Как я стал политиком. Ленинградский Народный фронт.

Воспоминания о том, как тридцать лет назад
Павел Цыпленков стал политиком.
Ленинградский Народный фронт.

Павел Цыпленков в 1990 году.  Коллаж автора.

Тридцать лет назад, в марте-апреле 1990 года, в Мариинский дворец вступили новые ленинградские политики — депутаты Ленсовета 21 созыва, избранные не альтернативной основе голосованием горожан 5 и 18 марта. Началась острая фаза мирной демократической революции в России. Москва и Ленинград вышли в лидеры борьбы за новое, передовое устройства жизни против устаревших, закосневших и вредивших порядков тоталитарного социалистического государства. Среди этих деятелей посчастливилось оказаться и мне.
Надо сразу же сделать два напоминания. Никогда прежде я политикой не занимался, в выборах не участвовал, если не считать, конечно, два случая из детства. Примерно в 1961 году шли выборы депутатов куда-то, и моя бабушка, в те годы учительница парголовской школы, как работник участковой комиссии оформляла плакаты. Я, ещё неграмотный дошкольник, помогал ей — водил плакатными перьями по карандашным эскизам красной и черной тушью. Школьником же, спустя годы, отдавал пионерский салют избирателям, которые являлись опустить бюллетень с единственной кандидатурой прокоммунистического кандидата на участок в нашей школе.
Чем старше я становился, тем менее интересовался застойной политикой Л.И.Брежнева. Меня привлекала микробиология с оттенком смертельного риска. Позднее я стал биохимиком. Тренировал крыс до упаду, после же изучал, как и что у них в крови меняется, и что с этим делать, чтобы предотвратить перетренированность советских спортсменов. Конечно, как все сколько-нибудь интеллигентные советские люди слушал Би-Би-Си и "Голос". Сочувствовал А.Солженицыну, не прочитав ни единой строки из его опусов. Молча негодовал по поводу оккупации Советской Армией свободолюбивого Афганистана. Занятость была полная, и времени на митинги не оставалось. И тут грянула перестройка.
Во-первых, пропали хорошие вина. Научным работникам пришлось разводить ректификат вареньем и, в случае большой удачи, «достатым на сером рынке» растворимым кофе. Это привело к брожению умов.
Во-вторых, в прессе начали появляться критические заметки, и статьи консерваторов тоже, типа Нины Андреевой, навсегда вписавшей в историю СССР свою геростратову память. Процесс расшатывания идеологии в части экономической либерализации, кооперации и комсомольского разграбления общественного имущества шел уже полным ходом.
Как-то раз в конце 1988 года вели очистку фермента на хроматографической колонке, дело небыстрое, пили чай. Мой научный коллега и в значительной части даже руководитель, профессор Владимир Николаевич К. поинтересовался, как движется моя диссертация, не столь ли медленно, как слой зеленоватого фермента в стеклянной трубке. Я сообщил, что готов к защите весной 1989. Профессор К., как и многие умники в СССР, увлекался восточными гороскопами с элементами астрологии. Он скептически пожал плечами и предостерег меня, чтобы в ближайшее время ни о какой защите диссертации я и не мечтал. Со мной должно случиться несчастье, я сильно опущусь по жизненной синусоиде, которую он тут же вычертил на клочке бумаги. Зато через год, моя жизнь пойдет в гору, и я заберусь на такие карьерные высоты, о которых предполагать сегодня невозможно, но это точно, как тысячелетние наблюдения китайских звездочетов. Правда и этот взлет будет не долог. Синусоида моей жизни снова пойдет на спад и даже ниже плинтуса. Все студенты и аспиранты, присутствовавшие в лаборатории, посмеялись. Ведь для молодых людей главное, чтобы не пошло на спад либидо, а на счет падения рейтинга, тогда ещё разговоры не шли.
Тем не менее, прогноз моего научного товарища сбылся с точностью до мелочей. Вскоре я сломал ногу, защита диссертации отложилась. Больничная бедность и примитивность нашей медицины повернули мозги мои в направлении устроения общественной жизни, я, молодой коммунист, вступил в неформальную оппозицию партии! Стал даже пописывать статьи в оппозиционные газеты, причем заграничные! Прошел год, и я победил на конкурентных выборах пятерых моих соперников, инженеров и партийных аппаратчиков разного уровня. Рост продолжался, меня избрали членом Малого совета, моим пальцам доверили кнопки, решающие судьбу родного города, и я нажимал на них до мозолей часто и непреклонно. А потом грянул сентябрьский (1993) антиконституционный переворот, расстрел парламента России, разгон Петербургского горсовета. Так сбылось предсказание профессора К.
Я его встретил в метро в начале 2000-х и честно признался, что все, что он мне насчитал много лет назад, свершилось. Профессор был очень доволен, как всякий ученый, наблюдающий плодотворное воплощение своей теории в практику.
Теперь перейдем к Ленинградскому Народному фронту (ЛНФ). Благодаря этой организации, я и реализовался, как политик.

Ленинградский Народный.

Отвечаю на вопросы соавторов брошюры о политических фракциях в Ленсовете.

1. Что связывает с Народным фронтом? Был ли членом? В каком районе? Чем там занимался?

Несчастный случай стал толчком моего интереса к политике. Успешно отучился в аспирантуре и подготовил к защите в 1989 году диссертацию по биохимии. Несчастный случай затормозил научную карьеру. С переломом бедра оказался в больнице «для бедноты» почти без движения, читал разные журналы, «Огонек» и «толстые», которые приносили родственники и товарищи. В газете коммунистов попалась на глаза критика статьи Сергея Андреева о бюрократах. Я прочитал и эту статью. Показалась интересной. Он ведь тоже биолог. Написал письмо в редакцию для С.Андреева. Он позвонил мне, пригласил на собрание инициаторов Народного фронта в доме литераторов, позже пострадавшем от пожара, на митинг у стадиона им. С.М.Кирова. Это было в мае 1989 года. Я уже мог передвигаться, хотя и с палочкой. И понеслось. Так я стал членом не районной, а межрегиональной группы «Действие». Занимался по всему городу распространением газет, антикоммунистических листовок, стоял в пикетах против инициатив Объединенного фронта трудящихся. Написал несколько заметок в газету «Тартуский курьер», которую издавали основатели ЛНФ Петр Филиппов и Анатолий Голов. До сих пор с ними дружу. Для примера — одна короткая заметка (в конце текста), написанная в 1989 году под псевдонимом, предложенным мне редакцией, «Максим Плёнкин».

2. Что подвигло идти на выборы в 1990 году? Какую роль в этом сыграл ЛНФ?

В группе «Действие» были свежие впечатления от выборов на Съезд СССР. Я предложил выдвинуть всех активистов в Ленсовет. Некоторые растерялись, другие же предпочли баллотироваться в районные Советы. Эти структуры были ближе к распределению жилплощади и торговле. Впоследствии некоторые молодые сторонники демократии из нашей компании открыли свой бутик. Другие эмигрировали. Я же нацелился на Ленсовет и получил место депутата в борьбе с пятью претендентами, одним из которых был некто Розов, работник Ленгорисполкома, другие — инженеры. Принадлежность к ЛНФ сыграла ключевую роль в моей победе. Во-первых, члены ЛНФ из Выборгского района активно помогали мне в агитации, например, Екатерина Варгина (фамилия девичья), и активисты группы «Действие», например, Борис Кац, Елена Балланд и Наталья Демина. Помогали также мои друзья по университету и по аспирантуре (спортсмены из НИИ физической культуры). Во-вторых, для избирателей был издан в газете «Смена» список кандидатов, поддержанных ЛНФ и объединением «Демократические выборы-90». Поддержка ЛНФ показывала избирателям, что кандидат за реформы, против консервативного сплава аппарата КПСС и «красных директоров». Это давало существенную прибавку голосов, ведь до начала выборов жители совершенно не знали кандидатов. Я баллотировался в том квартале, где и не жил, и не работал. Так уж согласовали распределение в городском штабе ЛНФ.
В этот период в городе началась кампания против неформальных народных движений, особенно ЛНФ. Привожу тексты документа Обкома К;ПСС и листовки, вероятно, тоже из недр аппарата правящей партии.

Читайте их внизу страницы.

3. Какие элементы Платформы ЛНФ были особенно близки? Какие, может быть, казались излишне радикальными?

Платформа ЛНФ была также, как и список кандидатов, опубликована в газете «Смена». Спасибо её редактору В.Югину, стороннику демократических ценностей и принципов избирательной кампании. Не все, конечно, восемьдесят страниц, которые обсасывали на заседаниях в ДК «Пищевиков» реформаторы, «рыночники», антикоммунисты и либералы. Главным была борьба против всевластия КПСС за власть Советов. Такие позиции, как передача церквей верующим находились в струе либерализма и не вызывали особых споров. Борьба за экологию также смотрелась уместно для меня, как биолога, и на фоне недавней аварии в Чернобыле. Я не помню, чтобы в программе ЛНФ ставилось целью переименование города, возвращение исторических названий городским топонимам. Но я в запальчивости образно обещал на встречах с избирателями, что буду бороться за то, чтобы над Смольным реял национальный российский флаг-триколор. Все улыбались, не верили, что через два года уже от могучей КПСС не останется и следа, но за меня проголосовали две трети избирателей, принявших участие в голосовании. В целом предвыборная Платформа ЛНФ не представлялась мне чрезмерно радикальной.

4. Каковы результаты собственной работы в Ленсовете, что получилось, а что нет?

Свергнуть партию коммунистов, перевесить флаги, вернуть городу историческое имя — все это получилось. Приватизация также получилась, мы создали тысячи собственников, акционеров, «сохозяев». И то, что в начале 2000-х всех сохозяев разогнали и «пожрали» сначала олигархи, а потом чекисты, захватившие всю власть в России, уже не наша вина.Это всеобщая беда!

5. Как создавалась фракция «ЛНФ»? Почему члены КС ЛНФ не участвовали в создании фракции?

Фракция «ЛНФ» создавалась в первые дни первой сессии в апреле 1990 года. А уже осенью я на компьютере напечатал список из 70 или 80 фамилий депутатов. Я пробовал собрать депутатов, которых поддержал ЛНФ и которые обязались поддерживать платформу ЛНФ, как следовало из газетных публикаций, депутатов, избранных в Выборгском и Приморском районах в помещении жилконторы, где проводили предвыборные собрания. Пришло очень мало людей. Одновременно депутат С.Н.Егоров бросил клич, чтобы собраться непосредственно во Дворце. Собрались. Обсуждали, как нам избрать председателя Совета. Мнения разделились. Кое-кто был решительно за Филиппова, другие — за Салье, большинство же не определилось, поскольку депутаты этого большинства не участвовали в собраниях ЛНФ в течение 1989 года и не очень хорошо знали Салье и Филиппова.
Часть крупных деятелей ЛНФ вообще решили сами создавать свои маленькие фракции. Они не участвовали в работе крупной фракции «ЛНФ», поскольку в этой фракции выделились из состава участников лидеры, избранные в бюро фракции: В.Г.Лобач, С.Н.Егоров, М.Р.Журавлев, В.К.Смирнов, В.Н.Воронцов. А лидеров ЛНФ в бюро фракции не избрали.

6. Как долго Вы были членом фракции? Если вышли, то когда и почему? В какую фракцию перешли?

Я был в составе фракции с первой сессии до дня роспуска Петросовета.

7. Каким образом проводилась работа фракции? Каково было влияние ЛНФ?

Вспоминается, что члены бюро фракции проводили постоянные совещания иногда по несколько раз в дни сессии. Выработанные бюро проекты и программы действий выносились на рассмотрение совета фракции. В случае одобрения советом фракции эта информация доводилась до сведения всех членов фракции. Принадлежность к фракции не ограничивала собственное мнение депутатов. От членов фракции требовалось лишь не выступать против проекта фракции на сессии и не голосовать против принятия сессией данного решения. Некоторые члены фракции не соблюдали ни первое, ни второе, например, Владимир Жаров, который неоднократно выдвигал альтернативные или паллиативные решения, игнорируя мнение совета фракции.
Фракция не являлась монолитом единомышленников, обязанных под страхом изгнания из депутатов голосовать по указке своих «начальников», например, членов бюро фракции. В то же время, любой в Ленсовете понимал, что восемьдесят депутатов, голосуй они синфазно, способны существенно повлиять на шансы принятия того или иного решения. Не будем забывать, что подавляющее большинство депутатов Ленсовета относились к неоформленному в политическом смысле «болоту» без конкретной идеологии или программы действий. «Болото» колебалось в зависимости от яркости аргументов ораторов, и если бы все были уверены, что восемьдесят голосов будут наверняка утеряны для автора проекта, не принадлежащего к ЛНФ, критикующего программу демократических реформ, то многие из «болота» ради сокращения времени дебатов голосовали бы за предложения ЛНФ и против коммунистов или коллаборационистов.
К сожалению, этого не случилось. Раскол демократического большинства в Ленсовете, депутатская вольница, суверенность мнения отдельного депутата — все это сильно ослабило влияние ЛНФ на депутатский корпус. Это влияние возрастало в периоды формирования малого Совета или при решении иных персональных вопросов. Но не на первой сессии. Руководящий состав комиссий и комитетов Ленсовета, Президиум Ленсовета, почти полностью были лишены членов фракции ЛНФ, депутатов, которые последовательно добивались радикальной демократизации общества в целом и государственных органов в частности.

8. Кто были наиболее активными в работе фракции?

Работа депутатов, как составной частицы представительного органа власти, состояла из генерации проектов решений, соответствующих положениям политической платформы, которую поддерживает этот депутат. Жизнь постоянно ставила городской Совет перед вызовами. Это были частные проблемы типа перебоев с поставками табачных изделий или задержками заработной платы работникам скорой помощи и общие, крупные события, типа Вильнюсского восстания в январе 1991 года, возвращения Ленинграду исторического имени, сопротивления ГКЧП в августе 1991 года, приватизации в 1993 году. Члены фракции реагировали на эти события и предлагали проекты решений. Наиболее активны в этом отношении были депутаты С.Н.Егоров, В.С.Жаров, М.Р.Журавлев, В.К.Смирнов. Помощь в распространении и корректировке проектов решений им оказывали В.Н.Воронцов, по собственному почину исполняющий обязанности секретаря фракции, В.Г.Лобач, П.В.Цыпленков (без лишней скромности ради правдивой истории).

9. Что собой представляла фракция в последние месяцы работы Ленсовета?

После развязанной в сентябре 1993 года Б.Н.Ельциным гражданской войны против представительной власти и её сторонников, работа Петросовета приобрела лихорадочный и эвакуационный характер. Часть членов фракции сплотились вокруг бюро фракции, вокруг тех членов малого Совета, которые последовательно призывали сопротивляться антиконституционному перевороту. Другие растерялись и начали выбирать свой путь в жизни после разгона нашего Совета, который рано или поздно обязательно бы наступил. Ведь даже сессия приняла уже решение о выборах нового органа представительной власти демократической и суверенной России весной 1994 года. Их внимание к политике существенно ослабло. Два события этого времени запомнились. По инициативе фракции ЛНФ было проведено совещание с депутатами районных Советов и встреча с дипломатическими работниками, которая состоялась в Красном зале Мариинского дворца.

10. Что можно отнести к основным результатам работы фракции, успехи и неудачи?

К успеху фракции можно отнести победу в дебатах по вынесению на общегородской опрос решения о возвращении городу его исторического имени, осуществление малой приватизации в Санкт-Петербурге, избрание члена ЛНФ А.Н.Беляева председателем Ленсовета. Что же не удалось? С расстояния в два десятилетия отчетливо видно, что мы напрасно и для себя убийственно не настояли на проведении люстрации. В России после запрета КПСС не была проведена широкая люстрация и изгнание чекистов и их пособников из государственных и коммерческих структур. Мы до сих пор можем лишь гадать, кто из депутатов Ленсовета сотрудничал с КГБ, кто был осведомителем и партнером Обкома партии и секретных служб. Ещё одна ошибка, которую фракция старалась исправить в течение всей своей работы, это — избрание председателем Ленсовета, а через год — мэром Ленинграда, депутата СССР, профессора А.А.Собчака. Подумать только, не было бы на политической сцене города на Неве А.А.Собчака, сегодня мы не имели бы президентом России его ученика и коллегу по мэрии, подполковника КГБ! Или все равно имели бы, но, может быть, с другим именем?

11. Как сложилась судьба после прекращения работы Ленсовета?

Четверть века — большой срок. Я не смог сделать над собой усилие и вернуться в науку, с которой три года депутатства были все связующие нити разорваны. Продолжал по мере сил заниматься политикой уже на общественных началах, поставив перед собой задачу, не дать потеряться и рассыпаться депутатам Ленсовета. По моей инициативе создан Депутатский союз «Петербургский совет», в период с 1994 по 1999 годы проводились встречи депутатов Ленсовета в форме ассамблей, семинаров в концертных залах, театрах города и даже в самом Мариинском дворце. Сейчас я нигде не работаю, получаю небольшую пенсию по старости, надбавок за пятнадцать лет государственной и муниципальной службы не имею, поскольку уходил на пенсию не с государственной должности. Такой закон приняли городские законодатели уже в 2012 году, когда я редактировал газету «Лесгафтовец». Если бы я и знал об этом, то маловероятно, что стал бы искать возможность перейти на работу в Смольный.

12. Как оценивается работа Ленсовета в целом и фракции в частности?

Ленсовет с достоинством выполнил свою историческую миссию. Мы блуждали в потемках, но, образно говоря, нам удалось не вляпаться в какую-нибудь вонючую пакость, о чем было бы стыдно теперь вспоминать. И фракция также поступала всегда честно, правдиво, принципиально, твердо, рискуя всем ради принципов свободы и народовластия, что особенно раздражало наших более гибких коллег.

13. Что фракция «На платформе ЛНФ» делала в Ленсовете правильно? Что — неправильно?

Учитывая то обстоятельство, что в состав малого Совета вошло много наших товарищей по ЛНФ (в отличие от президиума), фракция научилась управлять внутренней кадровой политикой «правильно». Неправильным был заметный разрыв между нашими единомышленниками в районном уровне депутатов и с коллегами из ЛНФ, которые в 1993 году осудили депутатов Петросовета, бюро фракции «ЛНФ» за антиельцинские высказывания. У ЛНФ не было городской прессы, на телевидение нас не пускали, радиостанцию открыли для нас только в период борьбы с путчистами. Запутавшийся в проблемах обвальной инфляции и безработицы народ не понимал мотивы наших поступков. В итоге за годы селекции депутатов в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга сегодня совсем не осталось тех, кто мог бы отстаивать ценности демократии и либерализма, как мы понимали их тогда, как видим их теперь.

14. Как Вы оцениваете влияние фракции на работу Ленсовета: положительно — отрицательно, сильно — слабо? Еще как-то?

Фракция влияла на работу Ленсовета положительно, хотя и не достаточно сильно. Можно заключить, что даже мобилизация и объединение консервативной части депутатов против ЛНФ оказалась полезной. Все воочию убедились в своих силах, возможностях, могли найти своих единомышленников или остерегаться неприятелей.

15. Как оценивается работа Ленсовета 21 созыва в целом?

Ленсовет выполнил свою историческую миссию — быть «ледоколом» в замерзшем море застойной политической жизни страны и утонуть, будучи раздавленным айсбергами партийно-бюрократической системы и военно-промышленного комплекса, преобразившихся в государственно-олигархический капитализм.

16. Почему идеи ЛНФ не нашли воплощения в современной жизни?

Идеи ЛНФ в сегодняшней жизни свое воплощение нашли. Некоторые воплотились в искаженной и пародийной форме. Выборы во все властные структуры на сегодняшний день альтернативные! Это ли не победа идеи ЛНФ о благе для страны политической конкуренции. Выборы альтернативные, а конкуренции нет. Никуда не избраться человеку, которого не одобрит государственное начальство или местная финансовая олигархия. Даже и не выдвинуться. Таков избирательный закон, который утвердила демократическая Государственная Дума.
Идея либерализма и товарного разнообразия также нашла свое воплощение. Почти в каждой семье есть автомобиль. Любой имеет право путешествовать по всему миру, читать, что душа его пожелает. Но для этого нужны деньги. А как выбиваться из нищеты, в программе ЛНФ ничего не сказано.
Ещё препятствие — мы не взаимодействуем с подрастающим поколением. Нас не зовут в школы, а сам придешь — слова не дадут. Спросите школьников самое простое: почему на Мариинском дворце два флага, откуда они взялись? Или как происходило возвращение городу имени Санкт-Петербург. В лучшем случае, старшеклассники ответят, что все это сделал некий Собчак вместе с Путиным.
Наконец, ответом на поставленный вопрос может служить также вопрос: сколь часто в современных СМИ оглашаются и обсуждаются идеи ЛНФ? Никогда! Если бы хотя бы раз в год петербургская «демократия» (партии и общественные организации типа «Мемориала» или «Наблюдателей Петербурга») проводила обсуждение и критику той или иной идеи из 80-страничной «Предвыборной платформы ЛНФ» образца 1990 года, то можно было бы предметно ответить и на поставленный вопрос. А пока можно предположить, что современной сусальной демократии не разрешают её московские хозяева «раскачивать лодку» подобными семинарами и воспоминаниями. У московских хозяев современной «демократии» все в ажуре, лучше не надо, а всякая попытка улучшить положение в стране приведет лишь к появлению недовольных тем, что кому-то что-то улучшили, а прочим — нет.
Идеи реформаторов начала 90-х годов прошлого века не исчезли, хранятся до поры до времени, и когда-нибудь они будут претворены в жизнь, поскольку это правильные идеи, это верные принципы построения справедливого и свободного общества победившего народовластия.

17. Каковы перспективы реализации идей ЛНФ в современной или будущей России?

Учитывая результаты соцопросов и выборов последних лет, никакой перспективы развития идей ЛНФ в России нет, если не случится какое-либо совершенно экстраординарное событие, которое станет фактором угнетения и фактором бунта для подавляющего количества россиян.

18. Какие материалы той поры можно представить в книгу?

Статьи из газеты «Тартуский курьер» и «Смена» (коэффициент радикализма)

19. Каким текстом Вы хотели бы дополнить текст о работе фракции, опубликованный во втором томе Автобиографии Ленсовета?

На мой взгляд, надо вспомнить ещё и о том, как сами депутаты учились демократии на собственных ошибках. Когда лидер фракции ЛНФ Сергей Егоров, будучи сопредседателем сессии, своим распоряжением закрыл выносные буфеты для депутатов, стремясь «загнать» лентяев и болтунов в зал заседаний, то депутаты ополчились на него и за компанию на всех его товарищей по фракции ЛНФ. За фракцией закрепилась репутация жестких администраторов. Это либералам в Ленсовете не понравилось. Рейтинг фракции снизился. Надо было всего лишь поставить этот вопрос на процедурное голосование. Присутствовавшие в зале заседаний с удовольствием бы проголосовали за закрытие буфетов. Но С.Егоров по неосторожности и торопливости решил «власть употребить», и потом эту власть ему перестали давать депутаты. Долго бились, пока снова С.Егорова выбрали на командную должность ради пользы для всех петербуржцев.
Напротив, когда решили ударить недисциплинированных депутатов по карману, лишив прогульщиков права получать компенсацию депутатских расходов, эта мера была утверждена сессией. В данном случае не на кого было ополчаться прогульщикам, поскольку решение сессии было принято в рамках процедуры, а уж кто был автором проекта — дело десятое. Хотя, конечно, не десятое. Но никто автору проекта тогда морду не бил. Чувствовали, что «оштрафованы» все по заслугам.
Вывод простой. Всегда в коллегиальном органе надо ставить вопросы на голосование и лишь в редчайших, «пожарных» случаях применять власть председателя по наведению порядка и дисциплины.
Даже Собчак этого не умел!

Павел Цыпленков,
действительный государственный советник Санкт-Петербурга,
ветеран труда, пенсионер (по старости).

Дополнения

КТО ГОТОВИТ НАМ КОНСТИТУЦИЮ?

Газета «Тартуский курьер», №5, 1 сентября 1989 года

Осенью граждан СССР ожидает важнейшее историческое событие — изменение Конституции. Прежний основной закон стал тесен для широкомасштабных перемен и новых явлений. Мы выросли из брежневского «развитого социализма», и даже правительство это осознало, дав добро на разработку новой Конституции. Кто же те люди, которые готовят проект?
В Конституционную комиссию вошли 107 депутатов, из них 6 женщин, 33 — представители высшего звена партийного аппарата, включая членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС, первых секретарей союзных республик, секретарей обкомов. Очевидно, их мнение поддержат представители высшего слоя административных органов — председатели исполкомов, министры, президенты Академий наук и директора институтов, которых в комиссии также 33 человека. Следить за правовой корректностью проекта призваны 18 юристов, многие из которых — руководящие работники государственного аппарата. Относительно независимыми в своих суждениях могут стать 9 писателей и 6 ученых неюридических специальностей, 8 представителей рабочих, крестьян, интеллигенции и церкви.
Таким образом, председатель комиссии М.С.Горбачев заранее обеспечил себе поддержку 66 членов или почти 2/3 комиссии. Стоит ли при такой расстановке сил сомневаться в том, чье имя будет носить новая Конституция, которую нам дадут взамен сталинской и брежневской. Нетрудно также предположить, что разрабатываемый документ окажется выгодным лишь существующим властям и не остановит политическое окостенение советского народа.
Об этом свидетельствует и Съезд народных депутатов, прямая трансляция которого является главной ошибкой наших правителей, маскирующихся под гарантов свободы информации. Наконец-то телезрители и радиослушатели узнали и поняли, какой талантливый дирижер управляет нашим оркестром, какой гениальный автор пишет сценарии спектакля, в котором мы все — действующие лица. Однако, и яркое представление не всегда приносит славу его автору. И то, что происходило на Съезде, чему все мы были свидетелями, вряд ли укрепит пошатнувшийся авторитет некоторых ведущих политиков.
Большинство членов Конституционной комиссии — пожилые люди, жизненные установки которых сложились в рамках командно-административной системы. Значит, есть все основания полагать, что какие бы блага и свободы ни сулила нам новая Конституция, они останутся на бумаге. Авторы Конституции, вероятно, ограничатся смелыми декларациями, реальное воплощение которых в жизнь отложат на неопределенное время.
В печати проскальзывают робкие намеки на исключение ст. 6, фактически ставящей правящую партию над Законом. Наивные мечты! Разве 66 работников аппарата власти откажутся от нее? Скорее все остальные статьи Конституции будут пересмотрены или ликвидированы, но ст. 6 останется и, как дамоклов меч, будет тяготеть над нашим обществом. Как 6ы ни ширился и углублялся экономический и нравственный кризис в стране, правящая элита будет цепляться за власть, лихорадочно приспосабливаясь к новым условиям. Она будет тормозить экономические реформы, ограничивать «гласность» во времени и пространстве ведомственными инструкциями. Мало того, найдутся солидные ораторы, которые с трибун станут доказывать, что все нынешние беды — от демократии. Ибо ни к свободе, ни к самоуправлению наш народ еще «не готов». И пора вводить военное положение, чтобы легче было распределить продукты и жестче окоротить носителей новых политических и экономических идей.
Мои выводы по составу Конституционной комиссии не должны вызывать уныние. Что бы ни случилось, последнее слово принадлежит Народу. В его недрах кипит недовольство, крепнет самоорганизация в виде политических клубов и Народных фронтов, ширится волна стихийных забастовок. Народ требует перемен. И перемены к лучшему обязательно будут. Надо только каждому и всем вместе добиваться этого. Надо дать понять руководству, что нам нужна такая Конституция, которая станет надежной гарантией прав трудящихся на лучшее будущее.

МАКСИМ ПЛЕНКИН

Ориентировка идеологической комиссии Ленинградского обкома КПСС

Н.П. 2/1483 от 20.10.1989 г.

О принципах взаимодействия партийных
комитетов с образовавшимися клубами
и ассоциациями избирателей

Организационно оформившийся в июне 1989 года Ленинградский Народный фронт (ЛНФ), не смотря на то, что он ещё официально не зарегистрирован, одной из своих главных политических задач ставит победу на предстоящих выборах. Разработанная ЛНФ тактика ведения будущей избирательной кампании во многом опирается на опыт выборов народных депутатов СССР, однако в ней есть ряд принципиальных нововведений, с которыми уже сегодня столкнулись партийные комитеты.
Так, окончательно проявились политические ориентиры ЛНФ. Его координационный совет в принимаемых резолюциях и заявлениях открыто констатирует, что главными их противниками на выборах будут сторонники курса КПСС.
На прошедшей 16-18 сентября 1989 года конференции так называемых «демократических движение» страны ЛНФ подтвердил свое стремление к политической борьбе за власть, практически отступил от ранее объявленного курса сотрудничества и диалога с КПСС, стал на путь конфронтации, заручившись поддержкой представителей межрегиональной группы народных депутатов СССР. Объединение так называемых «демократических сил» и МГД против КПСС произошло под лозунгом «Перестройка перестройки» и «Защитим перестройку от её организаторов».
В настоящее время происходит популяризация этих лозунгов, и в случае восприятия их населением под ними будет проходить избирательная кампания ЛНФ.
Важное значение в предстоящей избирательной кампании ЛНФ придает деятельности повсеместно организованных клубов и ассоциаций избирателей.
Во-первых, попытаться, завладев инициативой, возглавить клубы и ассоциации избирателей, опираясь на районные отделения ЛНФ и группы поддержки на предприятиях.
Во-вторых, построить работу клубов и ассоциаций избирателей таким образом, чтобы обеспечить местный контроль в период подготовки и проведения выборов за городскими и районными исполнительными комитетами, избирательными комиссиями.
Особо важное значение клубам и ассоциациям избирателей отводится как своеобразным оценочным фильтрам определения демократичности или недемократичности всех кандидатов в депутаты, естественно, что главным критерием тут будет выступать отношение к ЛНФ и КПСС.
По замыслу лидеров ЛНФ, клубы и ассоциации избирателей должны взять на себя весь груз агитационно-массовой кампании в период выборов, организацию встреч кандидатов в депутаты с населением, проведение митингов, пикетов, подготовку и распространение листовок, изучение общественного мнения.
Таким образом, налицо попытка вытеснения местных Советов, партийных органов как организаторов выборной кампании. В настоящее время во всех районах Ленинграда и в целом ряде районов области созданы и действуют клубы и ассоциации избирателей.
В целом ряде случаев их работа привлекает население, так как на заседаниях этих клубов и ассоциаций зачастую ставятся и обсуждаются вопросы, вызывающие повышенный интерес граждан, в них они видят возможных защитников, людей, смело вступающих в полемику с властями по самым насущным проблемам:
- жилье,
- торговля,
- благоустройство,
- досуг,
- распределение материальных благ.
Необходимо учитывать, что к работе в клубах и ассоциациях избирателей людей толкает крайняя неудовлетворенность сферой быта, которая все ещё продолжает оставаться узким местом в работе Советов. Именно на неудовлетворенных, доведенных, порой, до крайности людей рассчитывают лидеры ЛНФ, делая на них ставку, попытаются их использовать в качестве агитационно-пропагандистской силы в ходе избирательной кампании.
В настоящее время различные структуры ЛНФ ведут сбор материалов, компрометирующих как работу местных Советов в целом, так и деятельности в них отдельных депутатов и в первую очередь руководителей. В этих целях составляются перечни не выполненных Советами обещаний гражданам, порой искусственно раздуваются конфликтные ситуации, возникающие между населением и исполнительной властью, собираются факты бездушного отношения работников исполкомов и их служб к заявкам и просьбам людей.
Весь этот материал планируется использовать в ходе выборов народных депутатов. По поступающей в Обком КПСС информации, в этой ситуации парткомы, органы советской власти далеко не всегда действуют сообразно складывающейся обстановке, упускают инициативу. Имеют место факты самоустранения парткомов от активного участия в работе клубов и ассоциаций избирателей, явной недооценки их возможностей и авторитета среди населения как самодеятельной, а значит и более близкой к населению организаций, чем официальные структуры.
В связи с этим считаем необходимым:
- принять исчерпывающие меры по повышению влияния партийных и советских органов в клубах и ассоциациях избирателей, направив для работы в этих формированиях лучшие агитационно-пропагандистские силы. Поручить возглавить эти группы непосредственно секретарям райкомов партии по идеологии. Итогом этой деятельности должно стать выведение клубов и ассоциаций избирателей из-под контроля как ЛНФ, так и любых самодеятельных формирований, ставящих своей целью борьбу с КПСС за политическую власть.
- в целях организации агитационной кампании кандидатов в депутаты, поддерживающих политику КПСС и разделяющих основные принципы программы действий ленинградских коммунистов, при каждом райкоме партии создать группы из числа журналистов, психологов, социологов, обществоведов, максимально эффективно организовать их работу.
- оказать необходимую помощь нашему кандидату, поддерживающему политику КПСС, в обязательном создании модели его выдвижения и выборов депутатом, в формировании его команды, составлении предвыборной программы.
- в горкомах, райкомах партии организовать и наладить обеспечение агитационно-пропагандистских групп, способных работать в условиях массово-политических мероприятий, вести дискуссии и споры в экстремально неблагополучных для себя условиях. В первую очередь эти группы должны быть готовы:
- активно пропагандировать, отстаивать и защищать от нападок программу действия ленинградских коммунистов,
- всемерно агитировать население за кандидатов в депутаты, поддерживающих политику КПСС,
- аргументировано критиковать программные положения наших политических противников,
- умело вести полемику по таким проблемам, как: партия и государство, многопартийность, национальная политика КПСС, экономика страны и её перспективы, роль РСФСР в Союзе Советских социалистических республик.
- Поручить коммунистам — руководителям городских и районных Советов депутатов трудящихся вынести на заседания сессий исполкомов наиболее волнующие население вопросы. Строго спросить с хозяйственников, ответственных за их решение, привлечь к организации работы сессий клубы и ассоциации избирателей, широкие слои населения, провести эту работу максимально гласно и в сжатые сроки.

Листовка против ЛНФ

Февраль, 1990 года.

Ленинградцы!

Трагедии в Фергане, Тбилиси, Кишиневе, Баку, Душанбе… (кто следующий?) показали истинное лицо псевдодемократов из «народных» фронтов. Их руки по локоть в крови.
Почувствовав резкое падение своей популярности, лидеры Ленинградского «народного» фронта предпринимают яростные попытки вернуть «утраченные иллюзии». Один за другим следуют митинги, манифестации, акции протеста, создаются «общественные комитеты». В захваченных сионистским лобби средствах массовой информации в нарушение закона о выборах мелькают практически только кандидаты «фронтовики», сея недоверие, ложь, подозрительность.
Их лозунг: «Чем хуже для страны, тем лучше для нашей карьеры»
Последняя ставка «народников» — ввергнуть Ленинград в пучину хаоса, анархии, беззакония и на этом фоне захватить власть.
На 25 февраля, вопреки решению исполкома Ленсовета, «народным» фронтом назначена акция гражданского неповиновения, демонстрация и митинг на Дворцовой площади, с последующей попыткой втянуть трудящихся в забастовку. Хороший пример уважения законов «лжедемократами». Впрочем, жителям города уже известна их двойная мораль: «нашим» можно все, а кто не с нами — зашельмовать.
Товарищи! Протестуйте против антиконституционных действий «народного» фронта, ведущих нас к трагедиям междоусобиц. Откажите в доверии провокаторам–гапоновцам на выборах 4 марта.
Голосуйте за народовластие! За тех кандидатов, кто выражает и отстаивает интересы трудящихся.

Общественный комитет «За власть трудящихся»

Фракция "На платформе ЛНФ" в Ленсовете

Новая книга.

С.Н.Егоров, действительный государственный советник Санкт-Петербурга.

Новая книга о демократической революции в России в 1990 году, о Ленсовете, о профессоре Собчаке, о роли общественности и антикоммунистов, объединившихся для борьбы с произволом властей. Автор разрешил всем читать с помощью Интернета.

LNF_1990 by Ritah on Scribd

Мемуар оппозиционерки

Русский Монитор продолжает серию интервью с представителями российского оппозиционного движения. На этот раз наш корреспондент Виктор Ларионов беседует с Ольгой Курносовой, исполнительным директором ОГФ, организатором питерских «Маршей несогласных», в настоящее время временно находящейся в Украине.

Ольга, как вы пришли в политику?

Это был 1989 год. Только что избрали съезд народных депутатов. Хорошо помню, как Андрей Дмитриевич Сахаров стоит на трибуне. Такой худенький, и как ему мешают говорить. Как его захлопывают. И тогда я поняла, что я не могу больше молчать. Вступила в ЛНФ (Ленинградский народный фронт). А в марте 1990 победила на выборах в Ленсовет, где я стала секретарем комиссии по науке и высшей школе (я же кандидат физико-математических наук, училась в аспирантуре Физико-технического института им. А.Ф.Иоффе). И оказалась в ситуации, когда мне пришлось заниматься не научной работой, а помощью людям.

Начало девяностых — это кризис, повышение тарифов. Рост цен. Научные институты и ВУЗы оказались на грани выживания. Приходилось писать и принимать на сессии законы, чтобы люди просто смогли выжить в это трудное время. Как раз тогда начали появляться первые частные ВУЗы. И для их функционирования было необходимо совершенно новое законодательство. Мы этим тоже занимались.

На сессии Петросовета

Меня постоянно избирали в секретариат. Там я отвечала за депутатские запросы. Депутатские запросы принимаются голосованием на сессии и имеют совершенно другой вес, чем обычное депутатское обращение. На запрос чиновники были обязаны отвечать в трехдневный срок. А вы прекрасно понимаете, что есть вопросы, где срочность имеет огромное значение

Что вам больше всего запомнилось из того периода?

Самый яркий эпизод — это, конечно, три дня в августе 1991, когда именно Ленсовет стал штабом по борьбе с путчем и путчистами. Помню утром 19-го, когда я ехала в Мариинский дворец, думала, «как жалко, жизнь только начинается, а уже умирать». Все эти дни я была там, а потом вошла в депутатскую комиссию, которая расследовала роль обкома КПСС в путче. Видела своими глазами работу следственной группы, секретную телетайпограмму из Москвы об организации работы ГКЧП в Питере. Присутствовала на допросах первых лиц обкома Гидаспова, Белова. Видела их страх. Они-то знали, что расстреляли бы нас в случае своей победы, поэтому боялись того же.

Шарж на ГКЧП с подписями депутатов (Курносова — 336 округ)

В чем заключается главная ошибка тех, кто пришел власти на волне победы над ГКЧП?

Я считаю, что одной из основных ошибок Ельцина была отказ от суда над КПСС. За эту ошибку мы заплатили Путиным и сегодняшней почти диктатурой. Большой проблемой были и внутренние распри внутри демократического движения, как и на общероссийском уровне, так и у нас в Питере. Основные фракции в Петросовете были — «Март», на базе которой потом сформировалась питерское «Яблоко», ЛНФ (Ленинградский народный фронт), которую возглавлял С.Н.Егоров и «Демократическая Россия», многие из ее членов затем вступили в ДВР. Так в декабре 1993 Малый Совет поддержал Верховный Совет, а сессия — Б.Н.Ельцина. И хотя решение сессии фактически отменило решение Малого Совета, т. к. обладало большей юридической силой, Собчак сумел подписать у Ельцина указ о роспуске Петросовета.

А почему роспуск Петросовета — это плохо?

Судьба России в XXI веке

История создания сетевого журнала.

Каким государством станет Россия в 21 веке: олигархия, деспотия, монархия, анархия, демократия или, может быть, гуманизм?
Блог создан после выборов в декабре 2011 года, которые, по мнению наблюдателей, были сфальсифицированы.
Народ возмутился пренебрежением его мнением и вышел на массовые демонстрации протеста. Авторы статей в этом блоге действительный государственный советник Леонид Романков, писатель Павел Цыпленков, профессор права Сергей Егоров, философ Лев Семашко, писатель Александр Сазанов, искуствовед Сергей Басов, правозащитник Юрий Вдовин в те тревожные дни критиковали фальсификацию выборов.
Петербургские политики и сегодня внимательно следят за судьбой России, публикуют в этом сетевом журнале свои статьи, наблюдения, газетные вырезки, предложения, ссылки на интересные сообщения в Интернете, заметки.

Получай наши сообщения о судьбе России!

На страницах этого блога - публикации о экономике, культуре, войне, политике, истории, финансах:

• Леонид Романков. Ось капитализма.
• Павел Цыпленков. Родина и свобода. Обретенные и потерянные.
• Сергей Басов. Альтернативная избирательная философия.
• Юрий Вдовин. Одичание – очередной виток в истории России?.
• Сергей Егоров. Конституция для Берега Слоновой Кости.

---

Судьба революционных реформ в книге
«Колбасно-демократическая революция в России. 1989-1993»

Потому что Петросовет был демократически избранной структурой — единственной, которая тогда стояла на пути Собчака, а точнее бандитов, использовавших его, как ширму. Поэтому за роспуском горсовета в декабре 1993 просматриваются мотивы отнюдь не идеологические, а скорее – коррупционные (как я уже сказала, сессия Петросовета поддержала Бориса Ельцина, а не «путчистов»). И надо сказать, что с мэром города Собчаком (а точнее, с его махинациями) и его первым заместителем Путиным — Петросовет, и ваша покорная слуга боролся последовательно и весьма успешно. Достаточно сказать, что примерно половина распоряжений Собчака отменялось решениями Петросовета. Причем в суде победу также одерживал Петросовет.

И реальная причина, по которой Собчаку и стоявшими за ним так хотелось распустить Совет, заключалась в том, что начиналась большая приватизация, и по закону в каждую из комиссий по приватизации крупных объектов государственной собственности входили депутаты, которые контролировали процесс.

Но этот контроль никому не был нужен — и вот вам результат. Совет распущен в декабре. Следующий законодательный орган с совершенно иным объемом полномочий и гораздо меньшим количеством депутатов избирается лишь осенью следующего года.

И почти год чиновники могут вести приватизацию бесконтрольно. Именно в этот период фамилия Путин стала все чаще звучать в разговорах. И уже тогда мне не раз приходилось сталкиваться с этой мафиозной группировкой, которая с каждым днем прибирала мой родной город к своим рукам. Например, тогда, в начале 90-х была первая попытка мэрии (а фактически бандитов, действующих от ее имени) отъема собственности у Академии наук. Мы догадывались, что за многими подобными махинациями в городе стоит тихий и незаметный заместитель Собчака Владимир Путин, которые направлял на интересующие мафию объекты целые «зондекоманды», состоящие из «бизнесменов», бандитов и ментов, во главе которых стояли его люди. В данном случае рейдерами, осаждавшими Академию наук, руководил небезызвестный повар Путина и будущий интернет-троллевод по совместительству Пригожин. Когда я вспоминаю то время, то меня удивляет, то что я не испытывала страха, хотя отдавала себе отчет, что эта история в стиле «Бандитский Петербург» могла лично для меня очень плохо кончится.

Помню, как зимой 93-го мы встречались вместе с Александром Беляевым, тогдашним председателем Петросовета, с Жоресом Алферовым. Он возглавлял тогда Петербургский научный центр. И был директором Физико-технического института. Он нам рассказал со смехом, как к нему пришли два молодых доктора наук Юрий Ковальчук и Андрей Фурсенко — и предложили ему разделить институт. Оставляйте себе физический, а нам отдайте технический, мы понимаем, как зарабатывать на ноу-хау. Академик посмеялся и выгнал их из кабинета.

Поэтому ничего удивительного в том, что когда Фурсенко стал министром, они отобрали у Алферова уже весь институт. А потом и уже всю собственность у Академии наук. Пригожин тоже прославился на всю страну. Ну, а об империи братьев Ковальчуков мы с вами тоже имеем представление. И подобных историй было немало. Впрочем, эта тема слишком велика для интервью, поэтому я скажу лишь только, что несмотря на угрозы, демонстративное запугивание, когда около моего подъезда дежурила машина с «братками» — тогда мне вместе с председателем Совета Александром Беляевым и главой ЛНЦ Жоресом Алферовым удалось отстоять собственность Академии.

Ну и эта компания, разумеется, не из тех, кто что-то забывает. В 1994 я баллотировалась в депутаты в составе блока «Демократический Петербург», против меня боролся действующий вице-мэр Вячеслав Щербаков. Они сделали все, чтобы не допустить меня в ЗакС. Характерная деталь: Вячеслав Щербаков позже возглавил печально знаменитую фирму СПАК. (Одну из близких Путину коммерческих структур — ту самую, через которую в Израиль шла контрабанда алмазов. Не путать с другой печально известной коммерческой структурой СПАГ, тоже связанной с Путиным. Но стоит обратить внимание на почти идентичные названия).

Позже, когда я уже была членом партии «Демократический выбор России», мне предложили баллотироваться в депутаты Законодательного собрания Питера в их блоке «Согласие» (тогда еще были возможны блоки). Незадолго до начала избирательной кампании меня пригласила на встречу Галина Старовойтова и предложила избираться в составе своего блока «Северная столица». Я сказала, что не готова обмануть ожидания товарищей по ДВР, но мы договорились с ней, что сделаем все, чтобы развести наших кандидатов по округам или сняться ближе к выборам. А потом… Галину Васильевну расстреляли в собственном подъезде. И демократы проиграли те выборы. Это был декабрь 1998. До прихода Путина оставалось два года

Каково было отношение к Майдану среди оппозиции до аннексии Крыма?

Безусловно, положительное. Насколько я помню, многие из тех, кто впоследствии поддержал т.н. «Русскую весну», приветствовали Майдан и даже приезжали в Киев и выступали. Причем, и либералы, и левые, и правые. Например, нацдем Владимир Тор, которого я встретила в Киеве в декабре 2013-го, был просто восхищен происходящим и говорил, что этот опыт надо применить в России. А небезызвестный Егор Просвирнин давал интервью Громадскому ТВ, в котором буквально предлагал свои услуги Майдану. Все изменилось с аннексией Крыма.

Почему же потом произошел такой раскол?

Ну, скажем, либеральное крыло радикальной оппозиции целиком поддержало Украину и осудило аннексию Крыма.

А левые?

Что касается левых, то увы — многие из них солидаризовались с Кремлем. Не все конечно, но процентов 80. Что, впрочем, неудивительно: так называемую «Русскую весну» поддержали имперцы разного разлива. Националистические и советские. А российское левое движение, в отличие от современного европейского, очень сильно фашизировано. Яркий пример – нацболы. Хотя и среди нацболов были исключения — например, замечательные Рома Попков и Лена Боровская. А в некоторых случаях банально победило бабло…

Насколько я помню, один из лидеров протестов-2011 Удальцов, ныне политзаключенный, тоже поддержал аннексию Крыма?

Ну в том то и дело, что он сегодня в тюрьме, на него могли просто надавить. Поэтому оставим обсуждение причин до его выхода.

А среди националистов?

Среди националистов, по моему ощущению, весомое большинство все-таки не поддержало ни аннексию Крыма, ни, тем более, войну на Донбассе. Например, насколько я знаю, Александр Поткин, который Белов, за отказ сотрудничать с Кремлем по Донбассу был брошен в тюрьму. Из России был вынужден бежать его брат Владимир Басманов. Дмитрий Демушкин был арестован. Все сколь-нибудь значительные организации – разогнаны. Из удивительного был, пожалуй, только Константин Крылов. На тот момент он был лидером национал-демократов. У него даже была своя партия (НДП). И до аннексии Крыма он представлялся, пожалуй, самым адекватным и европейским из всех российских правых… Интеллектуал. Интересный писатель. Не хотелось бы думать, что его последующий вираж объясняется договоренностью с АП в обмен на регистрацию партии. Но с регистрацией их потом, разумеется кинули…

Если мотивацию части националистов еще можно понять, то почему левые —  нацболы, анархисты, — почему они вдруг решили поддержать очевидно империалистическую войну?

Ну, анархисты как раз многие на стороне Украины. А нацболы всегда такие были. Вспомните акции в странах Балтии. Речь все-таки идет не обо всем левом движении, а о специфическом лево-советском.

Как, в итоге, вы оказались в Украине?

Собственно, как раз после августовской посадки нас с Пашей Шелковым предупредили, что на нас собирают «материал». Начались странные звонки по телефону и домой. Я переехала к другу, но после марша мира, на котором у нас была очень бодрая колонна. Полиция пришла уже и к другу.

Пришлось снова переезжать. На второй день полиция пришла и туда. Собственно, в тот день я поняла, что надо не просто уезжать, а уезжать очень быстро. Уехала на следующий день. Сбросив «хвост», купив новую симку по паспорту подруги, вынув батарею из телефона, соблюдая все правила конспирации. Я села на маршрутку в Минск. Там билет без паспорта можно купить. А в Минске купила билет на самолет перед самым вылетом. Так 7 октября 2014 я прилетела в Киев.

Выступление на митинге в Мариуполе, весна 2014

Вы уже тогда понимали угрозу для страны, которую представляет собой Путин?

Мало кто может похвастаться столь мощным даром предвидения, чтобы предположить, что Путин когда-нибудь станет у руля России. И разумеется, я об этом не думала, но та наглость, с которой эта группировка действовала в моем родном городе, заставляла задуматься об угрозе, которую они представляют для Питера. Понимание того, что ставки гораздо выше, пришло, когда Путин оказался в Москве на высоких государственных постах. Было ясно, что все криминальные навыки он и его подручные перенесут на всю Россию. Вот тогда мне действительно стало страшно за всю страну. То, что мои опасения сбываются, стало ясно, когда начались взрывы жилых домов, когда стали разгонять независимые СМИ. В 2001 году я тогда стала инициатором и организатором митинга в поддержку НТВ в Петербурге. Тогда собралось более 10 тысяч. Это был крупнейший митинг за предыдущее десятилетие. Собственно, уже тогда было понятно, что это начало конца свободы слова. И месть каналу, который незадолго до этого показал программу «Куклы» с Владимиром Путиным в виде крошки Цахеса. Собственно, «Куклы» были не единственной визиткой того НТВ. Были и «Итоги» с Евгением Киселёвым. И «Свобода слова» с Савиком Шустером.

Мы сейчас даже забыли, что в России было телевидение, которое было интересно смотреть. События вокруг НТВ подтолкнули мне к созданию проекта «Гражданская позиция». Я тогда познакомилась с очень известным питерским художником Кириллом Миллером. Мы делали много ярких акций и перформансов. Например, в день города по Невскому мы прошли с композицией «русская тройка» — в мой мерседес были запряжены трое активистов, а из люка высунулся господин, который их понукал. «Кони» были все в коричневой краске, которая символизировала понятно что. Это были вегетарианские времена, когда мы могли записаться и пройтись в колонне без цензуры. Но, пожалуй, особенно обострились наши отношения с городскими властями во время борьбы за зоопарк на Петроградской стороне. Кирилла просто выкрали бандиты и угрожали расправится с его женой. После этого Кирилл больше полугода не мог заниматься общественными акциями… Но именно благодаря нашей активности со мной захотел познакомиться Гарри Каспаров, когда приехал в Питер в 2005 году. Потом я стала одним из учредителей ОГФ и лидером питерского ОГФ. Собственно, следующие шесть лет прошли вместе с ОГФ в радикальной оппозиции путинскому режиму. Я была организатором всех питерских Маршей несогласных. И многих других заметных городских акций.

Недавно вспоминали историю, как мы впервые заметили за собой «наружку». Это было лето 2006-го. В городе проходил саммит «Большой восьмерки». Никому, кроме коммунистов, митинг не согласовали. Ко мне домой приехали наши активисты из разных городов. Мы решили посмотреть маршрут завтрашней акции. Сели на мою машину и поехали. Поворачивая с улицы Жуковского на улицу Маяковского, мы проехали под кирпич, не заметив его. Смотрим — сзади едет жигуленок. Нас тормозит гаишник, мы ему — а почему вы ничего не делаете с водителем «Жигулей»? Гаишник к тем «Жигулям», потом возвращается и говорит — не нарушайте больше.

Когда вы окончательно превратились в уличного политика?

Пожалуй, окончательно — в 2006 году. Кстати, главное отличие ощущений уличного политика от кабинетного — это адреналин.  Ничто не сравниться с «мандражом» перед акцией. Когда ты уже все сделала, но еще не знаешь, сколько народу придёт. А потом ты видишь десятки тысяч, которые скандируют «Путин — лыжи — Магадан» (это моя любимая кричалка середины нулевых, которая в Москву пришла уже на волне Болотных протестов).

На Марше несогласных в Москве

Тогда же, летом 2006-го, я познакомилась с Ильей Пономаревым. Правда знакомство было весьма своеобразным. На стадионе имени Кирова открывался социальный форум. На открытие должна была приехать губернатор Матвиенко. Мы с активистами приехали в замечательных оранжевых футболках с надписью: «Банду Смольного под суд!» И как только Матвиенко вышла из автомобиля, мы начали скандировать то, что было написано у нас на груди. И тут выступавший в этот момент Пономарев говорит в микрофон: «Уберите этих провокаторов!» Но самое ценное в этой истории даже не то, что мы очень неплохо взаимодействуем и по сегодняшний день, а то, что сам Пономарев любит рассказывать эту историю. Илья — сильный и честный политик, каких в сегодняшней России мало, к сожалению.

Вы ведь были хорошо знакомы с Борисом Немцовым?

Да. В тот период, когда я была членом бюро движения «Солидарность», мы довольно часто общались с Борисом. Помню, как Немцов приехал в Питер раздавать у метро «Гостиный двор» свои доклады «Путин. Итоги». А перед этим нам должны были привезти грузовичок этих докладов. Но все пошло как обычно. Грузовичок тормознули. Водитель испугался и отдал ментам весь тираж. Звоню Боре. Хорошо, что он успел немного книжек захватить с собой. Народу пришло много. Доклад разлетался как горячие пирожки. Когда мы уже закончили раздавать, он меня так грустно спрашивает — неужели тираж пропал? Не переживай, говорю, конечно я его вытащу. Они пытались просто помешать сегодняшней раздаче. И точно — через пару недель нам тираж отдали. Мы еще год потом раздавали доклады.

Раздача «Путин. Итоги» у Гостинки

Стратегия-31. Невский проспект

В начале октября 2011 в Подмосковье проходил форум «Последняя осень». Поздним вечером, а скорее уже ночью я иду спать и на пороге корпуса встречаю Бориса с девушкой. Он меня спрашивает: «Скажи мне, Курносова! Как это можно — сесть жопой на асфальт – он же грязный?» (Тем летом мы в рамках Стратегии-31 проводили «сидячку» у метро Гостиный двор в Питере). Я говорю — Боря, все просто! Газетку подстилаешь и садишься.  Вспомнил ли Боря этот разговор 6 мая 2012? Не знаю…

Сидячий протест на Стратегии-31 в Питере

Задержание

Расскажите историю про марш 3 марта, он ведь превратился в крупное информационное событие общероссийского масштаба, а матвиенковские «два вагона экстремистов» стали мемом…

Мы с Каспаровым придумали марш. В марте должны были пройти выборы в питерский ЗакС. Мы тогда баллотировались по списку «Яблока». В январе я сказала Гарри, что нам нужна поддержка наших московских коллег. И он мне говорит: «Оля, мы можем помочь только одним способом — организовать Марш несогласных».

Мне идея понравилась, и я сразу предложила дату 3 марта. За неделю до выборов. Оставалось убедить «Яблоко». И тут резко против выступил Максим Резник: нас не допустят на выборы, говорит.

Тогда я предложила Гарри подключить к организации Сергея Гуляева. Он на тот момент был депутатом ЗакСа. Сергею идея понравилась. В результате именно он стал заявителем того марша.

Утром 2 марта в Питер приехали Гарри Каспаров, Михаил Касьянов, Эдуард Лимонов и еще человек пятьдесят активистов. Именно их Валентина Матвиенко назвала «два вагона экстремистов из Москвы». Вечером того же дня мы собрались дома у Гарри. Абсолютно сюрреалистическая картина, когда ты с премьер-министром страны, хоть и бывшим, планируешь несанкционированную акцию.  Гарри спрашивает: «Оля! Где же мы соберемся?  Ведь место заявленного сбора может быть оцеплено».

Я говорю: «Не волнуйся, активисты в курсе. Мы накапливаемся у ограждений. У гостиницы «Октябрьская». На тот момент у Касьянова еще была ФСБшная охрана. И мы совсем не понимали, что будет, если его попытаются завинтить. Было видно, что Михал Михалыч волнуется. Но старается этого не показывать.

Список «Яблока» так и не был зарегистрирован. Но в результате тот марш стал самым успешным и многочисленным из всех наших акций тех дней. На него пришли и Михаил Амосов, и Наташа Евдокимова. Представьте себе эту картину — маленькая Наташа сидит на плечах Амосова и держит в руках мегафон. Представили? А это и правда было. Так она выступала на том марше.

Марш несогласных в Санкт-Петербурге 3 марта 2007 года стал одной из самых массовых акций протеста в истории путинской России, уступая по количеству участников лишь монетизационным бунтам зимы 2005 года.

Бюджет этого марша был меньше десяти тысяч долларов. Мы выпустили две газеты общим тиражом 200 000 экземпляров и уклеили все метро стикерами. Их было 50 000. Ну и реклама на «Эхо Петербурга» обошлась в копеечку. Зато в метро нас рекламировали бесплатно, предупреждая всех о несанкционированной акции. Пожалуй, это был тот случай, когда про шествие знал весь город. Когда позже мне стало известны бюджеты московских массовых акций, я была поражена, насколько мы эффективнее работали в финансовом отношении.

Разница только в затратах?

Если сравнивать московский и питерский подход к организации акций, то как-то уже в 2012-м у меня состоялся разговор с кем-то из москвичей про сцену. Они мне предложили своих знакомых. Я спросила, готовы ли они поставить сцену с оплатой после митинга. А разве так бывает? — спросили меня. Мы только так и работаем.

Помню 24 декабря 2011 года у нас была хорошая крытая сцена с небольшим обогревом, потому что должны были выступать музыканты группы «Телевизор». Так что по нашим меркам это было дорого. Где-то тысяч восемьдесят (сравните с московскими миллионами).

А денег не было совсем. Мы пустили коробки для сбора денег прямо на митинге

Тысяч сорок собрали.

А остальное…

Ребята ждали неделю, когда я смогу собрать остальные деньги с организаторов. И это перед самым Новым Годом.

Нам кошелек Ольги Романовой и не снился даже.

Очень много надежд возлагалось на протесты 2011 — 2012 годов. Как это происходило в Питере?

Увы не было ни системного видения, ни нормальной подготовки. В итоге ни «Солидарность», ни ОГФ не имели пошагового плана действий, ни тем более, понимания, чего мы хотим в конце. Поэтому все действовали на свой страх и риск. Мы с активистами уже понимали, что будут фальсификации на выборах и что нам придется на это реагировать. И понимали, что акцию надо назначать на первую субботу после выборов. Так и возникло 10 декабря 14.00 площадь Восстания. Уже потом была акция в день голосования 4 декабря. Жесткое задержание, наручники, камера. На следующий день суд, дом, больница, потому что я получила сотрясение мозга при задержании. В больницу мне звонят активисты. Говорят, что боятся «несанкца». Я звоню всем, кого знаю. И в пятницу вечером после больницы еду в Смольный подавать заявку. Такого не бывает. Но такое было. Нам согласовывают митинг меньше чем за сутки до акции. Более того на следующий день мы действительно смогли пройти от площади Восстания до Пионерской площади. Причем даже с флагами и кричалками.

Через неделю после первого митинга 10 декабря состоялся второй, который уже попытались подмять под себя партии. Мы поняли, что на трибуну придется прорываться. К тому же вы помните, что все сходились во мнении, что выборы были фальсифицированы. И наша сплоченная группа — Миша Макаров, Миша Елисеев, Юра Асотов, Игорь Шарапов, Аркадий Орлов — придумали отличный сценарий. Во-первых, мы решили потребовать от избранных депутатов сдачи мандатов, чтобы власти были вынуждены назначить перевыборы. Ну, а если организаторы не дадут выступить, ребята решили просто поднять меня на руки и поставить на сцену.

Как оказалось, требование сдачи мандатов поддержали все пришедшие, кроме самих депутатов. И каждое депутатское выступление сопровождалось мощным скандированием — сдай мандат!

В таких условиях организаторы были вынуждены нехотя дать нам слово. И я озвучила наше требование — сдачи мандатов и назначения досрочных выборов. К сожалению, никто из депутатов мандаты так и не сдал. А из Думы получилось то, что получилось.

Организаторами были «справороссы» и коммунисты, так что им не очень хотелось давать слово представителям радикальной оппозиции.

После этой акции мы создали Гражданский комитет, который и организовывал большинство акций той протестной зимы.

Самое большое шествие было 4 февраля. На улицу вышло больше 30 тысяч — и это в 20 градусный мороз. Это шествие готовили два оргкомитета. Наш и тот, который потом преобразовался в «Демократический Петербург». Разногласий при подготовке хватало. Доходило до курьезов – совершенно глупый и потешный «срач» националистов и ЛГБТшников. В Гражданском комитете было много националистов, а в «Демпетербург» входила ЛГБТ-ассоциация «Выход». Разумеется, среди нас не было гомофобов, но, исходя из соображений практической пользы дела, мы просили не обозначать их специально как ЛГБТшников, а просто как гражданских активистов, что, в общем, было вполне уместно. Но куда там. Дорутину не остановить. И она, думаю, специально выпустила на трибуну Кочеткова в самом начале митинга, да еще так и представила — как лидера ЛГБТ-ассоциации. А тут рядом стоят Николай Бондарик. Ну он и рванул спихивать его с трибуны (бред, конечно). В результате с трибуны спихнули его. И хоть потом все успокоились, но больше всего просмотров набрал именно ролик со сталкиванием с трибуны и со словами про пи@@@сов. С соответствующими комментариями и смешками. Вот таким образом выставляя себя идиотами и маргиналами, мы сами помогаем нашим врагам в Кремле экономить бюджеты на дискредитацию оппозиции.

Февраль 2012. Выступление Алексея Навального

Кстати, о Боднарике. Говорят, вы дружили?

Пожалуй. Можно и так сказать. Хотя это было в первую очередь политическое взаимодействие. Все проекты, в которых я участвовала с 2006 года в составе ОГФ, были коалиционными. С самыми разными политиками — от Эдуарда Лимонова до Юрия Мухина. Так что Николай был не более экзотичен, чем Юрий Мухин. Собственно, сама концепция создания широкой коалиции для смены режима — это единственная работающая концепция. Главная проблема при этом — заложить хорошие командные правила игры с самого начала. Ну, и конечно формулирование основных целей, которые должны устраивать всех. В нашем случае основной целью были политические свободы и честные выборы

2008. Коалиция «Другая Россия». Гарри Каспаров, Эдуард Лимонов, Ольга Курносова, Сергей Удальцов и Сергей Гуляев

Многие, кстати, критиковали тогда вас за сотрудничество с националистами…

Ну, пусть посмотрят на Майдан. И скажут украинцам, что им надо было гнать националистов с Майдана. Я посмотрю на реакцию.

Как вы оцениваете итоги протестов 2011-2012?

Как отрицательные. Мы не только ничего не добились, но получили ужесточение режима и посадки. На мой взгляд, на то есть несколько причин. В первую очередь не было понимания, как мы собираемся придти к власти, и самое главное, что будем делать, если придем. Лидеры протеста не могут считаться таковыми при отсутствии такого плана. Ну, и готовности идти до конца. Эти два условия необходимы для успеха. Тогда не было ни первого, ни второго. Несмотря на то, что ситуация как раз сложилась вполне благоприятная. Сужу по Питеру. Самый простой пример — это согласование нашего митинга 10 декабря. Это доказательство того, что власть боялась обострения. Решение об этом согласовании принимались в управлении внутренней политики Администрации президента, а выполнял полпред Президента Винниченко. Губернатор Полтавченко лишь подписывал бумажки. Его мнения даже никто не спрашивал.

Что нужно было делать дальше в такой ситуации? Мы должны были поднимать градус. Собирать акции каждые выходные. Звать всех в Москву. Что происходит у нас? Лидеры разъезжаются на новогодние каникулы. Именно тогда в Администрации президента понимают, что революция не состоялась. А все, что было потом — это последствия той новогодней ошибки

При этом история Оккупая была очень полезной. Собственно, это был наш небольшой Майдан. Если говорить о выводах, то самый главный для меня — необходимость баланса между самоуправлением и целью движения. Оккупай был интересным опытом самоуправляющейся деятельности. Но так как отсутствовал какой-либо план действий, не было четко поставленный целей, дорожной карты, как модно сейчас говорить, Оккупай через определенное время умер по естественным причинам.

На Оккупай-Иссакиевская с Григорием Явлинским

Как вы относились к идее создания КС оппозиции, и почему вы не баллотировались в него?

Я считаю, что на данном этапе конкуренция внутри оппозиции скорее мешает, чем помогает. Надо создавать открытые площадки, где участвовать могут все активисты. А история с выборами КС породила много открытых и скрытых конфликтов. И его работа оказалась контрпродуктивной. Как вы помните – единственным, чем занимался этот «орган» до своего роспуска, так это сочинением регламента. Поэтому я и не пошла на выборы. Можно сказать, что это был мой успешный прогноз.

Какие настроения царили в среде оппозиционеров после провала протестов, КС оппозиции ит.д.?

Питерский Гражданский комитет просуществовал полтора года. До моего отъезда в Москву в 2013 году. Внутренние противоречия в оппозиции нарастали. Либералы не хотели ходить вместе с националистами, Скаковский боролся с Пивоваровым и наоборот. Националисты дрались с ЛГБТ-активистами. Обычная история. Когда движение идет на спад, усиливаются внутренние противоречия и начинаются бесконечные склоки. Необходимо было переосмысление. Своеобразная работа надо ошибками.

Именно поэтому я и говорю о необходимости формирования плана действий сейчас, до начала подъема. Именно поэтому я и говорю о том, что организационное ядро надо создавать сейчас — и в этом плане мне кажется очень позитивным то, что делает Ходорковский, который создает не разделяющие, а объединяющие оппозицию проекты.

Насколько вообще все эти склоки и выяснения отношений между оппозиционерами мешают?

Они не просто мешают. Они практически являются одной из основных причин наших неудач. Именно поэтому спецслужбы так активно используют слухи, внедряемые в оппозиционную среду.

Я думаю, многие сталкивались с такими слухами. Самые распространенные из них, что Х или Y агент чего-нибудь. Тут уже не суть важно, чего — ФСБ или центра «Э». И / или что Х обокрал свою организацию — ну, или чужую. Такова человеческая природа: чем успешнее ты будешь, тем активнее с тобой будут бороться. Единственное лекарство от этого — реальное дело. Второй способ борьбы с этим — создание команды. И жесткая договоренность о взаимопомощи и солидарности на берегу.

Какова роль условного «Кремля» в раздувании скандалов между оппозиционерами, а какова — самих оппозиционеров?

К сожалению, мы часто сами облегчаем «органам» делать их работу. Провоцировать склоки в среде политических противников всегда было (и является) одной из задач спецслужб. Делается это и через своих агентов, и через так называемых «полезных идиотов». Например, осенью 2011-го, когда в «Солидарности» шли горячие дискуссии по вопросам партстроительства и было много закрытой информации, я особо важные встречи проводила дома. Поздно вечером, скорее, даже ночью самого напряженного дня переговоров меня будит мой близкий друг и помощник Миша Елисеев. Иди посмотри, что тут происходит — он подвел меня к компьютеру. Я вижу запись в ЖЖ одного оппозиционера Рината Бичурина, и с ужасом понимаю, что это изложение переговоров, проходивших у меня дома.

Миша спрашивает — кто у тебя сегодня был дома?

Где сидел? И начинает осматривать квартиру

Минут через пять в диване он находит жучок…

Именно через него и стала известна информация, слитая потом Бичурину. Зачем они так глупо запалили агента — непонятно. Видимо, очень важна была для них эта партийная история. А может, и наши постоянные телефонные разговоры с Немцовым их так взволновали.

Миша потом на учредительной конференции «Парнаса» с Бичуриным поговорил по-мужски. Ну, вы меня поняли.

К сожалению, наши оппозиционеры очень мало думают о безопасности. Этот Бичурин, например, до сих пор в оппотусовке. Хотя мы тогда и исключили его из «Солидарности».

Вспоминается еще один курьезный случай: однажды утром меня разбудил телефонный звонок. Звонил явно нетрезвый человек с сильно выраженным кавказским акцентом. Он назвал меня по имени и начал нести что-то про досуг. Я бросила трубку. Но мне сразу позвонил второй… Что случилось, мне объяснил только третий звонивший. Он мне сказал, что мой мобильный висит в рамочке в газете «Из рук в руки» с предложением услуг интимного характера.

Я сразу позвонила Коле Бондарику и попросила срочно купить газету. Все оказалось именно так, как мне рассказывал позвонивший. В газете было объявление с моим мобильным телефоном. Там еще было сказано, что я предпочитаю кавказцев и африканцев. Тем временем звонки горячих парней продолжались. И вот тут, пожалуй, впервые в жизни, я растерялась. Я позвонила в Фонтанку.ру. Ксюша мне говорит, срочно пиши заявление в полицию. Тут как раз Бондарик привез мне газету, и я побежала в полицию. Правда, заявление приняли только после моего звонка в ГУВД.

Конечно, никто этим делом заниматься не стал. Но прошло время, и я сама узнала, кто был заказчиком этой истории. Некто адвокат Шереметьева.

А что там была за история с черной икрой?

Это был октябрь 2008 года. Я поехала в Астрахань готовить учредительную конференцию «Солидарности», в орггруппу по созданию которой я входила. Собственно к наружке я давно привыкла, и то, что они ходили за мной по пятам в Астрахани, меня ничуть не удивило.

Так что я особенно не волновалась, когда они смотрели, как я на рынке покупаю полукилограммовую банку икры. Обычную советскую синюю — с осетром и резинкой.

И для меня было большой неожиданностью, когда ко мне в купе вломились и стали изымать банку икры, которой я так и не попробовала. А дальше дорога по ночной степи обратно в Астрахань, камера и уголовное дело по статье 175 УК РФ. Потом были следственные действия, пикеты нашистов с сухарями. Попытка моего задержания уже в Петербурге, больница…

Огромное спасибо моему замечательному адвокату Борису Грузду, благодаря работе которого я получила наказание в виде штрафа в пять тысяч рублей. Советский оправдательный приговор, как сказал мне мой сын.

Вы, как и многие оппозиционеры, поддержали Майдан…

Я была одним из организаторов Комитета солидарности с Майданом — вместе с Павлом Шелковым, Андреем Пионтковским, Владимиром Шрейдлером, Андреем Илларионовым и другими. Комитет был создан в январе 2014 года, вскоре после моего возвращения из Киева. Я была на Майдане несколько дней в декабре. Для нас было важно показать, что то, что показывают федеральные телеканалы, —  это не все россияне. Мы организовали акции поддержки. Самая известная наша акция была в августе — шествие от Пушкинской площади к посольству. Ее не согласовали. Но мы все равно ее провели. Это была акция Памяти погибших в сбитом «Боинге». Тогда было много задержаний, в том числе была задержана я, Ира Калмыкова, Катя Мальдон, Паша Шелков. А Марка Гальперина облили зеленкой.

В автозаке после задержания около посольства Украины в Москве

Вы говорите о кризисе оппозиции после провала протестов 2011-12. В каком состоянии находится оппозиция сегодня?

Оппозиция начинает оживать. Появляются новые движения, интересные проекты. Например, «Новая оппозиция» или движение «14%». К примеру, в воскресных прогулках оппозиции участвуют уже 97 городов. Но это еще благодаря «Артподготовке» и Вячеславу Мальцеву.

Это доказывает, что к успеху приводит координация между оргпроектами и проектами информационными.

Собственно, проекты которые делает Ходорковский, это хороший пример комплексного подхода. Кстати, я в 2006-м организовывала питерский офис «Открытой России «. Мы смогли поработать чуть больше года. Потом власти ликвидировали «Открытку». Отличные были проекты и хорошие люди. Михаил Яструбицкий, Анатолий Ермолин и много-много других.

У «Открытки» не было питерского офиса. И Александр Осовцов предложил мне вместе с Михаилом Амосовым, который тогда был депутатом ЗакСа, его создать. Я руководила обучающим проектом.

Помню, у меня был спор с Осовцовым. Я сказала, что надо набирать разных по идеологии людей, но они должны иметь позицию по делу Ходорковского.

Ты сможешь сделать такой набор?  — спросил Осовцов. Конечно, сказала я.  У меня получилось.

Вы собираетесь возвращаться в Россию?

Конечно. Хотелось бы как можно быстрее. Я давно уже сформулировала для себя то, какой должна быть массовая демократическая партия. Собственно, партстроительством в такой партии мне было бы интересно заняться. Но это пока еще не завтра. Но к моменту наступления переходного периода мы должны уже иметь четкое понимание того, чего мы хотим добиться, план действий и развитую сеть сторонников.

Беседовал Виктор Ларионов