностью были лишены членов фракции ЛНФ, депутатов, которые последовательно добивались радикальной демократизации общества в целом и государственных органов в частности.

8. Кто были наиболее активными в работе фракции?

Работа депутатов, как составной частицы представительного органа власти, состояла из генерации проектов решений, соответствующих положениям политической платформы, которую поддерживает этот депутат. Жизнь постоянно ставила городской Совет перед вызовами. Это были частные проблемы типа перебоев с поставками табачных изделий или задержками заработной платы работникам скорой помощи и общие, крупные события, типа Вильнюсского восстания в январе 1991 года, возвращения Ленинграду исторического имени, сопротивления ГКЧП в августе 1991 года, приватизации в 1993 году. Члены фракции реагировали на эти события и предлагали проекты решений. Наиболее активны в этом отношении были депутаты С.Н.Егоров, В.С.Жаров, М.Р.Журавлев, В.К.Смирнов. Помощь в распространении и корректировке проектов решений им оказывали В.Н.Воронцов, по собственному почину исполняющий обязанности секретаря фракции, В.Г.Лобач, П.В.Цыпленков (без лишней скромности ради правдивой истории).

9. Что собой представляла фракция в последние месяцы работы Ленсовета?

После развязанной в сентябре 1993 года Б.Н.Ельциным гражданской войны против представительной власти и её сторонников, работа Петросовета приобрела лихорадочный и эвакуационный характер. Часть членов фракции сплотились вокруг бюро фракции, вокруг тех членов малого Совета, которые последовательно призывали сопротивляться антиконституционному перевороту. Другие растерялись и начали выбирать свой путь в жизни после разгона нашего Совета, который рано или поздно обязательно бы наступил. Ведь даже сессия приняла уже решение о выборах нового органа представительной власти демократической и суверенной России весной 1994 года. Их внимание к политике существенно ослабло. Два события этого времени запомнились. По инициативе фракции ЛНФ было проведено совещание с депутатами районных Советов и встреча с дипломатическими работниками, которая состоялась в Красном зале Мариинского дворца.

10. Что можно отнести к основным результатам работы фракции, успехи и неудачи?

К успеху фракции можно отнести победу в дебатах по вынесению на общегородской опрос решения о возвращении городу его исторического имени, осуществление малой приватизации в Санкт-Петербурге, избрание члена ЛНФ А.Н.Беляева председателем Ленсовета. Что же не удалось? С расстояния в два десятилетия отчетливо видно, что мы напрасно и для себя убийственно не настояли на проведении люстрации. В России после запрета КПСС не была проведена широкая люстрация и изгнание чекистов и их пособников из государственных и коммерческих структур. Мы до сих пор можем лишь гадать, кто из депутатов Ленсовета сотрудничал с КГБ, кто был осведомителем и партнером Обкома партии и секретных служб. Ещё одна ошибка, которую фракция старалась исправить в течение всей своей работы, это — избрание председателем Ленсовета, а через год — мэром Ленинграда, депутата СССР, профессора А.А.Собчака. Подумать только, не было бы на политической сцене города на Неве А.А.Собчака, сегодня мы не имели бы президентом России его ученика и коллегу по мэрии, подполковника КГБ! Или все равно имели бы, но, может быть, с другим именем?

11. Как сложилась судьба после прекращения работы Ленсовета?

Четверть века — большой срок. Я не смог сделать над собой усилие и вернуться в науку, с которой три года депутатства были все связующие нити разорваны. Продолжал по мере сил заниматься политикой уже на общественных началах, поставив перед собой задачу, не дать потеряться и рассыпаться депутатам Ленсовета. По моей инициативе создан Депутатский союз «Петербургский совет», в период с 1994 по 1999 годы проводились встречи депутатов Ленсовета в форме ассамблей, семинаров в концертных залах, театрах города и даже в самом Мариинском дворце. Сейчас я нигде не работаю, получаю небольшую пенсию по старости, надбавок за пятнадцать лет государственной и муниципальной службы не имею, поскольку уходил на пенсию не с государственной должности. Такой закон приняли городские законодатели уже в 2012 году, когда я редактировал газету «Лесгафтовец». Если бы я и знал об этом, то маловероятно, что стал бы искать возможность перейти на работу в Смольный.

12. Как оценивается работа Ленсовета в целом и фракции в частности?

Ленсовет с достоинством выполнил свою историческую миссию. Мы блуждали в потемках, но, образно говоря, нам удалось не вляпаться в какую-нибудь вонючую пакость, о чем было бы стыдно теперь вспоминать. И фракция также поступала всегда честно, правдиво, принципиально, твердо, рискуя всем ради принципов свободы и народовластия, что особенно раздражало наших более гибких коллег.

13. Что фракция «На платформе ЛНФ» делала в Ленсовете правильно? Что — неправильно?

Учитывая то обстоятельство, что в состав малого Совета вошло много наших товарищей по ЛНФ (в отличие от президиума), фракция научилась управлять внутренней кадровой политикой «правильно». Неправильным был заметный разрыв между нашими единомышленниками в районном уровне депутатов и с коллегами из ЛНФ, которые в 1993 году осудили депутатов Петросовета, бюро фракции «ЛНФ» за антиельцинские высказывания. У ЛНФ не было городской прессы, на телевидение нас не пускали, радиостанцию открыли для нас только в период борьбы с путчистами. Запутавшийся в проблемах обвальной инфляции и безработицы народ не понимал мотивы наших поступков. В итоге за годы селекции депутатов в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга сегодня совсем не осталось тех, кто мог бы отстаивать ценности демократии и либерализма, как мы понимали их тогда, как видим их теперь.

14. Как Вы оцениваете влияние фракции на работу Ленсовета: положительно — отрицательно, сильно — слабо? Еще как-то?

Фракция влияла на работу Ленсовета положительно, хотя и не достаточно сильно. Можно заключить, что даже мобилизация и объединение консервативной части депутатов против ЛНФ оказалась полезной. Все воочию убедились в своих силах, возможностях, могли найти своих единомышленников или остерегаться неприятелей.

15. Как оценивается работа Ленсовета 21 созыва в целом?

Ленсовет выполнил свою историческую миссию — быть «ледоколом» в замерзшем море застойной политической жизни страны и утонуть, будучи раздавленным айсбергами партийно-бюрократической системы и военно-промышленного комплекса, преобразившихся в государственно-олигархический капитализм.

16. Почему идеи ЛНФ не нашли воплощения в современной жизни?

Идеи ЛНФ в сегодняшней жизни свое воплощение нашли. Некоторые воплотились в искаженной и пародийной форме. Выборы во все властные структуры на сегодняшний день альтернативные! Это ли не победа идеи ЛНФ о благе для страны политической конкуренции. Выборы альтернативные, а конкуренции нет. Никуда не избраться человеку, которого не одобрит государственное начальство или местная финансовая олигархия. Даже и не выдвинуться. Таков избирательный закон, который утвердила демократическая Государственная Дума.
Идея либерализма и товарного разнообразия также нашла свое воплощение. Почти в каждой семье есть автомобиль. Любой имеет право путешествовать по всему миру, читать, что душа его пожелает. Но для этого нужны деньги. А как выбиваться из нищеты, в программе ЛНФ ничего не сказано.
Ещё препятствие — мы не взаимодействуем с подрастающим поколением. Нас не зовут в школы, а сам придешь — слова не дадут. Спросите школьников самое простое: почему на Мариинском дворце два флага, откуда они взялись? Или как происходило возвращение городу имени Санкт-Петербург. В лучшем случае, старшеклассники ответят, что все это сделал некий Собчак вместе с Путиным.
Наконец, ответом на поставленный вопрос может служить также вопрос: сколь часто в современных СМИ оглашаются и обсуждаются идеи ЛНФ? Никогда! Если бы хотя бы раз в год петербургская «демократия» (партии и общественные организации типа «Мемориала» или «Наблюдателей Петербурга») проводила обсуждение и критику той или иной идеи из 80-страничной «Предвыборной платформы ЛНФ» образца 1990 года, то можно было бы предметно ответить и на поставленный вопрос. А пока можно предположить, что современной сусальной демократии не разрешают её московские хозяева «раскачивать лодку» подобными семинарами и воспоминаниями. У московских хозяев современной «демократии» все в ажуре, лучше не надо, а всякая попытка улучшить положение в стране приведет лишь к появлению недовольных тем, что кому-то что-то улучшили, а прочим — нет.
Идеи реформаторов начала 90-х годов прошлого века не исчезли, хранятся до поры до времени, и когда-нибудь они будут претворены в жизнь, поскольку это правильные идеи, это верные принципы построения справедливого и свободного общества победившего народовластия.

17. Каковы перспективы реализации идей ЛНФ в современной или будущей России?

Учитывая результаты соцопросов и выборов последних лет, никакой перспективы развития идей ЛНФ в России нет, если не случится какое-либо совершенно экстраординарное событие, которое станет фактором угнетения и фактором бунта для подавляющего количества россиян.

18. Какие материалы той поры можно представить в книгу?

Статьи из газеты «Тартуский курьер» и «Смена» (коэффициент радикализма)

19. Каким текстом Вы хотели бы дополнить текст о работе фракции, опубликованный во втором томе Автобиографии Ленсовета?

На мой взгляд, надо вспомнить ещё и о том, как сами депутаты учились демократии на собственных ошибках. Когда лидер фракции ЛНФ Сергей Егоров, будучи сопредседателем сессии, своим распоряжением закрыл выносные буфеты для депутатов, стремясь «загнать» лентяев и болтунов в зал заседаний, то депутаты ополчились на него и за компанию на всех его товарищей по фракции ЛНФ. За фракцией закрепилась репутация жестких администраторов. Это либералам в Ленсовете не понравилось. Рейтинг фракции снизился. Надо было всего лишь поставить этот вопрос на процедурное голосование. Присутствовавшие в зале заседаний с удовольствием бы проголосовали за закрытие буфетов. Но С.Егоров по неосторожности и торопливости решил «власть употребить», и потом эту власть ему перестали давать депутаты. Долго бились, пока снова С.Егорова выбрали на командную должность ради пользы для всех петербуржцев.
Напротив, когда решили ударить недисциплинированных депутатов по карману, лишив прогульщиков права получать компенсацию депутатских расходов, эта мера была утверждена сессией. В данном случае не на кого было ополчаться прогульщикам, поскольку решение сессии было принято в рамках процедуры, а уж кто был автором проекта — дело десятое. Хотя, конечно, не десятое. Но никто автору проекта тогда морду не бил. Чувствовали, что «оштрафованы» все по заслугам.
Вывод простой. Всегда в коллегиальном органе надо ставить вопросы на голосование и лишь в редчайших, «пожарных» случаях применять власть председателя по наведению порядка и дисциплины.
Даже Собчак этого не умел!
Павел Цыпленков,
действительный государственный советник Санкт-Петербурга,
ветеран труда, пенсионер (по старости).

Дополнения

КТО ГОТОВИТ НАМ КОНСТИТУЦИЮ?


Газета «Тартуский курьер», №5, 1 сентября 1989 года

Осенью граждан СССР ожидает важнейшее историческое событие — изменение Конституции. Прежний основной закон стал тесен для широкомасштабных перемен и новых явлений. Мы выросли из брежневского «развитого социализма», и даже правительство это осознало, дав добро на разработку новой Конституции. Кто же те люди, которые готовят проект?
В Конституционную комиссию вошли 107 депутатов, из них 6 женщин, 33 — представители высшего звена партийного аппарата, включая членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС, первых секретарей союзных республик, секретарей обкомов. Очевидно, их мнение поддержат представители высшего слоя административных органов — председатели исполкомов, министры, президенты Академий наук и директора институтов, которых в комиссии также 33 человека. Следить за правовой корректностью проекта призваны 18 юристов, многие из которых — руководящие работники государственного аппарата. Относительно независимыми в своих суждениях могут стать 9 писателей и 6 ученых неюридических специальностей, 8 представителей рабочих, крестьян, интеллигенции и церкви.
Таким образом, председатель комиссии М.С.Горбачев заранее обеспечил себе поддержку 66 членов или почти 2/3 комиссии. Стоит ли при такой расстановке сил сомневаться в том, чье имя будет носить новая Конституция, которую нам дадут взамен сталинской и брежневской. Нетрудно также предположить, что разрабатываемый документ окажется выгодным лишь существующим властям и не остановит политическое окостенение советского народа.
Об этом свидетельствует и Съезд народных депутатов, прямая трансляция которого является главной ошибкой наших правителей, маскирующихся под гарантов свободы информации. Наконец-то телезрители и радиослушатели узнали и поняли, какой талантливый дирижер управляет нашим оркестром, какой гениальный автор пишет сценарии спектакля, в котором мы все — действующие лица. Однако, и яркое представление не всегда приносит славу его автору. И то, что происходило на Съезде, чему все мы были свидетелями, вряд ли укрепит пошатнувшийся авторитет некоторых ведущих политиков.
Большинство членов Конституционной комиссии — пожилые люди, жизненные установки которых сложились в рамках командно-административной системы. Значит, есть все основания полагать, что какие бы блага и свободы ни сулила нам новая Конституция, они останутся на бумаге. Авторы Конституции, вероятно, ограничатся смелыми декларациями, реальное воплощение которых в жизнь отложат на неопределенное время.
В печати проскальзывают робкие намеки на исключение ст. 6, фактически ставящей правящую партию над Законом. Наивные мечты! Разве 66 работников аппарата власти откажутся от нее? Скорее все остальные статьи Конституции будут пересмотрены или ликвидированы, но ст. 6 останется и, как дамоклов меч, будет тяготеть над нашим обществом. Как 6ы ни ширился и углублялся экономический и нравственный кризис в стране, правящая элита будет цепляться за власть, лихорадочно приспосабливаясь к новым условиям. Она будет тормозить экономические реформы, ограничивать «гласность» во времени и пространстве ведомственными инструкциями. Мало того, найдутся солидные ораторы, которые с трибун станут доказывать, что все нынешние беды — от демократии. Ибо ни к свободе, ни к самоуправлению наш народ еще «не готов». И пора вводить военное положение, чтобы легче было распределить продукты и жестче окоротить носителей новых политических и экономических идей.
Мои выводы по составу Конституционной комиссии не должны вызывать уныние. Что бы ни случилось, последнее слово принадлежит Народу. В его недрах кипит недовольство, крепнет самоорганизация в виде политических клубов и Народных фронтов, ширится волна стихийных забастовок. Народ требует перемен. И перемены к лучшему обязательно будут. Надо только каждому и всем вместе добиваться этого. Надо дать понять руководству, что нам нужна такая Конституция, которая станет надежной гарантией прав трудящихся на лучшее будущее.
МАКСИМ ПЛЕНКИН

Ориентировка идеологической комиссии Ленинградского обкома КПСС

Н.П. 2/1483 от 20.10.1989 г.

О принципах взаимодействия партийных
комитетов с образовавшимися клубами
и ассоциациями избирателей

Организационно оформившийся в июне 1989 года Ленинградский Народный фронт (ЛНФ), не смотря на то, что он ещё официально не зарегистрирован, одной из своих главных политических задач ставит победу на предстоящих выборах. Разработанная ЛНФ тактика ведения будущей избирательной кампании во многом опирается на опыт выборов народных депутатов СССР, однако в ней есть ряд принципиальных нововведений, с которыми уже сегодня столкнулись партийные комитеты.
Так, окончательно проявились политические ориентиры ЛНФ. Его координационный совет в принимаемых резолюциях и заявлениях открыто констатирует, что главными их противниками на выборах будут сторонники курса КПСС.
На прошедшей 16-18 сентября 1989 года конференции так называемых «демократических движение» страны ЛНФ подтвердил свое стремление к политической борьбе за власть, практически отступил от ранее объявленного курса сотрудничества и диалога с КПСС, стал на путь конфронтации, заручившись поддержкой представителей межрегиональной группы народных депутатов СССР. Объединение так называемых «демократических сил» и МГД против КПСС произошло под лозунгом «Перестройка перестройки» и «Защитим перестройку от её организаторов».
В настоящее время происходит популяризация этих лозунгов, и в случае восприятия их населением под ними будет проходить избирательная кампания ЛНФ.
Важное значение в предстоящей избирательной кампании ЛНФ придает деятельности повсеместно организованных клубов и ассоциаций избирателей.
Во-первых, попытаться, завладев инициативой, возглавить клубы и ассоциации избирателей, опираясь на районные отделения ЛНФ и группы поддержки на предприятиях.
Во-вторых, построить работу клубов и ассоциаций избирателей таким образом, чтобы обеспечить местный контроль в период подготовки и проведения выборов за городскими и районными исполнительными комитетами, избирательными комиссиями.
Особо важное значение клубам и ассоциациям избирателей отводится как своеобразным оценочным фильтрам определения демократичности или недемократичности всех кандидатов в депутаты, естественно, что главным критерием тут будет выступать отношение к ЛНФ и КПСС.
По замыслу лидеров ЛНФ, клубы и ассоциации избирателей должны взять на себя весь груз агитационно-массовой кампании в период выборов, организацию встреч кандидатов в депутаты с населением, проведение митингов, пикетов, подготовку и распространение листовок, изучение общественного мнения.
Таким образом, налицо попытка вытеснения местных Советов, партийных органов как организаторов выборной кампании. В настоящее время во всех районах Ленинграда и в целом ряде районов области созданы и действуют клубы и ассоциации избирателей.
В целом ряде случаев их работа привлекает население, так как на заседаниях этих клубов и ассоциаций зачастую ставятся и обсуждаются вопросы, вызывающие повышенный интерес граждан, в них они видят возможных защитников, людей, смело вступающих в полемику с властями по самым насущным проблемам:
- жилье,
- торговля,
- благоустройство,
- досуг,
- распределение материальных благ.
Необходимо учитывать, что к работе в клубах и ассоциациях избирателей людей толкает крайняя неудовлетворенность сферой быта, которая все ещё продолжает оставаться узким местом в работе Советов. Именно на неудовлетворенных, доведенных, порой, до крайности людей рассчитывают лидеры ЛНФ, делая на них ставку, попытаются их использовать в качестве агитационно-пропагандистской силы в ходе избирательной кампании.
В настоящее время различные структуры ЛНФ ведут сбор материалов, компрометирующих как работу местных Советов в целом, так и деятельности в них отдельных депутатов и в первую очередь руководителей. В этих целях составляются перечни не выполненных Советами обещаний гражданам, порой искусственно раздуваются конфликтные ситуации, возникающие между населением и исполнительной властью, собираются факты бездушного отношения работников исполкомов и их служб к заявкам и просьбам людей.
Весь этот материал планируется использовать в ходе выборов народных депутатов. По поступающей в Обком КПСС информации, в этой ситуации парткомы, органы советской власти далеко не всегда действуют сообразно складывающейся обстановке, упускают инициативу. Имеют место факты самоустранения парткомов от активного участия в работе клубов и ассоциаций избирателей, явной недооценки их возможностей и авторитета среди населения как самодеятельной, а значит и более близкой к населению организаций, чем официальные структуры.
В связи с этим считаем необходимым:
- принять исчерпывающие меры по повышению влияния партийных и советских органов в клубах и ассоциациях избирателей, направив для работы в этих формированиях лучшие агитационно-пропагандистские силы. Поручить возглавить эти группы непосредственно секретарям райкомов партии по идеологии. Итогом этой деятельности должно стать выведение клубов и ассоциаций избирателей из-под контроля как ЛНФ, так и любых самодеятельных формирований, ставящих своей целью борьбу с КПСС за политическую власть.
- в целях организации агитационной кампании кандидатов в депутаты, поддерживающих политику КПСС и разделяющих основные принципы программы действий ленинградских коммунистов, при каждом райкоме партии создать группы из числа журналистов, психологов, социологов, обществоведов, максимально эффективно организовать их работу.
- оказать необходимую помощь нашему кандидату, поддерживающему политику КПСС, в обязательном создании модели его выдвижения и выборов депутатом, в формировании его команды, составлении предвыборной программы.
- в горкомах, райкомах партии организовать и наладить обеспечение агитационно-пропагандистских групп, способных работать в условиях массово-политических мероприятий, вести дискуссии и споры в экстремально неблагополучных для себя условиях. В первую очередь эти группы должны быть готовы:
- активно пропагандировать, отстаивать и защищать от нападок программу действия ленинградских коммунистов,
- всемерно агитировать население за кандидатов в депутаты, поддерживающих политику КПСС,
- аргументировано критиковать программные положения наших политических противников,
- умело вести полемику по таким проблемам, как: партия и государство, многопартийность, национальная политика КПСС, экономика страны и её перспективы, роль РСФСР в Союзе Советских социалистических республик.
- Поручить коммунистам — руководителям городских и районных Советов депутатов трудящихся вынести на заседания сессий исполкомов наиболее волнующие население вопросы. Строго спросить с хозяйственников, ответственных за их решение, привлечь к организации работы сессий клубы и ассоциации избирателей, широкие слои населения, провести эту работу максимально гласно и в сжатые сроки.


Листовка против ЛНФ

Февраль, 1990 года.

Ленинградцы!
Трагедии в Фергане, Тбилиси, Кишиневе, Баку, Душанбе… (кто следующий?) показали истинное лицо псевдодемократов из «народных» фронтов. Их руки по локоть в крови.
Почувствовав резкое падение своей популярности, лидеры Ленинградского «народного» фронта предпринимают яростные попытки вернуть «утраченные иллюзии». Один за другим следуют митинги, манифестации, акции протеста, создаются «общественные комитеты». В захваченных сионистским лобби средствах массовой информации в нарушение закона о выборах мелькают практически только кандидаты «фронтовики», сея недоверие, ложь, подозрительность.
Их лозунг: «Чем хуже для страны, тем лучше для нашей карьеры»
Последняя ставка «народников» — ввергнуть Ленинград в пучину хаоса, анархии, беззакония и на этом фоне захватить власть.
На 25 февраля, вопреки решению исполкома Ленсовета, «народным» фронтом назначена акция гражданского неповиновения, демонстрация и митинг на Дворцовой площади, с последующей попыткой втянуть трудящихся в забастовку. Хороший пример уважения законов «лжедемократами». Впрочем, жителям города уже известна их двойная мораль: «нашим» можно все, а кто не с нами — зашельмовать.
Товарищи! Протестуйте против антиконституционных действий «народного» фронта, ведущих нас к трагедиям междоусобиц. Откажите в доверии провокаторам–гапоновцам на выборах 4 марта.
Голосуйте за народовластие! За тех кандидатов, кто выражает и отстаивает интересы трудящихся.
Общественный комитет «За власть трудящихся»

вторник, 16 февраля 2016 г.

О сильноумных детях и умных несильно

Люди, умеющие логически мыслить,
любой власти неудобны. 


Профессор права С.Н.Егоров предлагает обсудить концепцию дифференцированного подхода к обучению детей в средней школе. После текста статьи есть окно, в котором любой читатель может оставить свой комментарий.

Настал момент, когда уже можно и нужно поговорить об образовании в целом.

Пока только об образовании народном, то есть об образовании каждого человека в возрасте самом молодом, в том возрасте, когда человек сам еще ничего решать не может. Ни по причине недостаточного объема накопленной им к этому моменту информации, ни по причине его положения в обществе, при котором ему просто «не положено» принимать решения. В этом возрасте за человека всегда принимает решения кто-то. Кто же должен принимать за человека важнейшие для его будущей самостоятельной жизни решения, решения о том, чему и как ему учиться, да и учиться ли вообще? Эти решения за человека должны принимать общество и родители. Причем именно в такой последовательности: концептуальные решения должно принимать общество, а внутри заданной обществом концепции тонкую настройку должны осуществлять родители. Какие же это должны быть решения? Давайте попробуем вместе, не спеша в этом разобраться. Начать придется издалека.
Все люди разные. По росту, по весу, по сообразительности, по артериальному давлению, по объему памяти… По любым параметрам люди различаются между собой, причем – иногда значительно. При решении любых общественных вопросов это обстоятельство обязательно нужно учитывать. Чего пока совершенно не делается.
Давайте, для простоты и наглядности, рассмотрим различие людей по росту. Это различие очевидно, оно у всех на виду. Есть ли у такого различия какая-нибудь закономерность? Проведем мысленный эксперимент.
Давайте сосчитаем, сколько, например, в стране людей ростом 175 см. Таких людей окажется очень много. Теперь сосчитаем людей ростом с дядю Степу-милиционера. Таких людей окажется значительно меньше. Если сосчитать число людей ростом с милиционера Н.И.Ежова, то и таких людей окажется тоже не очень много. Количества людей в этих группах можно изобразить в виде столбиков так, чтобы высота каждого столбика соответствовала количеству людей определенного роста.


Рис.1

Расположение этих столбиков рядом на одном рисунке пока не позволяет заметить какую-либо закономерность. Для того чтобы ее заметить, нам нужно не только уметь откладывать по вертикальной оси количество людей, но и научиться правильно располагать столбики на оси горизонтальной. Если на горизонтальной оси откладывать рост, то столбики расположатся по-иному.

Рис.2

Если мы вспомним, что рост 175 см. обычно называется средним ростом, то некоторую закономерность уже можно заметить: людей среднего роста значительно больше, чем людей высоких и людей низких. Но вот насколько больше, на нашем графике пока не заметно. Придется еще немного поработать. Придется измерить рост всех людей и сосчитать, сколько человек попадает в каждый, например, сантиметровый диапазон (175-176, 176-177, 177-178…). Стоит нам только соответствующие сантиметровой ширины столбики расположить вплотную друг к другу на горизонтальной оси (такое расположение называется гистограммой), закономерность сразу бросается в глаза. Гладкая кривая, плавно огибающая столбики нашей экспериментальной гистограммы, давно известна науке под именем закона Гаусса или закона нормального распределения.


Рис. 3

Пока мы еще не ушли далеко от рисунка, полезно обратить внимание на то, что количество объектов довольно быстро убывает в направлениях от среднего значения. В интервале ±σ располагается более двух третей объектов, а в интервале ±2σ располагается уже более 95% объектов.
Наукой давно доказано, что, если объектов (людей) достаточно много, а измеряемый параметр этих многочисленных объектов складывается под влиянием многочисленных же случайных факторов, то распределение объектов подчиняется закону нормального распределения. Как теперь уже точно известно, в своей генетической составляющей наша биология точно «случайна». Гены папы и мамы, бабушки и дедушки … намешаны в нас совершенно случайным образом. Даже если попытаться учесть некий систематический компонент, который тоже всегда присутствует, и, например, из всей человеческой популяции взять две выборки – отдельно шведов и отдельно монголов, то на характер кривой распределения это никак не повлияет. Мы обязательно получим две абсолютно одинаковые кривые нормального распределения. С двумя маленькими оговорками: по вертикальной оси придется откладывать не абсолютные, а относительные значения количества (не тысячи человек, а доли от общего их числа) и получившиеся кривые окажутся сдвинутыми по отношению друг к другу. Это и не удивительно, ведь средний рост шведов, как известно, больше среднего роста монголов. Но кривые будут совершенно одинаковые.

Рис. 4

Рост мы взяли для примера. Точно по такому же закону нормального распределения распределяются люди любой популяции по любому параметру, поддающемуся измерению: по количеству эритроцитов в крови, по скорости реакции, по объему краткосрочной памяти, по объему долговременной памяти, по выносливости… По любому параметру, поддающемуся измерению. Я даже готов сформулировать это в виде закона:
распределение любой случайной большой группы людей по любому параметру, поддающемуся измерению, подчиняется закону Гаусса.
Давайте предположим, что мы научились измерять ум. Это предположение совсем не фантастическое. Многие отдельные составляющие этого сложного феномена ученые уже давно научились измерять. Наше предположение сделано только для удобства дальнейших рассуждений. Да и слово «ум» - удобно короткое слово.
Итак, мы умеем измерять ум. Следовательно, для некоторой выборки из популяции людей в нашей стране – детей, например, шестилетнего возраста – мы можем ум измерить. Что покажет такое измерение? Оно покажет, что дети распределились в полном соответствии с законом нормального распределения.

Оказалось, что подавляющее большинство детей – среднего ума. Но есть среди детей слабоумные и сильноумные дети. Можем мы игнорировать это обстоятельство, принимая решение о том, как и чему должны учиться НАШИ дети?


Рис.5

Сегодня в том, что касается сильноумных детей, мы это обстоятельство игнорируем. Настоятельно рекомендую в этом месте повествования остановиться, отвернуться от монитора компьютера и обдумать самостоятельно последний прочитанный абзац. Уверяю вас, тут есть о чем подумать.

Теперь продолжим. Что касается слабоумных детей, это обстоятельство хоть как-то осознается обществом в качестве проблемы. Для таких детей существуют специальные школы. Однако существование таких школ воспринимается обычно как некий акт милосердия по отношению к детям, которые в результате случайного стечения обстоятельств оказались в таком положении. То, что мы уже не сбрасываем «некачественных» детей со скалы - общественное сознание далеко шагнуло от сознания лакедемонян, само по себе хорошо. Вместе с тем, и в этой части проблемы ее решение далеко от совершенства. Например, проблема границы между слабоумными и среднеумными детьми в настоящий момент совершенно произвольна, то есть, говоря начистоту, не определена. Однако то, что эта граница существует, хоть в какой-то степени осознано обществом, сепарация по отношению к этой границе хоть как-то осуществляется. То, что для слабоумных детей есть возможность специального обучения, хорошо. Но проблема-то шире и глубже. Напомню, мы обсуждаем проблему народного образования, проблему того, чему и как нужно учить детей.
Народное образование можно определять по-разному. Не будет неправильным определить народное образование как вид деятельности. Всякая осмысленная деятельность требует своей организации. Для того чтобы правильно организовать некую деятельность и обеспечить возможность проверки качества организации этой деятельности, ей должна быть предпослана цель. Субъектами целеполагания для деятельности под названием «народное образование» являются общество и родители. Ни в коем случае не министерство и даже не сообщество учителей. Заказывать музыку должны слушатели, а не дирижер или оркестранты - общество как совокупность родителей для народного образования в целом и родители для собственных детей. Причем оба эти целеполагания не должны друг другу противоречить. Если нам не удастся избежать такого противоречия, ни одна из целей не будет достигнута.
Какую же цель от имени общества правильно было бы вменить народному образованию (дирижеру и оркестру)? Давайте попробуем эту цель сформулировать.
Народное образование должно обеспечить каждому ребенку максимально возможное качество образования, которое ограничено только возможностями самого ребенка.
Эта цель идеальная, ее достижение возможно только при наличии неограниченных ресурсов на народное образование. Ресурсы всегда ограничены, поэтому нам совершенно необходимо учесть это обстоятельство.
Почему наша цель идеальна? Для ее достижения каждому ребенку нужно предоставить возможность учиться по собственной, оптимальной именно для него, программе обучения. Грубо говоря – каждому учащемуся по учителю, причем по каждому предмету. Пока это, конечно, утопия. Хотя компьютерное обучение по специальной обучающей программе дает представление о том направлении, в котором нужно двигаться для достижения заданного идеала. В качестве примитивного примера можно привести компьютерную программу по обучению печатанию на клавиатуре слепым методом. Тот, кто проходил такое обучение, знает, что для каждого обучаемого программа задает индивидуальный алгоритм обучения, траектория которого зависит от достигнутых в данный момент успехов.
Итак, один крайний полюс: каждому школьнику - персональную программу. Другой крайний полюс: всем школьникам - одинаковую программу. Истина, как всегда, где-то посередине.
Если в качестве критерия дробления всех обучающихся на группы по разным программам принять ум, то и сегодня мы имеем две программы школьного обучения: для слабоумных и для всех остальных. (В действительности программ больше, но дети для обучения по особым программам отбираются не по уму, а по другим критериям, например, по толщине кошелька родителей, что противоречит поставленной нами цели.)
Что же делать со ВСЕМИ остальными? Среди этих «всех остальных» есть и сильноумные дети. Обучаясь вместе со всеми по «среднеумной программе», эти дети много недополучают в своем образовании, их образование качественно недобирает того, что такие дети могли бы усвоить, исходя из их возможностей восприятия. Это само по себе плохо, так как эти дети, становясь взрослыми, приносят на общественный алтарь меньше того, что они могли бы принести, если бы получили достойное своих возможностей образование. А ведь с того алтаря получают все, следовательно, не вложив в сильноумных детей достаточных средств, все общество недополучает то, что оно могло бы получить при более разумном подходе. С точки зрения обсуждаемой проблемы, такой уравнительный подход снижает качество образования также и среднеумных детей, то есть снижает качество образования не только популяции в целом, но и этой части популяции.
Мы говорим о народном образовании, то есть об образовании детей. По своему опыту я знаю (думаю, опыт читателя в этом отношении не противоречит моему), что стимулы для хорошей учебы в школе крайне слабы. Так же слабы, как слабы были стимулы для хорошей работы колхозников в колхозе. Отметки в дневнике - не более, чем палочки-трудодни. Это не значит, что все дети одинаково не хотят учиться. Вовсе нет. Только желание учиться сегодня определяется почти исключительно внутренними причинами самого ученика. Мы говорим лишь о том, что не работают внешние стимулы, не работают «кнут и пряник». Если бы мы научились измерять желание учиться, то все дети распределились бы по этому параметру точно также, как и по уму – по закону нормального распределения. Только конкретные дети оказались бы на совершенно разных участках этих двух кривых. Сильноумный ребенок вполне мог оказаться слабожелающим или среднежелающим, а сильножелающий учиться мог оказаться среднеумным.

Давайте предположим, что мы построили кривую распределения детей по уму. Выделили каждую двадцатую школу для обучения по усиленной программе, которую в состоянии усвоить только сильноумные дети. Только от этого мероприятия, без учета стимулирования, мы сразу получаем пять процентов более качественно обученных детей. Но это еще не все. Посмотрим на рисунок 6.


Рис. 6
Очевидно, что дети из группы 1 окажутся в спецшколе, а из группы 2 – в школе обычной. Интереснее посмотреть на группы 3 и 4. Разница их в уме не так велика. Любой способ определения ума предполагает некоторую погрешность. Если мы заранее объявим, что каждое лето существует педагогический «юрьев день», в который четвертые с третьими могут поменяться местами, четвертые будут стараться для того, чтобы не вылететь из спецшколы, а третьи будут стараться, чтобы заменить там четвертых. Но и это еще не все. Результаты тестирования не должны быть известны никому (в том числе и самим испытуемым), кроме специально допущенных к этому людей. Испытуемым не должно быть известно, на каком именно участке кривой распределения они оказались. Им должно быть известно только то, что они попали или не попали в спецшколу. И тут включается психология человека. Каждый (или почти каждый) из среднеумных будет думать, что ему не хватило совсем чуть-чуть для попадания в сильноумные. Подогреть такое ощущение совсем не трудно. Значит следующий «юрьев день» для них может «все исправить». Это ли не стимул и для заведомо среднеумных?
Чего мы добились, используя описанный метод? Больше половины каждого класса обычной школы стимулировано на активную учебу. Они хотят учиться, они стремятся к знаниям. Такое стремление заразительно, оно не может не подействовать даже на тех, кто не верит в свою возможность перейти в спецшколу. Пусть он несколько искусственный, но это способ «зажечь факел». С таким зажженным факелом учителям работать легче, даже если предполагается всего лишь «наполнять сосуды».
Есть такая поговорка: «Научить нельзя, можно только научиться».
Это, конечно преувеличение, но доля истины в ней есть, большая доля истины. Очевидно одно при активном содействии самого обучаемого научить его можно существенно большему. Разве не эту цель мы поставили перед народным образованием?

Однако никакие стимулы не заменят сам процесс обучения. Для того чтобы научиться, надо чтобы кто-то учил. Для взрослых людей возможны исключения, для детей – нет. Чему именно учить детей – тема специальная, ее тоже нужно обсуждать.
В общем виде задача образования может быть сформулирована так:
подготовить ребенка к будущей взрослой жизни.
Эта общая задача может быть разделена на подзадачи:
  1. - дать навыки пользования языком (устным и письменным);
  2. - дать навыки пользования умом;
  3. - дать представление об окружающем материальном мире;
  4. - дать представление об окружающем социальном мире;
  5. - прирастить здоровье и дать навыки физической культуры;
  6. - дать навыки нравственной культуры;
  7. - дать навыки художественной культуры;
  8. - дать навыки музыкальной культуры.
Думаю, что перечень исчерпывающий.

Нужно отдавать себе отчет в том, что в обыденной жизни вполне достаточно тех сведений и навыков, которые человек получает в начальной школе. Без того, что получает человек в период с пятого по одиннадцатый класс, в обыденной жизни вполне можно обойтись. Но это вовсе не значит, что обучение нужно прекратить сразу после четвертого класса. Это значит, что нам – обществу - нужно точно сформулировать то, зачем мы продолжаем отправлять своих детей в школу после окончания ими четвертого класса. Мы ведь не просто сдаем их в камеру хранения (школу) на то время, пока нас нет дома.
Сейчас мы постараемся определить, какое время учебный план предоставляет для достижения каждой из поставленных задач. Не для изучения того или иного предмета, а для достижения той или иной задачи! Идея заключается в том, что математика или история нужны не сами по себе, а для достижения неких задач более высокого порядка, тех задач, исчерпывающий перечень которых только что был приведен.
Очевидно, мы хотим, чтобы из школы выходил человек, способный к сложной профессиональной деятельности, в том числе, требующей высшего образования. Собственно, десятый и одиннадцатый классы и предназначены для подготовки к успешному обучению в высшей школе. Однако такой сугубо утилитарный подход нас удовлетворить не может. После окончания школы люди не только учатся или работают, но и живут. Желательно, чтобы рядом с нами жили люди, которые хорошо умеют пользоваться своим умом и русским языком, чтобы они были физически и нравственно здоровы, имели достаточное представление о материальном и социальном мире, стремились к высоким образцам культуры. Что же дает стандартный учебный план для формирования общества таких людей?
Придется посчитать. Сначала необходимо определить, какую часть своего времени предоставляет каждая дисциплина для достижения конкретной задачи. Для примера возьмем учебный план для восьмого класса. В нем указано, сколько часов в неделю ученик восьмого класса изучает тот или иной предмет. Всего учебных часов – 33 в неделю.
Процесс расчета представлен в приложении, здесь же мы сразу приводим «готовый» ответ в виде таблицы затрат времени на разных уроках по достижению поставленных задач. Еще раз оговоримся, что речь идет исключительно об аудиторном времени. Время на самостоятельную подготовку в этих расчетах никак не учитывается, да и не должно учитываться. Вот как распределяется учебное время восьмиклассника между подзадачами образования:
  1. – дать навыки пользования языком (устным и письменным) 6.4 час.
  2. – дать навыки пользования умом 5.0 час.
  3. – дать представление об окружающем материальном мире 4.45 час.
  4. – дать представление об окружающем социальном мире 0.75 час.
  5. – прирастить здоровье и дать навыки физической культуры 2.0 час.
  6. – дать навыки нравственной культуры 0.25 час.
  7. – дать навыки художественной культуры 0.5 час.
  8. – дать навыки музыкальной культуры 0.5 час.
Итого 19.85 час.
(из 33 час.)

Неправда ли, такой, пусть и грубый, но системный анализ уже дает пищу для размышлений.
Оказывается, треть времени в классе тратится неизвестно на что. Больше тринадцати часов в неделю, почти восемнадцать уроков в неделю школа не решает никаких из перечисленных нами важнейших задач. Чем же она занимается в это время? И это при условии, что мы посчитали уроки русского и иностранного языков, математики и физкультуры стопроцентно эффективными, такими, на которых ни минуты учебного времени не тратится впустую. Но это, конечно же, не так. Давайте обоснованно предположим, что необходимые навыки приобретаются школьниками на этих уроках только в течение половины времени. Тогда неизвестно на что тратится уже две трети учебного времени (19.65 час. из 33 часов в неделю). Такова, оказывается, максимально возможная эффективность аудиторных занятий. «Максимально возможная» в том смысле, что ученик сам работает максимально эффективно, не отвлекается, все понимает, всегда готов правильно отреагировать. Поскольку ученик в этой цепи не самое крепкое звено, то и обучение никогда не достигает даже этой одной трети.
Еще более интересно обсудить структуру использования учебного времени. Но не «специалистам», которые зачастую просто морочат нам голову, а нам, простым людям – родителям и бывшим детям. Можем ли мы считать такое распределение учебного времени между задачами оптимальным? Действительно ли мы хотим, чтобы на знакомство с материальным миром тратилось времени в шесть раз больше, чем на знакомство с миром социальным и в восемнадцать раз больше, чем на навыки нравственной культуры? Не устанем повторять, что речь идет только об аудиторном времени. Но мы можем сформулировать вопрос и иначе: мы действительно хотим, чтобы с устройством социального мира и нравственной культурой школьники знакомились преимущественно за воротами школы?
Мы можем пойти и дальше. Отчетливо понимая теперь, что задача состоит не в том, чтобы научить математике, а дать навыки пользования умом, мы можем задаться вопросом: а решают ли уроки математики эту задачу? Решают ли ее сегодняшние уроки математики максимально эффективно? Нет ли способов более эффективного решения этой задачи?

И здесь нельзя не вспомнить о логике. Логика – главная наука из тех, что учат человека мыслить. Я долго думал, почему этого предмета нет в школьной программе. Вариант ответа дало изучение истории вопроса. В царской России такой предмет был, но большевики его отменили. Потом в 1947 году его снова ввели, но не надолго, в 1955 году отменили опять. И сейчас не вводят. Слабая власть боится учить детей логике! Царская власть не считала себя слабой и логике учила. Сталин к 1947 году ощущал себя всесильным и не побоялся ввести в школу логику. Хрущев себя всесильным не чувствовал и логику опять отменил.

Люди, умеющие логически мыслить, любой власти неудобны. 

А нам, обществу нужны люди, умеющие мыслить. Ничто не научит этому лучше, чем логика.
Только что сказанное вовсе не означает, что математику нужно упразднить. Конечно, нет! Но вот программу по математике нужно пересмотреть под новым углом зрения, под углом зрения содействия получению навыков пользования умом. Сотни часов в программе по математике отводится на то, чтобы научить человека находить точки пересечения параболы с осью абсцисс. Все ли эти сотни часов программы учат школьника думать?
Мы живем в ХХI веке. Этот век шагнул в школу через уроки информатики. Это хорошо. Но мало! Постиндустриальный век должен шагнуть в школу шире, на все или почти на все уроки.
Возьмем литературу. Согласно приложению она решает подзадачи 1, 3, 4, 6. Сейчас тяжесть изучения литературы перенесена на внеклассную работу. Ученик сам должен прочитать произведение дома, а в классе только обсуждать прочитанное с учителем. Хорошо, если ученик добросовестный и произведение прочитает. Хорошо, если учитель горит на работе и может зажечь учеников своей любовью к литературе… А если учитель не талантливый, а ученик нерадивый? Тогда не будут решены никакие задачи! Методологической задачей народного образования является задача дать каждому ученику необходимые навыки даже тогда, когда он сам не очень к этому стремится, и при условии, когда учитель не столько талантлив, сколь добросовестен.
Не будем себя обманывать. Редкий ученик прочитывает все, что «проходит» в классе. Давайте попробуем перестроить урок под сформулированные нами задачи (1, 3, 4, 6). Например, давайте на каждом уроке литературы будем слушать отрывок из литературного произведения. Многое уже прочитано нашими великими артистами, а то, что еще не прочитано, но нужно по программе, можно записать и специально для школы. Любой артист почтет это за честь. Предположим, в классе «проходят» творчество А.П.Чехова. Почему бы не показать отрывок из фильма «Учитель», где Борис Чирков читает своим ученикам письмо Ваньки Жукова? Прекрасная речь великого артиста даст ученикам навыки пользования литературным русским языком. Само содержание отрывка не может оставить никого равнодушным, и любой ученик захочет отреагировать на прослушанное. При этом ему волей-неволей придется получать навыки пользования языком на собственной практике. История с Ванькой не может не дать всем слушающим навыков нравственной культуры. Отрывки нужно подбирать соответствующие решению и этой задачи. В обсуждение нравственных аспектов, наверняка, захотят вступить все ученики, и у учителя не будет проблемы, «заставить» сказать хоть слово. Дома к такому уроку готовиться не нужно, и ученики идут на урок без чувства неисполненного долга, а это влияет на саму атмосферу урока. И, наконец, кому-нибудь захочется самому, без задания прочитать что-то еще, написанное Чеховым.
Это только один пример совершенствования использования учебного времени для достижения поставленных обществом задач. Зачем учителю излагать новый материал? Ведь в этот момент он выполняет функцию магнитофона. Причем, часто, не вполне исправного. Разве это задача учителя? Да, сто лет назад, когда даже учебников на всех не хватало, учитель был вынужден делать это. Но сегодня, когда в каждой школе есть компьютерный класс, заставлять учителя «работать магнитофоном» глупо. Педагогическая наука должна дать нам оптимальный вариант изложения каждой новой темы по каждому предмету. Этот оптимальный вариант должен быть записан, причем, текст обязательно должен быть сопровожден визуальным рядом. Учитель нужен не в качестве магнитофона, а как единственный источник ответов на вопросы, которые могут и должны появиться у ученика после просмотра соответствующего ролика, и как организатор обсуждения и закрепления полученной информации. Давайте оставим учителю только творческую часть работы. При этом, минимально снизив влияние на ученика плохой, не талантливой работы учителя. Такая работа ведь вовсе не является редкостью. Читатель, Вы тоже были учеником, разве я не прав?

Есть поговорка: на ошибках учатся.
Как всегда в поговорках, пословицах, афоризмах и в этой поговорке есть незаконное преувеличение. Люди разные. Обычный человек часто совершает ошибки. Совершив ошибку, такой человек осмысливает ее именно как ошибку и старается в дальнейшем этой ошибки больше не совершать. Именно в этом заключается «обучение жизни» обычного человека. Есть люди, их мало, которым нет необходимости самим совершать ошибки для того, чтобы научиться жизни. Такие люди учатся на чужих ошибках. Но есть люди, их тоже не много, которые, совершив ошибку, не воспринимают ее как ошибку, никаких выводов не делают и, следовательно, жизни не учатся.
Человечество, проходя сквозь века, обновляется не только отдельными людьми, но и целыми поколениями. Так же, как и отдельный человек, каждое новое поколение тоже начинает сначала. Так же, как и отдельный человек, каждое новое поколение способно ко всем трем возможным видам «обучения жизни». В «норме» каждое новое поколение, начиная сначала, повторяет все ошибки предков. Учиться на ошибках предков трудно, почти невозможно. Здесь очень важно, каковы предки, какое осмысление своих ошибок предки смогли передать потомкам. Если бы это никогда не случалось, если бы потомки вынуждены были всегда совершать все ошибки предков, никакого прогресса просто не было бы. Но прогресс есть! Мы это знаем. Как же это происходит?
Народ учится только тогда, когда очередному поколению удается свой опыт переплавить в институциональные преобразования. Этот опыт может быть достигнут собственным умом (на своих ошибках) или взят у другого народа (из чужих ошибок), но передать этот опыт следующему поколению можно только в виде институциональных изменений. Если такие изменения не произойдут, новое поколение, в лучшем случае, осмыслит совершенные уже им самим ошибки, и какое-то время эти ошибки не будут совершаться, а, в худшем случае, эти ошибки будут совершаться и совершаться, ведь грабли на дороге прогресса разбросаны именно для этого.
Одно институциональное преобразование на примере школы мы только что рассмотрели. Только подумайте, еще сто лет назад, а это такой малый, с точки зрения истории, отрезок времени, Школы, через которую проходят, должны проходить ВСЕ дети, просто не было. Это институциональное достижение передали нам наши предки. Только от нас зависит, сможем ли мы усовершенствовать полученное от предков или так и будем совершать всё те же ошибки, разбазаривая время детей, проведенное ими в школе?


Приложение.

Задача образования: подготовить ребенка к будущей взрослой жизни.
Подзадачи этой общей задачи:
1 - дать навыки пользования языком (устным и письменным);
2 - дать навыки пользования умом;
3 - дать представление об окружающем материальном мире;
4 - дать представление об окружающем социальном мире;
5 - прирастить здоровье и дать навыки физической культуры;
6 - дать навыки нравственной культуры;
7 - дать навыки художественной культуры;
8 - дать навыки музыкальной культуры.


Для примера рассмотрим учебный план для восьмого класса. В этом учебном плане указано, сколько часов в неделю ученик восьмого класса изучает ту или иную дисциплину.

Русский язык                3; (1)
Литература                   5; (1, 3, 4, 6)
Иностранный язык      3; (1)
Математика                  5; (2)
Информатика               1; (3)
История                        2; (1, 3, 4, 6)
Обществознание         1; (1, 4)
География                     2; (1, 3, 4)
Физика                         2; (1, 3)
Химия                          2; (1, 3)
Биология                     2; (1, 3)
Музыка и ИЗО            1; (7, 8)
Технология                  1; (3)
ОБЖ                            1; (3)
Физкультура                2. (5)

В представленном учебном плане в скобках напротив каждой дисциплины указаны те задачи, достижению которых в принципе они могут содействовать. Сейчас мы собираемся определить, какое время учебный план предоставляет для достижения каждой, из поставленных задач. Не для изучения той или иной дисциплины, а для достижения той или иной задачи. Это придется посчитать. Для чего необходимо определить, какую часть своего времени предоставляет каждая дисциплина для достижения конкретной задачи.

Русский язык (1).

Записав в скобках напротив дисциплины «Русский язык» число 1, мы имеем в виду, что все время этой дисциплины должно быть потрачено исключительно на то, чтобы дать ученику навыки пользования русским письменным языком. Пока будем считать, что эффективность использования времени на уроках русского языка равна ста процентам. Тогда уроки русского языка будут вырабатывать у ученика навыки пользования русским письменным языком (3*1.0)=3.0 часа в неделю.

Литература (1, 3, 4, 6).

Очевидно, что навыки пользования устным языком развиваются в процессе говорения. На уроках литературы, как, кстати, и на всех других уроках, ученик чаще молчит, чем говорит. Если в классе 20 учеников, каждый из них в принципе не может говорить больше пяти процентов времени (если не применять методику скандирования и декламации стихов хором – Прим. ред.).
Это очень завышенная оценка, так как часто говорит учитель, а иногда не говорит вообще никто. Так что по этому показателю литература может внести только (5*0.05)=0.25 часа. Можно предположить, что навыки пользования устным языком развиваются и тогда, когда ученик слышит качественную литературную речь. Можно предположить так же, что учитель в состоянии это обеспечить. Предположим, что такая качественная устная речь в исполнении учителя может звучать на уроках одну двадцатую их времени, тогда к этому показателю литература добавит еще (5*0.05)=0.25 часа в неделю. Скорее всего и это завышенная оценка.
Чтение или обсуждение тех или иных литературных произведений теоретически может дать представление об окружающем материальном мире. Собственно чтения на уроках литературы практически не происходит. Если ученики и читают что-то, то они делают это за пределами собственно урока литературы. Если кто-то из учеников не прочитал обсуждаемого литературного произведения, а кто-то из его товарищей в процессе обсуждения сообщит ему какой-нибудь факт об окружающем материальном мире, то он может его усвоить. Часто это случаться просто не может, поэтому на этот показатель мы не можем отвести больше одного процента учебного времени, то есть (5*0.01)=0.05 часа в неделю.
Полагаем, что такая же картина и с представлением об окружающем социальном мире - (5*0.01)=0.05 часа в неделю, и с навыками нравственной культуры - (5*0.01)=0.05 часа в неделю.
Здесь нужно дать пояснение. Чтение литературных произведений, безусловно, является огромным и неисчерпаемым источником сведений и об окружающем материальном мире, и окружающем социальном мире , и о нравственной культуре. Однако, сейчас мы говорим только о том, что происходит собственно на уроках, а не за его пределами. Мы исходим их того, что на уроках литературы чтения литературных произведений практически не происходит, из того, что на уроках в лучшем случае идет их обсуждение или цитирование.

Иностранный язык (1).

Уроки иностранного языка предназначены для того, чтобы вырабатывать навыки пользования иностранным языком устным и письменным. Опять-таки, как и в случае с уроками русского языка, не будем обращать внимания на их эффективность. Тогда уроки иностранного языка будут вырабатывать у ученика навыки пользования устным и письменным языком (3*1.0)=3.0 часа в неделю.

Математика (2).

Записав в скобках напротив дисциплины «Математика» только число 2, мы имеем в виду, что все время этой дисциплины должно быть потрачено исключительно на то, чтобы научить школьника думать. Никакие другие навыки на уроках математики не вырабатываются. Конечно, и эти навыки вырабатываются на уроках математики не все сорок пять минут, но пока мы на это не будем обращать внимания. Тогда уроки математики будут вырабатывать у ученика навыки пользования умом (5*1.0)=5.0 часов в неделю.

История (1, 3, 4, 6).

История оказалась также богата на состав прививаемых ею навыков, как и литература. Да и по совокупности развиваемых навыков эти дисциплины совпали. Таким образом, не повторяя уже высказанных аргументов, можно записать, что уроки истории будут вырабатывать у ученика навыки пользования устным языком - (2*0.05)=0.1 часа в неделю.
Что касается представлений об окружающем социальном мире, материальном мире и навыков нравственной культуры то они вполне могут содержаться в объяснениях учителя по той или иной исторической теме. Мы стараемся в своих рассуждениях ничего искусственно не сокращать. Пусть время, отводимое на объяснения учителя составляет тридцать процентов и распределяется между тремя задачами равномерно. Тогда уроки истории будут вырабатывать у ученика
  • представление об окружающем материальном мире - (2*0.1)=0.2 часа в неделю;
  • представление об окружающем социальном мире - (2*0.1)=0.2 часа в неделю;
  • навыки нравственной культуры - (2*0.1)=0.2 часа в неделю.

Обществознание (1, 4).

Уроки истории и обществоведения близки по своему характеру. Только обществоведение не дает представления о материальном мире и не прививает навыков нравственной культуры. Тогда можно записать, что уроки обществоведения будут вырабатывать у ученика
навыки пользования устным языком - (1*0.05)=0.05 часа в неделю;
представление об окружающем социальном мире - (1*0.1)=0.1 часа в неделю.

География (1, 3, 4).

Как и на других уроках, на уроках географии ученикам полагается говорить. От уроков истории или обществоведения уроки географии в этом отношении мало отличаются. Следовательно, уроки географии будут вырабатывать у ученика навыки пользования устным языком - (1*0.05)=0.05 часа в неделю.
В объяснениях учителя информация о материальном мире и социальном устройстве других стран может встречаться чаще, чем в объяснениях учителя по истории. Для своих расчетов примем такое увеличение в два раза. Тогда уроки географии будут вырабатывать у ученика:
представление об окружающем материальном мире - (2*0.2)=0.4 часа в неделю;
представление об окружающем социальном мире - (2*0.2)=0.4 часа в неделю.

Физика (1, 3), химия (1, 3), биология (1, 3).

Эти три дисциплины совершенно идентичны с точки зрения достижения поставленных задач. Отличаются они только тем, что охватывают разные области материального мира. Здесь мы не анализируем вопрос о том, все ли области материального мира охватывает школьная программа в достаточной степени. Здесь нам важно только то, что все три эти дисциплины дают школьникам представление об окружающем материальном мире и отчасти помогают получить навыки устной речи. В этом компоненте все как обычно и для других уроков. Уроки физики, химии и биологии будут вырабатывать у ученика навыки пользования устным языком – (1*0.05)=0.05 часа в неделю каждый.
На анализируемых уроках, кроме объяснений учителя, есть еще один источник получения информации: лабораторные работы, на которых ученики самостоятельно добывают информацию о материальном мире. Поэтому мы готовы еще больше увеличить долю этого компонента в составе учебного времени. Тогда уроки физики, химии и биологии будут вырабатывать у ученика представление об окружающем материальном мире – (2*0.3)=0.6 часа в неделю каждый.

Музыка и ИЗО (7, 8).

Здесь перед нами встала задача разделения учебного времени «одной» дисциплины между двумя задачами. Предположим, что между музыкой и изобразительным искусством учебное время распределено поровну и, как и во всех остальных случаях, это время используется максимально эффективно. Тогда уроки «Музыка и ИЗО» будут давать навыки художественной культуры – (0.5*1)=0.5 часа в неделю и будут давать навыки музыкальной культуры – (0.5*1)=0.5 часа в неделю.

Технология (3), ОБЖ (3).

Будем исходить из того, что эти уроки углубленно знакомят учеников с материальным миром, включая опасные его составляющие. Тогда уроки технологии и ОБЖ будут вырабатывать у ученика представление об окружающем материальном мире – (1*1.0)=1.0 часа в неделю каждый.

Физкультура (5).

И здесь мы не будем обращать внимания на то, что дети на уроках физкультуры больше сидят, чем двигаются, получая навыки физической культуры и приращивая свое здоровье. Поскольку на этих уроках как бы ничего и не должно происходить, присвоим им коэффициент 1.0. Тогда уроки физкультуры будут приращивать здоровье и давать навыки физической культуры (2*1.0)=2 часа в неделю.

Теперь мы можем свести в таблицу затраты времени, производимые на разных уроках, по достижению поставленных задач. Но прежде еще раз оговоримся, что речь идет исключительно об аудиторном времени. Время на самостоятельную подготовку в этих расчетах никак не учитывается, да и не должно учитываться.

1 – дать навыки пользования языком (устным и письменным) 6.4 час.
2 – дать навыки пользования умом 5.0 час.
3 – дать представление об окружающем материальном мире 4.45 час.
4 – дать представление об окружающем социальном мире 0.75 час.
5 – прирастить здоровье и дать навыки физической культуры 2.0 час.
6 – дать навыки нравственной культуры 0.25 час.
7 – дать навыки художественной культуры 0.5 час.
8 – дать навыки музыкальной культуры 0.5 час.
Итого 19.85 час.

От редакции. К большому сожалению, мы констатируем, что автор, хотя он и профессор, проигнорировал важнейшую школьную дисциплину – Закон Божий, который один уже может дать для всех восьми позиций и стимул, и знания, и умения, и результаты. А как же иначе, раз уж Правительство России одобряет преподавание древней мистики и мифологии в государственных школах, отбирая часть времени от астрономии, географии, истории, естественных наук, достижения которых, в определенной мере опровергают религиозные догмы.



Судьба России в XXI веке
Справка об этом сайте.

Какая власть сложится в России в 21 веке: демократия, олигархия, деспотия, анархия, монархия или, может быть, клерикализм?
Блог придуман после выборов в представительные органы власти в декабре 2011 года, которые, по мнению проигравших партий, были сфальсифицированы.
Народ возмутился столь явным обманом и вышел на митинги. Авторы публикаций в этом блоге действительный государственный советник Леонид Романков, культуролог Сергей Басов, правозащитник Сергей Егоров, автор концепции сферной политики Лев Семашко, общественник Юрий Вдовин, писатель Александр Сазанов, публицист Павел Цыпленков в те тревожные дни критиковали фальсификацию выборов.

Группа депутатов Ленсовета 21 созыва и сегодня внимательно следят за судьбой России, публикуют в настоящем блоге свои предложения, заметки, ссылки на интересные сообщения в Интернете, наблюдения, статьи, газетные вырезки.

На страницах этого сетевого журнала - публикации о истории, политике, финансах, культуре, войне, экономике:




Новейшая история России в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

The Fate of Russia in XXI Century
History of the online journal.

Deputies of Lensoviet convocation currently closely follow the fate of Russia, put in this online journal his press clippings, observation, Offers, links to interesting posts on the Internet, Notes, articles.
What kind of state will become Russia in the 21st century: anarchy, oligarchy, despoteia, monarchy, democracy or, perhaps, humanism?
Blog created after the election in December 2011, which, according to observers were rigged.
The people protested so obvious fraud and went Square in Moscow and St. Petersburg. Deputies of in while made declarations.

On the pages of this Blog - publication of the War, Finance, History, Culture, Politics, Economy:




The fate of the revolutionary reforms in the book
« Sausage-democratic revolution in Russia. 1989-1993»