В марте и мае 2019 года исполняется тридцать лет со дней свободного избрания представителей народа на Съезд народных депутатов СССР, первый и последний демократический парламент союзного государства.
Надо напомнить, что представлял собой СССР в середине восьмидесятых годов ХХ века. Народ в нашей великой стране усилиями Генерального секретаря правящей партии М.Горбачева обрел свободу. Пока лишь экономическую. Под нажимом «реформаторов» из ЦК КПСС законодатели страны напринимали законы о кооперации и о малых предприятиях, правительство разрешило валютную торговлю. Пока лишь организациям, а не всем, кому не лень! Экономическая свобода сразу же превратилась в слегка завуалированный грабеж общенародной собственности. Прежние «теневики-цеховики», производившие товары народного потребления из ворованного государственного сырья, вышли из тени под вывесками кооперативов. На крупных заводах и комбинатах дирекцией и их районными кураторами из органов КПСС создавались «малые предприятия», в которые перетекала валютная выручка, и осуществлялись производственные операции, приносившие основные доходы.
В крупных городах создали Центры научно-технического творчества молодежи под эгидой комсомола. Названные так словно бы в насмешку, эти учреждения в действительности являлись насосами по перекачке прежнего общенародного богатства из госпредприятий в частные кошельки оборотистых и бессовестных молодых людей, и не очень молодых тоже. Я не помню, что бы такое выдающееся научно-техническое сотворили молодые советские умы в этих Центрах НТТМ. Ведь в восьмидесятые наиболее продвинутые россияне «видики» привозили из Японии, хорошие подержанные авто - из Германии, а лучшие микрокалькуляторы (тогда в квартирах персональных компьютеров почти не было) - из Америки.
Да, в плане экономики и финансов горбачевцы под лозунгами «перестройки» создали относительную свободу обогащения, немыслимую при Сталине или Андропове. Но капитализировать внезапные очень большие деньги и передавать их по наследству все ещё было сложно. Требовались революционные преобразования общества, коренные изменения законодательства. Кто это будет делать? Горбачев ощущал все нарастающее сопротивление консервативной части партийцев, которые не желали «поступаться принципами». Они не хотели отдавать свои номенклатурные привилегии новым русским, готовым покупать все те блага, которые номенклатуре давались в силу их общественного положения, и даже ещё больше.
Значит, надо и структуры власти не освободить от опеки правящей партии. Так будет лучше. Почему бы не дать волю избирателям? Пусть люди выбирают себе лучших современников. А лучшие ведь - все в партии!
До весны 1989 года кандидатов на выборах в законодательные органы всех уровней заранее утверждали партийные комитеты соответствующего региона. Имена этих людей, удостоенных доверием партии и обреченных на власть, в гордом одиночестве красовались в избирательном бюллетене, начиная с тридцатых годов ХХ века. Так КПСС осуществляла руководство Советами депутатов трудящихся.
Все изменилось летом 1988 года, когда на 19-й Всесоюзной партийной конференции «демократические реформаторы» во главе с А.Яковлевым убедили верхушку КПСС в том, что в эпоху перестройки коммунисты должны соревноваться за голоса избирателей. Это не опасно, поскольку вся власть на местах безраздельно принадлежит органам КПСС. Была принята резолюция «О демократизации советского общества и реформе политической системы». А 1 декабря 1988 года вступил в силу Закон СССР «О выборах народных депутатов СССР». И началось! Свобода породила новое яркое созвездие народных избранников.
Альтернативные выборы, разрешенные партией, оказались гораздо страшнее для сложившегося в СССР государства, чем представлялось многим. Они стали основой демократической революции. Именно Съезд превратился в трибуну для дискуссий по острым политическим, экономическим и культурно-историческим вопросам, которые, в конечном счете, привели к отмене всевластия КПСС, установлению капитализма и распаду СССР через два с половиной года после начала работы Съезда.
Но не последний демократический парламент стал могильщиком Советского Союза. Союз развалили без союзных депутатов, фактически игнорируя их мнение. Союзных депутатов избранных на пять лет, вынудили отказаться от власти через два с половиной года, когда на 5-м Съезде СССР в сентябре 1991 года был сформирован коалиционный Верховный Совет, а в декабре и сам М.Горбачев сложил свои полномочия президента СССР, государства, которое в прежнем виде уже не существовало ни де факто, ни де юре.
Не все 2250 депутатов СССР были избраны на альтернативной основе. 750 депутатов выдвинула на Съезд общественность. Существовали квоты ради «наиболее полного представительства всех слоев советского общества» в высшем законодательном органе. По 100 депутатов назначали КПСС, ВЦСПС и кооперативные организации - колхозы, по 75 депутатов делегировали ВЛКСМ, женские советы, организации ветеранов войны и труда, научные общества, творческие союзы. Ещё 75 депутатов представляли интересы других общественных организаций, имеющих общесоюзные органы, в частности, 15 депутатов - от ДОСААФ, один депутат от Всесоюзного общества филателистов и т.п. Понятно, что эти общественные организации в СССР не могли функционировать без одобрения КПСС и иных компетентных органов. Поэтому многие депутаты от общественности являлись в действительности не борцами за идеалы «перестройки», а партийными функционерами. В округах на альтернативной основе таких кандидатов бы не избрали. Народ в те годы мстил правящей партии за скудость жизни, а избирательные комиссии считали голоса на удивление честно. В результате из 1957 депутатов-коммунистов партийных и советских руководителей оказалось на Съезде лишь 394.
Некоторые общественники не удосужились создать общесоюзные органы и не получили право делегировать депутатов. К таким «бесправным» принадлежал «Мемориал», больше и громче других ратовавший в то время за декоммунизацию страны.
Легитимная общественность доверяла депутатские мандаты, по преимуществу, консерваторам, которые впоследствии составили так называемое «агрессивно-послушное большинство». Например, от Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами депутатом стала председатель Президиума этой организации, летчица-космонавт В.Терешкова. А от Комитета советских женщин наряду с доярками, ткачихами и врачами всесоюзный мандат получили поэтесса Ю.Друнина и В.Матвиенко, зампред Ленгорисполкома. Другой заместитель председателя Ленгорисполкома, А.Большаков, не менее талантливый и компетентный руководитель, избирался «безальтернативно» по национально-территориальному округу и не прошел, поскольку большинство голосовавших высказались против него, как «номенклатуры». От Союзов ученых и инженеров получили мандаты столь разные по взглядам люди, как Н.Бехтерева и Г.Попов. Даже диссидент с всесоюзной репутацией А.Сахаров с большим трудом, но был таки избран от АН СССР.
Надо подчеркнуть, что непривычная альтернативность внесла серьезные помехи в систему выборов. Поэтому в тех общественных организациях, где руководство само не производило отбор кандидатов, как это сделали в КПСС, выборы оказались трудным процессом. Так, в Союзе кинематографистов после первого тура голосования нужное число голосов набрали всего два кандидата, в Союзе театральных деятелей - четыре, а в Союзе писателей (где на выдвижение претендовало 70 человек) нужное число голосов в первом туре не набрал ни один. Труженики пера голосовали друг против друга!
В результате, например, Союзу кинематографистов и Союзу композиторов потребовалось пять туров для выдвижения, соответственно, 17 и 12 кандидатов на 10 мест. Зато писателей и журналистов, прославившихся своей антикоммунистической риторикой, легко избирали в территориальных округах. Там были избраны депутатами Е.Евтушенко и В.Коротич, которые не смогли стать даже кандидатами от Союза писателей. Еще 17 писателей были избраны от других общественных организаций. Значительная часть депутатов-писателей получили мандаты от населения: 10 в территориальных и 22 в национально-территориальных округах.
Весной 1999 года в Федеральном доме мы организовали конференцию, посвященную десятилетию первых свободных выборов в СССР. Присутствовали многие депутаты СССР и России, в том числе депутат Госдумы Л.Нарусова, супруга союзного депутата А.Собчака, который в то время находился на лечении во Франции. Вел заседание С.Цыпляев, Представитель президента России в Петербурге, сам в недавнем прошлом союзный депутат. Все выступающие отмечали, что в 1989 году выдвигаться и побеждать на выборах было значительно проще, чем в конце 90-х. Нам уже было с чем сравнивать. Несколько раз в новой России проводились выборы в Госдуму, Законодательное Собрание, муниципальные советы.
Прежде всего, в 1989 году не требовалось собирать подписи граждан или вносить крупный денежный залог. Правда, кандидатов должно было утверждать собрание не менее 500 граждан по месту жительства. Технически эти собрания устраивали партийные органы, и кандидат, который умело агитировал или был уже известен горожанам, без труда получал право баллотироваться.
Во-вторых, никаких избирательных фондов кандидаты не создавали. Средства для агитационной работы им выделяла соответствующая избирательная комиссия всем поровну. Разумеется, не у всех были равный доступ к множительной технике, СМИ или проход на предприятия, где также агитировали рабочий народ.
Наконец, сама агитация была весьма проста. Либо ты за партию и коммунизм, либо против КПСС и за все остальное хорошее. Последний и получал голоса избирателей.
Вот тезисы из листовки демократического кандидата Б.Никольского, главного редактора журнала «Нева»:
Борьба в городе на Неве разворачивалась между ставленниками КПСС и так называемыми «неформалами». Ведь иных зарегистрированных политических партий в 1989 году в СССР не было. Неформалов поддерживали клуб «Перестройка», общество «Мемориал», ряд творческих союзов. Активно боролись за депутатские мандаты такие разные люди, объединенные лишь желанием перемен, как передовик труда, коммунист-демократ Г.Богомолов, писатели Д.Гранин, М.Чулаки, Б.Никольский, певец А.Дольский, инженер В.Рамм, юрист В.Монахов.
Интересная подробность. Рабочих выбирали в то революционное время редко, и далеко не все "рабочие" в парламенте представляли рабочие коллективы. Так, по Ленинграду в 1990 году было избрано в парламент России трое рабочих: Г.Богомолов, И.Константинов, М.Молоствов. Однако, Константинов — в первую очередь координатор одной из секций будущего (Фронт зарегистрирован летом 1990 года) Ленинградского народного фронта, хотя числился кочегаром котельной метро. Богомолов уволился с предприятия, стал активистом Народного фронта, а затем одним из создателей социал-демократической партии. Молоствов работал в Калининской области почтальоном, а избирался по национально-территориальному округу в Ленинграде, потому что его там знали как выпускника философского факультета университета, пострадавшего за свои убеждения и реабилитированного.
По огромному Ленинградскому национально-территориальному округу, где 16 мая 1989 года проводились повторные выборы, зарегистрировали 34 кандидата. Вот, что значит свобода! В числе демократов значились талантливая тележурналистка Б.Куркова, биолог-экономист С.Андреев, геолог-антикоммунистка М.Салье. Баллотировались и «номенклатурщики»: первый секретарь Ленинского райкома КПСС В.Ефимов, директора крупных производств В.Занин и В.Ковешников, ректор Военно-механического института Ю.Савельев, и даже оперная певица, народная артистка СССР И.Богачева. А победил всех Н.Иванов, следователь прокуратуры, хорошо известный советским людям по публикациям в «Огоньке» о его борьбе с коррупцией в Узбекистане. Этот, как теперь принято говорить, "силовик" с исконно русской фамилией изымал мешками драгоценности из подвалов среднеазиатских «теневиков», а в Ленинграде тогда Иванов собрал 61 процент голосов. Сегодня же он работает адвокатом, публикует мемуары, для молодежи, по-видимому, мало интересные.
Одной из причин поражения ленинградских руководителей политологи называли их стремление избраться безальтернативно, как раньше. Избиратели попросту вычеркнули фамилию единственного кандидата, как бы подводя черту под «темным тоталитарным прошлым». При этом явка почти в каждом округе составляла более 70 процентов. В итоге коммунисты решили кадровый вопрос. Ю.Соловьев был вынужден уйти с поста первого секретаря Обкома партии, его сменил народный депутат СССР, член корреспондент АН СССР Б.Гидаспов. Коммунисты хотели идти в ногу со временем. Они и не предполагали, что через два с половиной года КПСС вообще запретят в России!
Власть, политическая инициатива, а вместе с ними и внимание СМИ, от Съезда перетекали медленно, но неудержимо в республиканские парламенты и даже в Советы крупных городов: Екатеринбурга, Москвы, Санкт-Петербурга. Союзные республики одна за другой провозглашали свой суверенитет, и Съезд к концу 1991 года как бы «истаял», он уже никому не был интересен. Даже стенограмма Пятого Съезда теперь превратилась в библиотечную редкость. В буквальном смысле слова Съезд канул во тьму.
А было это так. Среди союзных депутатов числилось 80 военных, но храбрость в час испытаний проявили лишь коммунистка из Грозного С.Умалатова и беспартийный инженер А.Оболенский, избранный в Ленинградской области. Они до последнего защищали СССР и созвали союзных депутатов на 6-й Съезд в марте 1992 года, по праву, поскольку их депутатские полномочия не истекли. Московский градоначальник Ю.Лужков распорядился отключить электричество в клубе, где нашли трибуну около 200 союзных депутатов, не согласных с распадом СССР.
Некоторые политики, избранные на демократической волне в Ленинграде в 1989 году, довольно долго играли заметную роль в российской политике. Вот лишь четыре примера.
Молодой инженер Ю.Болдырев, победивший в Московском районе А.Герасимова, первого секретаря Ленинградского Горкома КПСС, с 1992 года работал начальником Контрольного управления Администрации президента России, затем заместителем председателя Счетной палаты, в 1993 году избран членом Совета Федерации, учредил партию «Яблоко». С.Цыпляев, избранный на Съезд от ВЛКСМ, после распада СССР занимал должность Представителя президента России. Обоим пришлось уйти с государственной службы в 2000 году.
Профессор права А.Собчак, запомнившийся телезрителям тем, что остроумно критиковал на Съезде высших партийных чиновников, до 1996 года был мэром Санкт-Петербурга, издал политические мемуары, в 1999 году участвовал в выборах в Госдуму, но не удачно. Сердце его остановилось в феврале 2000 года.
Этнограф и социолог Г.Старовойтова, избранная на Съезд от Армении, была советником президента России, избрана депутатом Госдумы в 1995 году, руководила партией «Демократическая Россия». Как политик, она всегда ратовала за дальнейшую декоммунизацию и люстрацию в России. Убита в ноябре 1998 года.
Если не считать В.Матвиенко, доныне пребывающей на вершине российской власти, то политики-ленинградцы, рожденные свободой тридцать лет назад, сейчас либо работают в тени, либо ушли на покой и забыты общественностью. А жаль, ведь с ними мы тогда связывали свои ожидания перемен, из которых сбылись далеко не все.
Хотели как лучше
Первый, потому что впервые граждане СССР получали избирательные бюллетени с несколькими фамилиями кандидатов, большинство из которых обещали не только углубить либеральные реформы, но даже покончить с безраздельной властью номенклатуры, правящей в стране семь десятилетий. Последний, потому что на глазах этих народных избранников произошел распад Советского Союза. И Съезд, потеряв государство, утратил свои принадлежность и ответственность.Надо напомнить, что представлял собой СССР в середине восьмидесятых годов ХХ века. Народ в нашей великой стране усилиями Генерального секретаря правящей партии М.Горбачева обрел свободу. Пока лишь экономическую. Под нажимом «реформаторов» из ЦК КПСС законодатели страны напринимали законы о кооперации и о малых предприятиях, правительство разрешило валютную торговлю. Пока лишь организациям, а не всем, кому не лень! Экономическая свобода сразу же превратилась в слегка завуалированный грабеж общенародной собственности. Прежние «теневики-цеховики», производившие товары народного потребления из ворованного государственного сырья, вышли из тени под вывесками кооперативов. На крупных заводах и комбинатах дирекцией и их районными кураторами из органов КПСС создавались «малые предприятия», в которые перетекала валютная выручка, и осуществлялись производственные операции, приносившие основные доходы.
В крупных городах создали Центры научно-технического творчества молодежи под эгидой комсомола. Названные так словно бы в насмешку, эти учреждения в действительности являлись насосами по перекачке прежнего общенародного богатства из госпредприятий в частные кошельки оборотистых и бессовестных молодых людей, и не очень молодых тоже. Я не помню, что бы такое выдающееся научно-техническое сотворили молодые советские умы в этих Центрах НТТМ. Ведь в восьмидесятые наиболее продвинутые россияне «видики» привозили из Японии, хорошие подержанные авто - из Германии, а лучшие микрокалькуляторы (тогда в квартирах персональных компьютеров почти не было) - из Америки.
Да, в плане экономики и финансов горбачевцы под лозунгами «перестройки» создали относительную свободу обогащения, немыслимую при Сталине или Андропове. Но капитализировать внезапные очень большие деньги и передавать их по наследству все ещё было сложно. Требовались революционные преобразования общества, коренные изменения законодательства. Кто это будет делать? Горбачев ощущал все нарастающее сопротивление консервативной части партийцев, которые не желали «поступаться принципами». Они не хотели отдавать свои номенклатурные привилегии новым русским, готовым покупать все те блага, которые номенклатуре давались в силу их общественного положения, и даже ещё больше.
Значит, надо и структуры власти не освободить от опеки правящей партии. Так будет лучше. Почему бы не дать волю избирателям? Пусть люди выбирают себе лучших современников. А лучшие ведь - все в партии!
До весны 1989 года кандидатов на выборах в законодательные органы всех уровней заранее утверждали партийные комитеты соответствующего региона. Имена этих людей, удостоенных доверием партии и обреченных на власть, в гордом одиночестве красовались в избирательном бюллетене, начиная с тридцатых годов ХХ века. Так КПСС осуществляла руководство Советами депутатов трудящихся.
Все изменилось летом 1988 года, когда на 19-й Всесоюзной партийной конференции «демократические реформаторы» во главе с А.Яковлевым убедили верхушку КПСС в том, что в эпоху перестройки коммунисты должны соревноваться за голоса избирателей. Это не опасно, поскольку вся власть на местах безраздельно принадлежит органам КПСС. Была принята резолюция «О демократизации советского общества и реформе политической системы». А 1 декабря 1988 года вступил в силу Закон СССР «О выборах народных депутатов СССР». И началось! Свобода породила новое яркое созвездие народных избранников.
Альтернативные выборы, разрешенные партией, оказались гораздо страшнее для сложившегося в СССР государства, чем представлялось многим. Они стали основой демократической революции. Именно Съезд превратился в трибуну для дискуссий по острым политическим, экономическим и культурно-историческим вопросам, которые, в конечном счете, привели к отмене всевластия КПСС, установлению капитализма и распаду СССР через два с половиной года после начала работы Съезда.
Но не последний демократический парламент стал могильщиком Советского Союза. Союз развалили без союзных депутатов, фактически игнорируя их мнение. Союзных депутатов избранных на пять лет, вынудили отказаться от власти через два с половиной года, когда на 5-м Съезде СССР в сентябре 1991 года был сформирован коалиционный Верховный Совет, а в декабре и сам М.Горбачев сложил свои полномочия президента СССР, государства, которое в прежнем виде уже не существовало ни де факто, ни де юре.
Революционеры
Почему же такое незначительное изменение избирательных правил в 1989 году, как «множественность» кандидатов и относительно свободное их выдвижение, привело к столь революционным последствиям, которые сегодня авторитетные политики называют крупнейшей «геополитической катастрофой» прошлого столетия? Не потому, разумеется, что некоторых избирателей, отвыкших думать, за кого голосовать на частых выборах в Советы при коммунистах, длинные перечни кандидатов раздражали. Дело в том, что граждане СССР, разогретые перестроечными антикоммунистическими статьями и телепрограммами, получив свободу выбора, отказывали в доверии партийным работникам. Так, в Ленинграде в конкурентной борьбе не был избран ни один партийный и советский руководитель города и области, ни один член бюро Обкома, включая первого секретаря. Не избрали также и командующего военным округом. Если и голосовали за коммунистов, то за таких коммунистов, которые обещали разваливать КПСС изнутри, клялись и даже божились, что ратуют за демократизацию власти и либерализацию экономики. И все же настоящих «революционеров» среди союзных депутатов оказалось немного.Не все 2250 депутатов СССР были избраны на альтернативной основе. 750 депутатов выдвинула на Съезд общественность. Существовали квоты ради «наиболее полного представительства всех слоев советского общества» в высшем законодательном органе. По 100 депутатов назначали КПСС, ВЦСПС и кооперативные организации - колхозы, по 75 депутатов делегировали ВЛКСМ, женские советы, организации ветеранов войны и труда, научные общества, творческие союзы. Ещё 75 депутатов представляли интересы других общественных организаций, имеющих общесоюзные органы, в частности, 15 депутатов - от ДОСААФ, один депутат от Всесоюзного общества филателистов и т.п. Понятно, что эти общественные организации в СССР не могли функционировать без одобрения КПСС и иных компетентных органов. Поэтому многие депутаты от общественности являлись в действительности не борцами за идеалы «перестройки», а партийными функционерами. В округах на альтернативной основе таких кандидатов бы не избрали. Народ в те годы мстил правящей партии за скудость жизни, а избирательные комиссии считали голоса на удивление честно. В результате из 1957 депутатов-коммунистов партийных и советских руководителей оказалось на Съезде лишь 394.
Некоторые общественники не удосужились создать общесоюзные органы и не получили право делегировать депутатов. К таким «бесправным» принадлежал «Мемориал», больше и громче других ратовавший в то время за декоммунизацию страны.
Легитимная общественность доверяла депутатские мандаты, по преимуществу, консерваторам, которые впоследствии составили так называемое «агрессивно-послушное большинство». Например, от Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами депутатом стала председатель Президиума этой организации, летчица-космонавт В.Терешкова. А от Комитета советских женщин наряду с доярками, ткачихами и врачами всесоюзный мандат получили поэтесса Ю.Друнина и В.Матвиенко, зампред Ленгорисполкома. Другой заместитель председателя Ленгорисполкома, А.Большаков, не менее талантливый и компетентный руководитель, избирался «безальтернативно» по национально-территориальному округу и не прошел, поскольку большинство голосовавших высказались против него, как «номенклатуры». От Союзов ученых и инженеров получили мандаты столь разные по взглядам люди, как Н.Бехтерева и Г.Попов. Даже диссидент с всесоюзной репутацией А.Сахаров с большим трудом, но был таки избран от АН СССР.
Надо подчеркнуть, что непривычная альтернативность внесла серьезные помехи в систему выборов. Поэтому в тех общественных организациях, где руководство само не производило отбор кандидатов, как это сделали в КПСС, выборы оказались трудным процессом. Так, в Союзе кинематографистов после первого тура голосования нужное число голосов набрали всего два кандидата, в Союзе театральных деятелей - четыре, а в Союзе писателей (где на выдвижение претендовало 70 человек) нужное число голосов в первом туре не набрал ни один. Труженики пера голосовали друг против друга!
В результате, например, Союзу кинематографистов и Союзу композиторов потребовалось пять туров для выдвижения, соответственно, 17 и 12 кандидатов на 10 мест. Зато писателей и журналистов, прославившихся своей антикоммунистической риторикой, легко избирали в территориальных округах. Там были избраны депутатами Е.Евтушенко и В.Коротич, которые не смогли стать даже кандидатами от Союза писателей. Еще 17 писателей были избраны от других общественных организаций. Значительная часть депутатов-писателей получили мандаты от населения: 10 в территориальных и 22 в национально-территориальных округах.
Условия победы
Прежде всего, в 1989 году не требовалось собирать подписи граждан или вносить крупный денежный залог. Правда, кандидатов должно было утверждать собрание не менее 500 граждан по месту жительства. Технически эти собрания устраивали партийные органы, и кандидат, который умело агитировал или был уже известен горожанам, без труда получал право баллотироваться.
Во-вторых, никаких избирательных фондов кандидаты не создавали. Средства для агитационной работы им выделяла соответствующая избирательная комиссия всем поровну. Разумеется, не у всех были равный доступ к множительной технике, СМИ или проход на предприятия, где также агитировали рабочий народ.
Наконец, сама агитация была весьма проста. Либо ты за партию и коммунизм, либо против КПСС и за все остальное хорошее. Последний и получал голоса избирателей.
Вот тезисы из листовки демократического кандидата Б.Никольского, главного редактора журнала «Нева»:
ДА - нашему праву на здоровье, нормальное жилище и заработок. Покончить с пренебрежением, нарушением заслуженных прав блокадников и ветеранов!Разумеется, люди поддержали борца с падением уровня жизни. Если бы литератор заявил избирателям, что через два года «в обход мнения народа» СССР будет разрушен, а он, как депутат, ничего предпринимать не станет, то не уверены, как проголосовали бы за него ленинградцы.
ДА - автоматическому увеличению пенсий и иных государственных выплат в соответствии с ценами!
ДА - демократизации, гражданским свободам, прямым выборам главы государства, гласности, полной и честной информации.
НЕТ - падению уровня жизни, лжи, бесправию, социальной несправедливости, разрушению городов, разбазариванию национальных богатств, принятию законов и ответственных решений в обход мнения народа!
Борьба в городе на Неве разворачивалась между ставленниками КПСС и так называемыми «неформалами». Ведь иных зарегистрированных политических партий в 1989 году в СССР не было. Неформалов поддерживали клуб «Перестройка», общество «Мемориал», ряд творческих союзов. Активно боролись за депутатские мандаты такие разные люди, объединенные лишь желанием перемен, как передовик труда, коммунист-демократ Г.Богомолов, писатели Д.Гранин, М.Чулаки, Б.Никольский, певец А.Дольский, инженер В.Рамм, юрист В.Монахов.
Интересная подробность. Рабочих выбирали в то революционное время редко, и далеко не все "рабочие" в парламенте представляли рабочие коллективы. Так, по Ленинграду в 1990 году было избрано в парламент России трое рабочих: Г.Богомолов, И.Константинов, М.Молоствов. Однако, Константинов — в первую очередь координатор одной из секций будущего (Фронт зарегистрирован летом 1990 года) Ленинградского народного фронта, хотя числился кочегаром котельной метро. Богомолов уволился с предприятия, стал активистом Народного фронта, а затем одним из создателей социал-демократической партии. Молоствов работал в Калининской области почтальоном, а избирался по национально-территориальному округу в Ленинграде, потому что его там знали как выпускника философского факультета университета, пострадавшего за свои убеждения и реабилитированного.
 |
| Антикоммунистические газеты и антибюрократические публикации. Ленинград. 1989 год. |
По огромному Ленинградскому национально-территориальному округу, где 16 мая 1989 года проводились повторные выборы, зарегистрировали 34 кандидата. Вот, что значит свобода! В числе демократов значились талантливая тележурналистка Б.Куркова, биолог-экономист С.Андреев, геолог-антикоммунистка М.Салье. Баллотировались и «номенклатурщики»: первый секретарь Ленинского райкома КПСС В.Ефимов, директора крупных производств В.Занин и В.Ковешников, ректор Военно-механического института Ю.Савельев, и даже оперная певица, народная артистка СССР И.Богачева. А победил всех Н.Иванов, следователь прокуратуры, хорошо известный советским людям по публикациям в «Огоньке» о его борьбе с коррупцией в Узбекистане. Этот, как теперь принято говорить, "силовик" с исконно русской фамилией изымал мешками драгоценности из подвалов среднеазиатских «теневиков», а в Ленинграде тогда Иванов собрал 61 процент голосов. Сегодня же он работает адвокатом, публикует мемуары, для молодежи, по-видимому, мало интересные.
Одной из причин поражения ленинградских руководителей политологи называли их стремление избраться безальтернативно, как раньше. Избиратели попросту вычеркнули фамилию единственного кандидата, как бы подводя черту под «темным тоталитарным прошлым». При этом явка почти в каждом округе составляла более 70 процентов. В итоге коммунисты решили кадровый вопрос. Ю.Соловьев был вынужден уйти с поста первого секретаря Обкома партии, его сменил народный депутат СССР, член корреспондент АН СССР Б.Гидаспов. Коммунисты хотели идти в ногу со временем. Они и не предполагали, что через два с половиной года КПСС вообще запретят в России!
Путь политиков тернист
Союзный Съезд был всевластным органом, но чрезвычайно громоздким и неповоротливым. Он мог принять к своему рассмотрению любой вопрос, но редко это делал и увязал в спорах. Доминировали там все же консерваторы, которые не желали выслушивать А.Сахарова и прочих критиков режима. Съезд, однако же, исключил из Конституции СССР пресловутую руководящую роль КПСС, учредил должность Президента, утвердил новые составы исполнительных и судебных органов Союза. Что ещё? В революционную эпоху этого мало. До коренной реформации государства союзные депутаты так и не дошли.Власть, политическая инициатива, а вместе с ними и внимание СМИ, от Съезда перетекали медленно, но неудержимо в республиканские парламенты и даже в Советы крупных городов: Екатеринбурга, Москвы, Санкт-Петербурга. Союзные республики одна за другой провозглашали свой суверенитет, и Съезд к концу 1991 года как бы «истаял», он уже никому не был интересен. Даже стенограмма Пятого Съезда теперь превратилась в библиотечную редкость. В буквальном смысле слова Съезд канул во тьму.
А было это так. Среди союзных депутатов числилось 80 военных, но храбрость в час испытаний проявили лишь коммунистка из Грозного С.Умалатова и беспартийный инженер А.Оболенский, избранный в Ленинградской области. Они до последнего защищали СССР и созвали союзных депутатов на 6-й Съезд в марте 1992 года, по праву, поскольку их депутатские полномочия не истекли. Московский градоначальник Ю.Лужков распорядился отключить электричество в клубе, где нашли трибуну около 200 союзных депутатов, не согласных с распадом СССР.
Некоторые политики, избранные на демократической волне в Ленинграде в 1989 году, довольно долго играли заметную роль в российской политике. Вот лишь четыре примера.
Молодой инженер Ю.Болдырев, победивший в Московском районе А.Герасимова, первого секретаря Ленинградского Горкома КПСС, с 1992 года работал начальником Контрольного управления Администрации президента России, затем заместителем председателя Счетной палаты, в 1993 году избран членом Совета Федерации, учредил партию «Яблоко». С.Цыпляев, избранный на Съезд от ВЛКСМ, после распада СССР занимал должность Представителя президента России. Обоим пришлось уйти с государственной службы в 2000 году.
Профессор права А.Собчак, запомнившийся телезрителям тем, что остроумно критиковал на Съезде высших партийных чиновников, до 1996 года был мэром Санкт-Петербурга, издал политические мемуары, в 1999 году участвовал в выборах в Госдуму, но не удачно. Сердце его остановилось в феврале 2000 года.
Этнограф и социолог Г.Старовойтова, избранная на Съезд от Армении, была советником президента России, избрана депутатом Госдумы в 1995 году, руководила партией «Демократическая Россия». Как политик, она всегда ратовала за дальнейшую декоммунизацию и люстрацию в России. Убита в ноябре 1998 года.
Если не считать В.Матвиенко, доныне пребывающей на вершине российской власти, то политики-ленинградцы, рожденные свободой тридцать лет назад, сейчас либо работают в тени, либо ушли на покой и забыты общественностью. А жаль, ведь с ними мы тогда связывали свои ожидания перемен, из которых сбылись далеко не все.
Павел ЦЫПЛЕНКОВ,
депутат Ленсовета в 1990-1993 годах,
действительный государственный советник Санкт-Петербурга
действительный государственный советник Санкт-Петербурга
